Чтение онлайн

Раскатистый вопль оповестил Тараса об очередной атаке его брата. С самого начала столкновения они не останавливались. Маркус пробивал себе путь через тщетно пытающихся остановить его противников. Они сообразили, что не смогут его остановить и попытались отступить, оставив на закланье два десятка игроков, которых его брат только что зарубил. Перешагнув разорванные тела он с новым криком рванул следом за отступающими. Сейчас в нём было так много маны, что ему даже не нужно было направлять её в ноги. Его тяжёлые ботинки оставили отчётливый след на каменном полу при отталкивании. Разделявшего его и врагов расстояние он преодолел за миг и врезался в ряды отступающих легионеров.

Зверь оказался там через время которое человек тратит на то, чтобы моргнуть. С его рук кровь просто лилась. На когтях остались ошметки плоти предыдущего игрока, которому не посчастливилось с ними познакомиться. Сейчас он и вправду походил на зверя: рычал и выл, в слепой ярости убивая любого, кого Резчик оставит позади. И с каждым криком Маркуса, Дагир распалялся всё сильнее, настолько, что Тарас начал беспокоиться о том, сможет ли он затащить его обратно в тронный зал?

В Яме они успели наслушаться криков своих братьев. После любого бунта, попытки побега или какой-нибудь выходки виновников наказывали. Серьёзность наказания варьировалась в зависимости от серьёзности проступка, состояния и возраста наказуемого, а также общего положения дел в самой Яме. Самым худшим была арена, когда наказанием становился поединок. Альтернатива — показательная пытка. К старшим её применяли не часто, как правило их заставляли слушать как, расплачивается кто-то помладше.

Словами не описать какую ярость и злобу испытывали старшие в таком случае. Не редко она перерастала в личную ненависть, когда один или несколько братьев могли сбежать только для того, чтобы убить палача. Дагир полностью окунулся в эти эмоции и сосредоточился на умерщвлении тех, кто, по его мнению, повинен в мучениях его брата. Пытаться его успокоить — гиблое дело. Поэтому Тарас сосредоточился на том, чтобы не отставать от Маркуса. Даже с его уровнем и характеристиками, продержится он не больше пары минут.

Впрочем, каждый его широкий удар, перекрывал собой практически всю ширину коридора, а невероятная сила позволяла клинку разрубать всё, что попадается на пути. И это касалось не только людей.

Противник использовал несколько способов его остановить. Первым была сковывающая или замедляющая магия. Пламя битвы развеивало всё подобные эффекты, наглядно показывая насколько терпимым к боли вырос Маркус, раз даже в таком состоянии умудряется его использовать. Потом прибегли к грубой силе: совместное колдовство десятка магов отбросило его в стену. Резчик ударился об нее и приземлился на ноги. Его меч оказался отведен назад и заблокирован стеной, поэтому сумеречным налётчикам до которых он к этому моменту добрался момент показался удачным для атаки. Тогда Резчик с натужным рёвом направил клинок прямо на стену, пройдя через неё его меч в куче пыли и каменного крошева, обрушился на осмелевших врагов.

Резчик убил больше половины всего отряда, ещё часть добили они, поэтому резервы противника перестали быть единым, мощным кулаком, способным легко пробить их оборону. Но и время Резчика подошло к концу: удары начали становиться слабее, двигаться он начал медленнее, настолько, что в один момент оказался не способен догнать убегающих от него игроков. Он даже кричать перестал и, опустив меч, начал просто хрипеть.

Тогда же Вольный впервые с начала схватки подошел к нему вплотную. Он почувствовал, как напрягаются могучие мышцы, ощутив, как кто-то ещё дотрагивается до рукояти его меча.

— Свои, брат, — поспешил успокоить его Вольный.

Тогда Резчик расслабил руки и позволил забрать Дрома, исчезнувшего в магическом инвентаре Вольного. Как только меч исчез из рук великана, тот будто потерял последние остатки сил и рухнул на пол. Пока враг не опомнился, Вольный побежал обратно, по пути зацепив Зверя. Тот сначала и не узнал его, собираясь наброситься, но не заметив никакой реакции, понял, что перед ним не очередная жертва.

Врагов на обратном пути осталось немного, и большая часть была не в состоянии пытаться их остановить. Зверь убил ещё парочку людей по дороге, вымещая свою злобу, пока они не вернулись обратно, где сражение не останавливалось ни на секунду.

Несколько заделанных ранее пробоин оказались вновь открыты. Пока врагов удавалось сдерживать, но с каждой минутой защитников Даийлен становилось всё меньше, а враг мало-помалу отвоёвывал себе место внутри. Некоторые маги уже начали обстреливать трон, в попытках добраться до богини, но рунный барьер, воздвигнутый Этель пока справлялся со всем. Всё клонилось к вымученной и тяжелой победе осаждающих, пока в один момент по всему замку не прошла чудовищная тряска. Схватка мигом остановилась — большая часть её участников просто попадали на пол.

По замку разошлась паутина трещин. Помимо тронного зала весь домен превратился в мозаику, непонятно чем склеенную. И через секунду этот невидимый «клей» растворился. Всё за пределами одного единственного помещения рухнуло в пропасть, вместе со всеми находящимися там игроками. Волна криков стихала по мере падения остатков домена в безду.

Даийлен поднялась со своего трона. Её фигура, будто окрепшая за эти несколько часов, вновь сияла почти ослепительно. Дыра в животе и огромная рана на голове полностью исчезли. Один взмах её руки — и всё игроки вражеской стороны, которые успели к этому моменту вступить в её тронный зал, исчезли в ярких вспышках света.

Бой наконец-то закончился.

Уставшие защитники в большинстве своём сели на пол прямо там, где стояли, побросав оружие. Никто из сильно раненых уже даже не просил о помощи: сейчас у всех было ощущение, что проще просто переродиться. Да и целителей в «рабочем» состоянии уже просто не было.

Вольный не стал разваливаться на полу, как сёстры, а закинул [Стремление Макки] на плечо и пошёл в сторону Даийлен. Богиня Света осматривала остатки своего домена, составляющие теперь лишь малую часть её прежних владений. Несколько особенно безразличных от усталости игроков вообще свесили нога и с края. Темнота вокруг начала рассеиваться, будто начал заниматься рассвет. Стали видны белые клубы обломков, окружающий остатки летающего дворца.

— Всё?

— Да. Домен снова мой.

Зверь тоже оказался поблизости:

— Жаль мне того, кому придётся наводить здесь порядок.

Его замечание пришлось кстати. Тронный зал Даийлен, где прошла первая массовая резня, впоследствии убранная, снова был завален телами и обломками. В потолке имелось несколько дыр, через которые начал проникать свет, а левая стена, где было большая часть пробоин оказалась покрыта сетью трещин, вызывающих опасения.

— Я должна вас поблагодарить, всех вас, — последние её слова прозвенели по всему залу, — тех, кто согласился встать на мою сторону в час нужды… Я благодарна вам за помощь. Знаю для многих из вас, кто отвернулся от выбранного ранее бога, это решение будет иметь большие последствия. Пусть мой дворец и распался, в Датриусе моя церковь хранит много сокровищ. Я обязательно отплачу вам за вашу помощь и с удовольствием приму под свою опеку тех, кто найдёт себя на пути света. — взгляд богини остановился на Вольном, — Если такие, конечно, найдутся.