Турист
Шрифт:
– Ладно, слезай!
Пропыленный, облепленный паутиной и опилками посыльный спрыгнул вниз, встал навытяжку, вскинул руку к пустой голове:
– Товарищ капитан, рядовой Исаев…
– Да брось ты эту канитель! – перебил его Степан. – Проголодался?
– Ну… – Посыльный пожал плечами. – Есть немного…
– Иди за мной…
Они устроились на диване в комнате отдыха. Электричество еще было, и они вскипятили самовар, разогрели на таблетке сухого горючего две банки каши.
Кто-то с улицы царапал деревянный щит, наглухо закрывший разбитое окно. Здание порой содрогалось от редких могучих ударов – казалось, что в стену бьет таран.
– Это они из-за тебя, что ли, так взбесились? – спросил капитан Рыбников.
– Может быть, – Исаев, глупо улыбаясь, пожал плечами. – Я выглянул с чердака, а они, кажется, заметили.
– А на чердаке ты как оказался?
– Так я в штабе был, когда все началось. Напугался, когда дежурный упал, хотел в роту бежать, а потом он поднялся – такой страшный… И накинулся на помощника, жрать его стал. Я сразу понял – зомби! Ну и рванул, как мог, через антенное поле. Чуть ноги там не переломал! А потом гляжу – и здесь началось! Хорошо, чердак был открыт. Я по лестнице – наверх. Лестницу затащил, дверцу прикрыл, прикрутил проволокой, а в щелку все поглядывал, что и как… Это же зомби, да?
– Вряд ли, – ответил капитан Рыбников. – Но можешь называть их так, раз тебе нравится.
– И что теперь нам делать?
– Пригожев велел уходить в сопки.
– Почему же вы не ушли?
– Не успел… – Степан пожал плечами, подул на горячий чай. – Не получилось… Да и какой смысл?
– Ну, как же… – Исаев, кажется, растерялся. – Выжить… Домой вернуться…
Капитан Рыбников покачал головой, взял горячую кружку и молча поманил за собой посыльного. Тот послушно поднялся, пошел следом – к посту. Степан сел перед приемником, добавил громкость.
– Слушай.
«Что вообще происходит? Кто-нибудь может объяснить? Мой позывной…»
«Это Новосибирск. Все мертвы. Не знаю, долго ли продержусь…»
«Мэйдей! Кто меня слышит? Мэйдей! Мои координаты…»
– И так везде… Понимаешь?.. Везде…
Рядовой Исаев круглыми глазами смотрел на радиоприемник. Степану даже жалко его стало.
– Я хотел помочь живым, – сказал он. – Успел позвонить брату, объяснил ему ситуацию. Но остались еще кое-какие дела. Я думал, что справлюсь, успею все сделать. А теперь вижу, что нет.
– Почему?
– Мне нужно оружие.
Рядовой Исаев кивнул и зачем-то полез за пазуху.
– Вот. – Он вытащил пистолет в кобуре, протянул его капитану. – Это я в штабе подобрал.
Степан взял «ПМ», проверил, сколько патронов в магазине – все оказались на месте.
– Это немного не то, что мне хотелось бы… Но спасибо… А еще мне нужна мощная радиостанция.
– На КП, наверное, есть, – неуверенно сказал посыльный.
– Была у меня такая мысль, – сказал Степан. – Но там, скорей всего, опасно.
– На узле связи должна быть.
– Про узел я в первую очередь подумал. Но он слишком далеко – велик риск не дойти.
– А может, тогда на складах что-нибудь завалялось? Они рядом, и народу около них обычно нет.
Капитан Рыбников с интересом взглянул на Исаева, задумчиво подергал себя за губу.
– На складах не знаю… Но вот за ними… В гаражах…
В гаражах стояли подготовленные к возможному выезду автомобили. Почти наверняка там была и командно-штабная машина. А уж в ней-то точно имелась КВ-радиостанция, вполне подходящая для целей капитана Рыбникова.
– Одна голова хорошо, а две лучше, – сказал повеселевший Степан и так хлопнул рядового Исаева по плечу, что тот присел.
Они вернулись в комнату отдыха, где неспешно прикончили кашу и допили чай с галетами. Рыбников молчал, щурился, мыслями перенесшись куда-то очень далеко. Рядовой Исаев не решался беспокоить офицера, сидел тихо, с опаской поглядывая на неказистый щит, закрывающий окно.
Зомби, кажется, отступились. Наверное, нашли себе более легкую добычу. Или поняли, что вломиться в запертое здание им пока не по силам. Но время от времени кто-то бил в дверь или стену, пробовал на прочность оконные проемы, подавал голос. Степан на шум не реагировал, а вот Исаев каждый раз вздрагивал.
– Вот что мы сделаем… – сказал, наконец, капитан Рыбников. Он сунул в рот кусок сахара и замолчал еще минуты на три, подняв глаза к потолку.
Исаев ждал.
– Сначала через твою дыру поднимемся на чердак и оглядимся, – продолжил Степан и загнул большой палец. – Потом… – Он загнул второй палец – указательный. – А потом будет видно.
– Какой-то странный план, товарищ капитан, – неуверенно сказал посыльный.
– План хороший, боец, – возразил Рыбников. – Простой и понятный…
На чердак он залез первый. Здесь было пыльно. В носу свербело, и, чтобы не чихнуть, капитану приходилось сильно зажимать переносицу пальцами.
Пробравшись к крохотному окошку, он выглянул наружу.
– Ну чего там, товарищ капитан? – нетерпеливо спросил Исаев, заглядывая на чердак в проделанную им же щель. Ему не хотелось никуда идти. В запертом здании, стоящем на краю антенного поля, посыльный чувствовал себя защищенным.
Рыбников, пригибаясь, прокрался под стропилами на другую сторону, запнулся о железную приставную лестницу, утонувшую в опилках, размотал проволоку, с помощью которой рядовой Исаев запер чердачную дверцу, когда прятался здесь.
– Ну чего там? – Посыльный, не выдержав, заполз на чердак, встал, смахнул с лица паутину. Он надеялся, что офицер, осмотревшись, решит выждать хотя бы пару дней. Тогда можно будет немного отдохнуть, ни о чем особо не беспокоясь.
Однако капитан Рыбников сказал:
– Пойдем через антенное поле, – и махнул рукой, показывая направление. – Удачней момента не будет. Если половина бригады и гарнизона превратилась в зомби, то большая их часть пока что сидит взаперти – в закрытых казармах, в домах. Рано или поздно они оттуда выберутся.