Чтение онлайн

– Мама!

– Что, «мам»? – возмущается она. – Тебе восемнадцать, Клеменс! В твоём возрасте у меня уже двое дочерей было, а ты продолжаешь выбирать супруга! Попомни мои слова, скоро на твоё место придут молодые родовитые красавицы, а ты одна останешься.

Воспитанные дамы не закатывают глаза, поэтому я сдерживаюсь. Но она права, мне давно уже следовало быть замужем за каким-нибудь высокородным дворянином, вот только моим родителям было не до устройства моей личной жизни, так как они были больше заняты самими собой.

Однако сейчас, мать похоже всерьёз увлеклась этой идеей, перебирая всех свободных холостяков в своём окружении.

– Герцог де Коссе!

– Мама, ему же сто лет!

– Всего пятьдесят, ну может чуть больше, зато его земли! Ладно, – вновь задумчивый вид, – я знаю! Граф де Сен-При!

– Мама, умоляю! Когда с ним танцуешь, то чуть ли не теряешь сознание от его запаха изо рта!

– Господи, да тебе не угодишь! Клеменс, пойми, что брак это лишь сделка, для того, чтобы продолжить свой род и преумножить состояние! После рождения наследников сможешь чаще бывать при дворе, вести такой образ жизни, какой захочешь. С этой точки зрения даже лучше выбрать супруга намного старше. Станешь вдовой – обзаведёшься молодым любовником, никто и слова не скажет.

– Мама, эти твои шутки иногда меня пугают.

Шарлотта качает головой, словно не веря, что я могу быть её дочерью. Если бы не наше внешнее сходство, я бы тоже могла задуматься об этом, ведь мама была очень живой, эксцентричной, умела поддержать разговор на любую тему и буквально влюбляла в себя мужчин. Я же была более замкнутой, мне нравилось проводить время вдали от двора, гулять по нашим владениям, читать книги и играть на фортепиано. Мне бы хотелось, чтобы мой муж разделял моё желание относительно уединенной жизни. Проводить время в бесконечном круговороте танцев и развлечений не было моей стихией.

– Ну, поболтали и хватит. – мама поднимается со стула, расправляя складки на платье. – Пойдём, мы не можем появиться там позже Луи, он мне этого не простит.

Ведомая ей, я следую мимо роскошных залов и гостиных по коридором, уставленным предметами роскоши и восхищаюсь этим великолепием Версаля, над которым трудились сотни мастеров многие годы. Салоны дворца носят свои названия, в соответствии с которыми и меблируются.

Мы заходим в бальный зал, пол которого устлан цветным мрамором, зеркала от пола до потолка украшают внутреннее убранство помещения, тысячи свечей горят в золоченых канделябрах и жирандолях, заставляя серебряную мебель и каменья в украшениях дам и кавалеров гореть огнем.

Мы здороваемся со знакомыми, следуя этикету, и я понимаю, что мама ведёт меня целенаправленно в одну сторону, вот только пока я не понимаю, куда именно.

– Миледи Шарлотта! Как я раз нашей встрече, Вы продолжаете сиять ярче любого украшения!

– О, Астор, Вы как обычно мне льстите, но продолжайте милый, если хотите и дальше пользоваться моим расположением. – она жеманничает с красивым мужчиной, одетым в тёмно-зеленый камзол, изготовленный из парчи, богато вышитый и украшенный золотыми лентами. Рукава, отвернутые как манжеты, позволяют видеть украшенную рубашку, а отогнутые передние части камзола – нижний жилет, который продолжен до самых колен и прикрывает узкие брюки, переходящие в белоснежные чулки. Не смотря на то, что в моде сейчас парики, Астор пренебрегает этим, обладая собственными густыми волосами, лишь немного подернутыми сединой у висков. – Моя дочь Клеменс.

Мама изящно указывает на меня рукой и я делаю неглубокий реверанс, чувствуя, как меня окутывает взгляд его карих глаз.

– Леди Клеменс, как я рад нашей встрече! Окажете ли Вы мне честь?

Астор протягивает руку, приглашая на танец и я, под благосклонное кивание матушки, вкладываю свою похолодевшую руку в его.

– Вам здесь не нравится. – его насмешливый голос не спрашивает, он констатирует.

– Отнюдь, – пытаюсь оправдаться я, – балы Людовика четырнадцатого ещё никому не казались скучными.

– Но ведь дело не в этом. Вам по душе более размеренная жизнь, не так ли?

Астор ведёт уверенно, даже немного грубо, то отпуская, то вновь сжимая меня в своих руках. От его близости к щекам приливает кровь.

– Я понимаю всю необходимость подобных мероприятий.

– О, Клеменс, прошу Вас! Расслабьтесь хотя бы рядом со мной. Мне Вы можете поведать то, что думаете на самом деле, обещаю, это станет нашим маленьким секретом. – с этими словами он легко касается губами тыльной стороны моей ладони, вызывая волну дрожи до кончиков пальцев.

– Что ж, – хрипло начинаю я, легонько прокашливаясь, – я бы действительно предпочла большую часть времени проводить вдали от двора, мне совсем не нравятся интриги.

– Это лишь потому, что Вы боитесь стать их жертвой, дорогая. – Астор бросает на меня ещё один многозначительный взгляд. – Но это прекрасно, что Вы такая юная и чистая. Вам не стоит мараться во всём этом, нужно лишь найти правильного покровителя, мужа, который обеспечит Вашу безопасность и защиту.

Не могу отвести взгляд от его идеально очерченных губ, он словно гипнотизирует меня своим голосом и приковывает к себе этим проникновенным взглядом.

Остаток танца мы проводим молча и Астор продолжает наслаждаться производимым на меня эффектом, хмурясь, когда музыка стихает, но всё же отводит меня обратно к матери, как того и требуют приличия.

– Благодарю за танец, леди Клеменс, надеюсь, отныне видеть Вас чаще.

Не знаю, кто больше впадает в экзальтацию от его слов – я или моя мама. Мы ещё немного молчим, прежде чем позволяем себе переглянуться между собой. Мой взгляд наполнен радостью и восхищением, что такой невероятный мужчина обратил на меня внимание, мамин же выражает победу.

В этот вечер я танцевала ещё с несколькими кандидатами на мою руку, да-да, уловка матери не могла провести меня, она явно всерьёз настроилась сделать меня замужней дамой. Герцог де Коссе чуть не оттоптал мне ноги, возможно грация и сопутствовала ему в юности, но не теперь. Граф Сен-При тоже был в числе кандидатов, и я как могла незаметно задерживала дыхание, когда он говорил.

На фоне всего этого великолепия герцог де Буйон, а именно такой титул носил Астор, казался мне просто сказочным принцем. Не понимаю, что именно мешало мне влюбиться в него прямо сейчас, пасть жертвой его обаяния в том роскошном зале.