Чтение онлайн

Рин представляет себе часть комнаты, которая попадала в поле зрения мистера Айсберга через камеру в ноутбуке в моменты их общения, и ее охватывает стыд. Наверняка чистюля-швед счел ее безнадежной неряхой. Такому и не объяснишь, что значит творческий беспорядок.

– Хотите прежде осмотреть дом или выпить чаю с дороги?

Неожиданный вопрос, да еще произнесенный на английском, застает Рин врасплох. Она не сразу понимает, что именно говорит ей эта женщина, как же ее… ох, неудобно переспрашивать имя… Фрея? Фройла? Фроя? Точно, Фроя!

– Спасибо, Фроя, я бы предпочла кофе, если можно.

Рин предпочла бы еще и сигаретку, но, конечно, умалчивает об этом. Курить она бросила сразу после института, но сейчас находится в таком напряжении, что готова нарушить свое табу.

– Присаживайтесь, сейчас принесу! – Фроя поворачивается и уходит, виляя толстой седой косой. Рин остается одна посреди огромной гостиной, где не то что присесть – даже прикоснуться к чему-нибудь страшно. Господи, да как же она будет здесь жить? Что, если Юхан предложит ей пообедать или поужинать с ним за этим бескрайним стеклянным столом, сквозь который наверняка будет видно, как дрожат ее колени? Стоп, что за чушь лезет в голову? Какие обеды и ужины? Она приехала, чтобы написать картину. Обычно в процессе работы ей хватает пару чашек кофе и полтора бутерброда в день, так что…

Рин собирается отправиться вслед за Фроей, чтобы сказать, что кофе можно выпить и на кухне, но та уже вплывает в просторный проем гостиной, лишенный дверей. Перед собой она катит сервировочный столик, уставленный угощениями, на верхнем ярусе дымятся две белые фарфоровые чашки, источающие божественный кофейный аромат. В мгновение ока стеклянный стол, так напугавший Рин, оказывается накрыт плотной белой скатертью с набивным цветочным рисунком и уставлен блюдами с закусками и выпечкой. Булочки с корицей так и притягивают взгляд. Коричный и кофейный ароматы смешиваются, дополняя друг друга, и Рин, добравшись до угощения, вмиг забывает о всякой неловкости.

За стеклянной стеной – судя по всему, раздвижной – плещется море. Небо затянуто серыми тучами, крикливые чайки носятся над водой, высматривая добычу. Со стороны пирса, где Рин высадилась на берег, стеклянных стен не было видно. И на фото, присланных Юханом, дом был снят с того же ракурса. Эта стена, прозрачная и совершенно невидимая, впускает внутрь много света, отчего создается ощущение простора, свободы и, как ни странно, безопасности. Тревога Рин понемногу рассеивается, мысли о чудовищах, обитающих в норах за домом, теперь кажутся нелепыми, а от непринужденной болтовни Фрои вскоре проходит и скованность.

– Вы заметили нашу крепость? Не то тринадцатый, не то пятнадцатый век, точно не установлено. Археологи спорят об этом до сих пор! – Фроя смешно таращит светлые водянистые глаза, указывая рукой, в которой держит булку, в противоположную от стеклянной стены сторону, где стоят диван и два кресла, словно крепость находится где-то между ними. – Этот объект хотели оборудовать для посещения туристами, но так ничего и не сделали. Местность слишком труднодоступная, вокруг полно мелких островов и подводных скал, в плохую погоду сюда не добраться, да и в хорошую нужен опытный проводник, способный провести судно к этому берегу. Их не так много осталось в здешних краях. На весь Тролльхол один Хуго, старый морской волк. Ни для кого не секрет, что он частенько выходит в море «под парами», – тут она многозначительно подмигивает Рин, – да и в пути не прочь подогреться глоточком-другим горячительного, но с курса не сбился ни разу. Это ведь Хуго доставил вас сюда из Бьёрхольмена?

Рин пожимает плечами, вспоминая рыжебородого мужчину в черной вязаной шапке, управлявшего катером. У него было задубевшее, словно брезентовое, лицо, кустистые брови и широкий белый шрам на подбородке.

– Он не назвал своего имени. Мы не беседовали, только поздоровались и попрощались.

– Точно, это он! Тот еще молчун! – Фроя энергично кивает. – В Бьёрхольмене есть еще несколько лодочников, которые знают водный путь, но они неохотно берут заказы на этот маршрут. Чтобы наладить паромное сообщение, властям придется расчищать морское дно, строить канал, а это нерентабельно, потому что жителей на Тролльхоле мало, и с каждым годом их становится все меньше.

– Почему же? Здесь так красиво!

– Люди уезжают, перебираются поближе к цивилизации. Вся инфраструктура от нас далеко, ни школ, ни больниц, лишь дом престарелых в западной части Тролльхола, но и тот почти пустой, наши старики туда не торопятся, хотя уход там отличный, да и хоть какое-то общение. Вот и отец мой прожил там в прошлом году несколько месяцев после смерти мамы, а потом вернулся домой и теперь часто остается один. Я, конечно, забочусь о нем, но это ведь не то же самое, что круглосуточный присмотр. И о доме престарелых даже слышать хочет, старый упрямец! Говорит, что лучше умрет в своей постели, и ему неважно, что без должного ухода это может случиться гораздо, гораздо раньше! – Фроя начинает волноваться – видимо, затронула свою самую острую проблему.

– Я бы взглянула на вашу крепость поближе. – Рин спешит отвлечь собеседницу от неприятных мыслей, и это срабатывает: глаза Фрои зажигаются азартом.

– О, вам понравится, я уверена! Могу проводить вас туда, когда пожелаете. Говорят, где-то в подземельях все еще хранятся военные трофеи викингов! Там не только золото и оружие, но даже есть потайная бухта с кораблями! Правда, ничего такого пока не нашли, но это потому, что особенно никто и не искал.

– Откуда же тогда об этом известно?

– Как откуда? От предков, разумеется. Все мы тут потомки древних конунгов и хёвдингов, защищавших эти земли от нашествия врага. Мой отец, например, утверждает, что наш род Холмстромов уходит корнями к одному из форингов – правой руке конунга, выстроившего крепость на этом острове, а род Юхана – Лофгрены – как раз с того конунга и начался.

– Да ладно? – вырывается у Рин с заметной ноткой скептицизма, и она, спохватываясь, добавляет: – Очень интересно, правда.

– Но самое интересное я еще не рассказала, – с придыханием продолжает Фроя. – Известно, что с момента основания крепость ни разу не была взята! Ни разу, представьте себе, враг не ступил за ее стены! Это исторический факт. А ведь крепость часто осаждалась многотысячными войсками. Очевидно, что конунг был очень талантливым военачальником, но поговаривают, что без мистики тут не обошлось. Кто-то ему помогал. Кто-то могучий, обладающий нечеловеческой силой. Говорят, что они до сих пор еще здесь, стерегут крепость и этот остров.

Рин с содроганием вспоминает о норах в скалах.

– Они?.. – Кофе выплескивается из чашки в ее дрогнувшей руке. К счастью, все капли летят не на скатерть, а в блюдце, на кусок недоеденной булки.

Фроя смотрит на коричневые брызги, но тут же делает вид, что они ей безразличны, и, заглядывая Рин в глаза, произносит с самым серьезным видом:

– Тролли!

– О-о-о…

– Такова легенда. Но некоторые верят, что она реальна. Одна жительница, Эбба, так даже утверждает, что видела троллей собственными глазами. Правда, она принимает снадобья, от которых бывает не в себе, так что, сами понимаете…