Тварь
Шрифт:
Приглушенно грохнуло. Все затряслось, на голову посыпалась мелкая пыль.
– Кто тебя освободил? – спросил Бука, Пытаясь подняться. Первая попытка окончилась резкой болью под ребрами. Он замер, переводя дыхание.
– Сама, – коротко сказала Ника. – Воспользовалась ситуацией…
В тусклом свете индикаторов продемонстрировала автомат, кивнула туда, где из темноты торчали чьи-то ноги в тяжелых ботинках.
– Где Антонов? Где Маус?
– Где Маус, не знаю, – сказала Ника, вскрывая армейскую аптечку. – Антонов здесь, вон, в себя приходит. Больно тебе? Давай, вколю анестетик…
Он не стал спорить. В бедро впилась игла, беззвучно впрыскивая в тело обезболивающее. Он ощупал рану – с краев, будто тяжелые хромированные пиявки, все еще свисали какие-то крючки и зажимы. Превозмогая боль, он стал сдергивать и отбрасывать от себя холодный металл.
– Покажи! – потребовала Ника, пытаясь разглядеть рану в слабом свете. – О, нет… Сейчас позову Антонова. Тут, наверное, зашивать надо…
– Не надо, – сказал Бука, подымаясь на ноги. Его шатало, боль разъедала грудину, но отчего-то он был уверен: организм справится. – Давай убираться отсюда, пока охраны нет. Если я не смогу уйти – уйдете вы.
– Я не брошу тебя, – угрюмо сказала Ника. – Как ты вообще мог такое подумать?
Наверное, ей было что, сказать, но ее прервал новый голос – он шел откуда-то сбоку, неправдоподобно громкий, искаженный помехами и перегрузкой:
– Внимание! Говорит командир экспедиционного корпуса Никонов. Обращаюсь к лицам, незаконно проникшим на территорию закрытого лабораторного комплекса. Вы полностью блокированы. Предлагаю незамедлительно сдаться. В противном случае имею приказ на полное уничтожение. Повторяю…
– Они подключились к системе громкой связи! – это был уже голос Антонова. Он подобрался к Буке, бесцеремонно убрал руку с его груди, посмотрел, подсвечивая себе миниатюрным фонариком. – Странно, кровотечения нет… Тогда – хотя бы плотную повязку… Ника, стерильный бинт, быстро!
– Уходить надо, – упрямо сказал Бука, позволяя Антонову делать перевязку. – Здесь есть запасной выход? Не может не быть!
– Может, и есть, – отозвался Антонов. – Как-то ведь вошли сюда эти бандиты. Только мне эти ходы неизвестны… Как ты себя чувствуешь?
– Да нормально же! – скривился Бука, отпихивая от себя Антонова. Все еще пошатываясь, направился к двери. Сделал остальным знак, чтобы оставались на месте. Выглянул.
Коридор был пуст. Чуть в стороне, возле дверей лифта, лежало неподвижное тело. Бука подбежал – тихо и быстро. Тело принадлежало наемнику, и убит он был своеобразно – выстрелом в темечко, словно стреляли вертикально сверху. Глянув в сторону развороченных взрывом дверей лифта, Бука увидел еще одно тело, на этот раз – в экзоскелете. Пожалуй, только броня и сохранила изуродованному телу хоть какую-то форму: в сверхпрочном композите зияла приличных размеров дыра с оплавленными краями. Значит, били сверху. Стало быть, про этот путь можно забыть.
Словно в подтверждение этого предположения в тонкой дымовой взвеси мелькнул характерный лучик лазерного прицела – он уходил почти вертикально вверх, по полу бегало крохотное яркое пятнышко. Тихонько подобрав автомат, вытащив из «разгрузки» убитого запасные магазины, Бука попятился обратно и вскоре снова был в лаборатории.
– Такое дело, – сказал он. – Наверху засада, внизу пусто. Похоже, нас просто бросили.
– Тогда, может, дождемся военных? – осторожно предложил Антонов. – Лучше иметь дело с ними, чем с этими мерзавцами.
Бука покачал головой:
– Я не сдамся. Ни военным, ни гражданским – никому. Для всех для них я просто тварь, мутант, они меня боятся и ненавидят. Нет, я не хочу попадаться им в руки. С меня хватит того, что было в этой лаборатории.
– По-моему, ты слишком мрачную картину нарисовал, – сказала Ника. – Я тоже не люблю военных, но нас действительно приперли к стенке.
– Он прав, – нехотя сказал Антонов. – Вся эта охота – только за ним. Бука – главный приз, что для одних, что для других.
– Мне самой не хотелось бы попадаться к воякам, – сердито сказала Ника. – В лучшем случае – по допросам затаскают, а, скорее всего – шлепнут на месте, как свидетеля. А перед этим еще и по рукам пустят.
– Ладно, забыли про сдачу, – с тяжелым сердцем сказал Антонов. – В конце-концов, я тоже виноват – обещал избавить тебя от проклятого «дара», а вместо этого заманил ловушку.
– Не наговаривай на себя, – сказал Бука, проверяя оружие. – Кто же знал, что все так повернется? Давайте думать, что делать будем.
– Если не получается сразу уйти – надо где-то укрыться, – сказала Ника. – В лаборатории нас сразу найдут.
– Антонов, где здесь можно затаиться? – быстро спросил Бука.
– Даже не знаю. Здесь еще пара таких же лабораторий, вспомогательные помещения поменьше. Разве что, на складе…
– Давай, веди!
– Погоди! – Антонов бросился к компьютеру, под которым продолжал пищать умирающий блок бесперебойного питания. Принялся, чертыхаясь, копаться в ящиках.
– Есть! – он вытащил наружу пыльный жесткий диск с usb-кабелем. Воткнул в разъем на передней панели системного блока, отчаянно застучал клавишами.
– Что ты там возишься? – проговорил Бука, вслушиваясь в тишину. – Времени нет!
– Так что, пусть результаты зря пропадают? – огрызнулся Антонов, продолжая лихорадочно дергать «мышью». – Будем считать, что тебя для твоего же развлечения резали, так?!
– Ладно-ладно, только быстрее давай! – кивнул Бука, натягивая комбез.
Едва Антонов выдернул кабель из разъема в системном блоке, как монитор мигнул в последний раз – и «сдох» окончательно.
Они выбрались за дверь, проделали недолгий путь по коридору и остановились перед широкими складскими дверьми. Антонов протянул руку в ручке, с помощью которой тяжелую плиту двери нужно было сдвинуть в сторону на направляющих. В последнюю секунду что-то заставило Буку остановить Антонова и молча сделать остальным знак: «идти дальше». Едва они успели завернуть за угол, как из лифтовой шахты, оставшейся за спиной, повалил густой белый дым, и в коридор выкатилось несколько небольших металлических цилиндров. Раздалась серия мощных хлопков в сопровождении ослепительных вспышек – и из клубов дыма в пространство коридора посыпались одинаковые, ладные фигуры солдат в армейских бронежилетах поверх камуфляжа, в современных противогазных масках. Значит, там, наверху, решились на штурм.