Трудно быть Ведьмой

Трудно быть ведьмой.

В Далеком-Далеком королевстве, которого нет ни на одной карте, и про которое не слышал ни один нормальный человек, жили самые разные персонажи. Были среди них и выдающиеся личности, были и самые обычные. А были и закоренелые неудачники, куда ж без них.

К сожалению, наша главная героиня, относилась к числу последних. О таких обычно не пишут книги и песни тоже не сочиняют, разве что частушки. А это, как известно, обычно не очень-то повышает самооценку.

Жила эта неудачница даже не на краю Далекого-Далекого Королевства, а где-то в глуши Зачарованного леса, как, в общем-то, и положено при ее-то ремесле, но было крайне неудобно в меру определенных обстоятельств.

Как вы уже, наверняка, догадались она была Ведьмой и звали ее Касандра.

– Касандра, - строго говорила ей бабушка, - Ведьма- это не профессия, это образ жизни. И прекрати стаскивать шляпу! Ведьма без шляпы – нелепа и неестественна, как болото без комаров!

Маленькая Касандра обреченно вздыхала и кивала. Ветхая ведьмовская шляпа тут же с воодушевлением съезжала ей на нос, закрывая обзор. Но шляпы, как известно, не выбирают. Шляпы передаются по наследству.

Сейчас Касандра уже была взрослая, если конечно двадцать лет можно считать достаточным возрастом для ведьмы, но Шляпа все еще была ей велика.

Но главной проблемой юной ведьмочки, был вовсе не ее головной убор. Главной проблемой была ее внешность.

Тут ее поймет любая женщина. Ведь у каждой бывают минуты, когда ее не устраивают её ноги или брови или нос, или все вместе. Касандра же была недовольна собой, в целом и по отдельности, постоянно.

Ну еще бы! У ее бабки были разные глаза – один черный и раскосый, другой же круглый, желтый, как у хищной птицы, волосы, в юности черные, всегда имели вид старой пакли, несимметричное лицо было сплошь усеяно большими родинками и бородавками.

Вообще, предрасположенность к бородавкам была у семьи Касандры генетической.

Свою мать Касандра никогда не видела, но говорят, что у той был на редкость дурной глаз с мерзким бельмом, а спину ее украшал безобразный горб.

А мужская линия их генеалогического древа сплошь состояла из лешаков и оборотней, которые тоже красотой не блещут.

Стоит ли говорить, что двадцатилетняя Касандра страдала от одного только своего отражения. Нужно быть редким неудачником, чтоб при такой наследственности иметь такую внешность:

У девушки была хрупкая, красиво слаженная фигура юной нимфы, и остренькой личико с курносым носиком, маленькими губками и огромными васильковыми глазами. Все это безобразие обрамляли золотистые кудрявые локоны. В общем, крайне неудачная внешность для потомственной Ведьмы.

Касандра исправляла это как могла, тщательно спутывала волосы, обмазывая их смолой и украшая репейниками, горбилась, хромала на обе ноги и залихватски щурила и косила глазами в разные стороны. И даже сделала бутафорный нос с бородавкой, который крепила при помощи резинки и клея.

Но волосы, чудесным образом, уже через пару часов вновь ниспадали светлыми кучеряшками, нагло игнорируя тот факт что смола и репейники – проверенное средство от хорошей прически, глаза уставали щурится, и вместо того, чтоб, как и пугают всех детей, любящих корчить рожи, остаться косыми на всю жизнь, вновь становились кукольными и невинными. А фигуру не портили ни хромата, ни сгорбленная спина, на лохмотья, которые Касандра тщательно полоскала в тине каждый вечер.

Такую миловидную Ведьму не то, что не боялись. Наоборот. Чуть ли не каждую неделю к порогу ее домика приходил очередной страждущий рыцарь и пытался освободить ее от «злых чар, заставляющих скрываться в глуши».

Кассандра их и проклинала, и в лягушек превращала, но поток освободителей не иссекал, заставляя юную ведьму задумываться ни то о смене места жительства, ни то о смене вида деятельности.

Но самым тяжелым были даже не рыцари, а лесные обитатели, которые никак не хотели воспринимать новую Ведьму всерьез.

Русалки брызгались и хохотали, пытаясь заманить девушку в пруд и утащить на дно, дабы пополнить свои ряды столь прелестной особой. Феи дразнились. Лешаки снисходительно поскрипывали и покровительски трепали за щечки. Нимфы и Дриады вообще не обращали внимания. Никто не оказывал должного уважения.

А тут еще весна на носу. У фей брачный период, у русалок линька… А за всем этим всегда Ведьмы следили. Кто ж еще.

А как за ними следить, если они тебя на смех поднимают.

И естественно, чем ближе подходило время всего этого веселья, тем мрачнее становилась Касандра.

И вот в одно, отнюдь не прекрасное, утро Ведьма проснулась и поняла: сегодня ночью феи будут танцевать, и ей, как единственной Ведьме в округе (Бабушка-то давно переехала в ближайшее село) нужно проследить, чтоб не завлекли они зазевавшегося путника своими танцами и энергию его жизненную не выпили.

Горько вздохнув, девушка поднялась с лежака и пошла наводить марафет, впереди еще целый день, но работы предстоит много. Да еще и пирог с черникой было бы неплохо приготовить, чтоб после работы было чем себя порадовать.

Уже смеркалось, когда Касандра наконец-то была готова. Черничный пирог, аппетитно румяный и пышный, был установлен в центр стола, как утешительный приз. И ведьменское чутье, а скорее банальный опыт, подсказывали, что он пригодится. Сама девушка, была в своих лучших (читай: самых грязных и уродливых) лохмотьях. Шляпа и бутафорный нос заняли приличествующие им места, волосы, тщательно спутаны, лицо испачкано в саже. Полная боевая готовность. Пора выдвигаться к феям.

***

– Уронили в пруд, осмеяли, пыльцой обсыпали! а мои лучшие лохмотья…

Ведьмочка, а это бормотала именно она, горестно всхлипнула и потерянно махнула рукой. Уже светало, и ее вид оставлял желать лучшего: На ней было миленькое синие платьишко с оборочками, вся кожа усеяна блестящей пыльцой, непослушные кудри, уже просохшие после купания, приобрели вид красивый и ухоженный. Сажа стерлась, нос отклеился, остроконечную мокрую шляпу она волокла за собой. Феи веселились по полной, и по лесу до сих пор разносился их переливчатый смех.