Тройка
Шрифт:
Джип стоял посреди восьмидесятой автотрассы. Брошенная неподвижная машина, каких много.
Солнца начали бессмысленно летать по небу. Вот взошло четвертое, затем пятое и шестое. И все — холодные, как луны, и слабые, как звезды. Около двадцати солнц столпились над городом и реяли над ним стаей москитов. Небо потемнело и стало почти черным. Солнца собрались группкой и поплыли вместе, как стайка мелких рыбешек. Некоторые из них закружились вокруг центра, как листья в водовороте. Мириады солнц всходили над горами, бесцветные и искусственные, как нарисованные картинки в планетарии.
А выше солнц, выше неба маялись бездельем формы и устройства для будущих снов троицы. Там, в вышине, полуразрушенный и заброшенный пластмассовый завод дымил серо-зеленым дымом над пустынным городом. А еще выше, над вершиной зиккурата майя, кружили канюки, привлеченные человеческими жертвоприношениями.
А еще выше, среди вечнозеленых деревьев, приютился небольшой боулинг.
И где-то еще выше, надо всем этим, где-то совсем в другом месте, по березовой роще, припорошенной снежком, прогуливался молодой человек с длинными светлыми волосами. Он был облачен в форму, похожую на морскую, однако не принадлежавшую ни одному из известных государств. Форма включала также фуражку с козырьком, эполеты и белые шелковые перчатки. В руках юноша держал кожаный портфель. На ногах у него были блестящие черные туфли, скользящие по осенним листьям и свежевыпавшему снегу. Стройный и высокий, он быстро шел вперед под кружащимися снежинками.
Когда он подошел к краю рощи, опять, будто из дырявого сита, на землю посыпался снег. Молодой человек вышел на открытое пространство — перед ним простиралось овсяное поле. По зимнему небу плыли облака. Он направился к узкому столбу света. Снежинки падали с тихим шелестящим звуком, похожим на радиопомехи. Юноша движением головы отбросил назад волосы и прищурился от налетевшего ветра.
Заметив следующий столб света, он направился к нему. Прошел сквозь и пошел к следующему. А потом к следующему.
Березовая роща давно осталась позади. Человек в морской форме шел по тундре, покрытой мхом, прогибавшимся под его весом. Он пересек гигантский бильярдный стол зеленого сукна. Каблуки туфель гулко стучали по дереву. Он не замедлял шага. Затем он вошел в павильон с мраморными колоннами и вышел с другой стороны.
Теперь он оказался на длинном зеленом ковре, шириной метров пять. Ковер тянулся до горизонта, сколько хватало глаз. Лейтенант Винг ступил на ковер. Он шел навестить доктора Мейзера, который, как и он сам, был ангелом.
По совести говоря, лейтенанта Винга не очень-то радовал этот визит.
Белый шум. Белые муравьи в ледяных белых песках. Снежная слепота. Переключение внимания.
Далеко внизу в небе над Родео сияли три солнца.
В какой-то момент, собравшись над городом, они сошлись в одну линию, и тройные тени телеграфных столбов превратились в одинарные. Затем они начали медленно вновь расходиться.
Ева очнулась и заморгала от ослепительного света. Она перестала быть машиной. Она лежала на жесткой земле в крайне неудобном положении. Перекатившись на живот и приподнявшись на четвереньках, она почувствовала, как в ладони вонзились острые камешки. Да, она снова стала сама собой. Где же Наоми?
Ева пошла по городу, громко зовя Наоми.
Вскоре она увидела джип, приближающийся к ней по шоссе, джип издавал звуки, по тембру очень похожие на речь Наоми. Было очевидно, что Наоми не на шутку испугана.
Ева на мгновение задумалась. Если Наоми стала джипом, тогда Алекс…
О нет, только не это.
Змеиная шея, извивающаяся, словно кобра, поднялась из-за дома. Глаза чудовища были налиты кровью, пасть с мелкими щербатыми зубами обнажена в ухмылке.
Взревев, бронтозавр попытался залезть на крышу дома, однако провалился передними ногами сквозь толь. Освободив ноги, он, щелкая челюстями, зашаркал по улице. Ева уже бежала прочь. Повернувшись, Алекс быстрым ударом, как игрушку, отбросил с дороги джип. От удара у машины отлетело крыло. Алекс поднял голову к небу и победоносно взревел.
Ева забежала в сарай для инструментов и оттуда украдкой наблюдала, как Алекс расправляется с Наоми. Джип был слишком велик, чтобы прятаться. Однако Наоми двигалась гораздо проворнее и ловчее бронтозавра. Алекс гнал ее до границы города, а там потерял из виду. Тогда он вернулся и начал рыскать по улицам Родео в поисках другой жертвы.
Стоя в сарае, Ева украдкой выглянула за дверь. Голова бронтозавра торчала над крышей. Он искал ее, пуская слюни и шипя.
Отступая обратно внутрь сарая, Ева нечаянно стукнулась о лопату. Чудовище тут же повернуло голову на звук и издало довольное урчание.
Ева побежала. Полотняные туфли стучали по твердой земле. Но тут у нее перехватило дыхание — в голове раздался громкий голос Наоми:
— Я иду, мама! Я спасу тебя!
— Нет! Держись от него подальше! Беги!
Белый шум. Треск статического электричества. Переключение внимания.
Лейтенант Винг шел по зеленому ковру, пока с одной стороны не возникла высокая, метра два с половиной, стена. Стена уходила вдаль до горизонта, до точки, где зеленый ковер встречался с белым как бумага небом. Винг пошел вдоль нее. Вскоре в стене начали попадаться серые металлические двери с маленькими окошками матового стекла.
Затем с другой стороны возникла другая стена, параллельная первой, вместе они образовывали коридор. Винг прошел мимо мраморной урны с белым песком, затем остановился и прислонился к стенке. Где-то зачирикал воробей, и он поднял голову. Потолка у коридора не было — прямо над головой Винга колыхались ветви берез. Опустив глаза, он вздохнул и пошел дальше.
Наконец он дошел до двери, где на матовом стекле было написано: ДОКТОР МЕЙЗЕР. Винг наклонил голову и постоял возле нее. Затем покачал головой и пошел дальше по коридору.
Пройдя еще несколько дверей, Винг присел на зеленый ковер и прислонился к стене. Затем, покопавшись в карманах, достал косяк с марихуаной и зажигалку. Курил он неторопливо, рассматривая колыхающиеся над головой ветви.
Затем он вернулся к двери с табличкой и легонько постучал в стекло. Ответа не последовало. Он немного подергал за ручку и наконец, достав из кармана связку ключей, подобрал нужный и вошел внутрь.
В помещении было темно. Свет проникал только из коридора. Из мебели присутствовал широкий дубовый стол, книжные полки и большой шкаф со множеством полок и отделений. По углам турецкого ковра стояли большие китайские вазы с папоротником. На стенах висели старинные карты в посеребренных рамах. На низком журнальном столике исходила паром кофеварка. В небольшом оштукатуренном белым алькове позади стола располагались три видеомонитора.