Трущобы Империй
Шрифт:
Алекс дёрнул щекой: по вполне понятным причинам, к качеству местного театра он относился с сомнением. Всего-то лет тридцать назад Виндзорский театр блистал, а ныне… Да чего говорить, близость к трущобам сделала своё дело.
Отказываться всё же не стал — какое-никакое, но развлечение.
Жил О,Нил по соседству, но публика там обитала куда как попроще. Четырёхэтажное здание с заминированными подходами и трупиками крыс со стороны выглядело ветхим, внутри ещё хуже.
Переступив через спящего в подобии вестибюля негра, лежащего в луже мочи, приятели начали подниматься по скрипучей деревянной лестнице. Места нужно выбирать осторожно, потому как слой всевозможных органических отбросов на ступеньках превышал все мыслимые нормы.
— Ходят тут! — Вылетевшую навстречу из какого-то тёмного угла немолодую женщину с доской наперевес, встретил молодецкий удар Фреда. С чего та взбесилась… да какая разница? Может, под наркотой или белочка, а может, давным-давно уже спятила. Обычная история для здешних мест.
На лестничной площадке варили что-то в чугунной печурке молодая, вполне привлекательная черноволосая женщина и крепкий негр. Тоже… ячейка общества, вполне привычная для Пяти Точек. Судя по матрасу из тряпок, они и жили здесь же.
О,Нил жил на четвёртом этаже, под самой крышей, снимая комнату с четырьмя приятелями.
— А, парни! — Обрадовался разбуженный ирландец, — уже?
Потерев заспанное лицо руками, он быстро облачился в довольно приличный сюртук, дико смотрящийся при его заплатанных брюках и дырявых ботинках, которые давно пора выбросить, и молодецки крутанулся.
— Красавчик, — польстил ему попаданец, — все бабы твои.
Довольно улыбнувшись щербатой улыбкой, О,Нил приосанился и они начали торжественно спускаться вниз. Всем желающим и нежелающим ирландец громогласно объяснял, что вот он…с дружками в театру идёт…
— Практически светский выход, — с мрачной иронией сказал попаданец.
Глава седьмая
Здание Виндзорского театра располагалось неподалеку от Пяти Точек, так что поход предполагался короткий. Но нет… для О,Нила и Фреда это практически светский выход, так что выхаживали они чинно, здороваясь со всеми мало-мальски знакомыми людьми, старательно подводя беседу к своей культурной программе.
Попаданец бесился поначалу, старательно не показывая виду, но потом смирился.
— Буду воспринимать это как тренировку, — подумал он, — нужно же научиться понимать местных.
Здание театра изрядно запущенное и явно видело лучшие времена. Пройдя через обшарпанное фойе с гомонящей толпой, среди которых далеко не все хотя бы притворялись светскими львами.
— … ещё раз посмотришь на моего Джонни, кошка ты течная, я те зыркалки повыковыриваю! — Пронзительно вопила хорошо одетая немолодая женщина со следами былой красоты на молодую соперницу. Её удерживал упитанный мужик с крайне самодовольным лицом — бабы-то из-за него ссорятся!
— … и я такой — хрясь ему по башке! — Громогласно докладывал невысокий, но на диво квадратный громила в высоченном потрёпанном цилиндре, таким же бандитского вида дружкам. Физиономия квадрата носила лёгкий оттенок дебильности, да и дружки… — мозги в стороны, а я ещё и башмаком их! Га-га-га!
— … смотри, Салливан, — сурово выговаривал немолодой мужчина, окружённый явными телохранителями, какому-то… судя по всему, торговцу, — в последний раз говорю — вовремя плати! Меня твои отговорки не интересуют. Не заплатишь, твоими кишками длину Литл-Уотер измерю!
На такие сценки жадно пялились окружающие, стараясь запомнить как можно больше. Полиция? Она в Пять Точек не забредала в принципе, местные бандиты порой убивали на глазах десятков и сотен свидетелей, и ничего… Нет, если они выходили за пределы трущоб и там их опознавали, то могли и посадить.
По большому счёту, обитатели Пяти Точек просто не интересовали власти Нью-Йорка до тех пор, пока бандиты и их жертвы варились в собственном соку. Вот если преступления совершались против благонамеренных граждан из среднего класса, власти могли и войска поднять. Случаи, когда роты шли по Пяти Точкам и расстреливали прохожих, не редкость. При этом, как правило, страдали только относительно безобидные обитатели трущоб.
Главари банд имеют надёжные, неплохо охраняемые убежища, а отморозки обитают по большей части в подземельях Пяти Точек, куда не суются даже войска. Вытравить обитателей подземелий, пронизывающих насквозь практически весь Шестой округ, можно разве только газом…
Поднялись на галерку, где и устроились среди остальной нищеты. Внизу сидела публика посерьёзней — торговцы, известные бандиты, сутенёры, наиболее востребованные проститутки.
Попаданец скептически огляделся, явственные следы раздавленных клопов стенах и вши, едва ли не марширующие по некоторым соседям, как-то не настаивали на спектакль. Впрочем… Алекс вздохнул и украдкой почесался, сам-то не лучше. Спасибо соседям… делятся.
— Давай! Давай! — Орала галерка, требуя немедленно, вот прям щас, начинать спектакль. Публика внизу вела себя посдержанней — по крайней мере, не кидала в закрывающий сцену занавес гнилые овощи и огрызки фруктов.
Наконец, аляповатый и явно грязный занавес разошёлся и начался спектакль Парень-детектив. Откровенно убогое произведение о детективе, сляпанное с тем расчётом, чтобы польстить гангстерам и не слишком обидеть копов. Сляпанный на коленке сценарий, никакая игра… но местным нравилось! Более того, они с восторгом аплодировали актёрам и свистели в самых занимательных по их мнению моментах.
Некоторые завсегдатаи даже помогали актёрам, декламируя реплики вместе с ними. Таких суфлёров обычно били соседи. Впрочем… всё зависело от авторитета суфлёра.
Игра настолько паршивая, что попаданец протёр глаза — не обманывают ли они его? Актёры безбожно переигрывали, гримасничая и жестикулируя, как обезьянки в зоопарке. Полные пафоса позы, фальшивые голоса…
— Да в нашей школьной самодеятельности играли в разы лучше! — изумился Алекс. Но откуда ему знать, что Станиславский и Чехов ещё не родились, а театры САСШ считались в то время едва ли худшими?