Чтение онлайн

С этими словами он сам начал бить ногами по костерку, разламывая импровизированный вертел с недожаренными крысами. Другой полицейский принялся ему помогать.

Лицо Хуры исказилось чуть ли не яростью. Но Маша предвидела это и была уже возле него. Она прижалась к его уху и прошептала:

– Не бойся. Ты не останешься голодным. Мы сейчас обязательно что-нибудь придумаем. Пойдем. – Маша взяла его за руку и потянула за собой, уходя прочь от двух служителей закона.

– Как он сказал? Полицмейстер? – услышала Маша фырканье одного из ментов, когда они отошли уже метров на десять.

Никогда еще Хура не был в такой чистой и аккуратной харчевне. Здесь стояли красивые столики и стулья, выполненные из совершенно незнакомого троллю материала. Оно было вроде как окрашенное дерево, но при близком осмотре и на ощупь сильно отличалось от него.

Трактирщики, их почему то было аж четверо, стояли вдоль длинной столешницы, сделанной из такого же недерева, как столы и стулья для посетителей харчевни и, как позже объяснила Маша, материя эта называлась пластик. Вдаль от этой столешницы было много всего: столы, стойки, какие-то мудреные приспособления. Вокруг всего этого суетилось большое количество поваров, официантов и кухарей.

Хура, как и любой тролль, с большим трепетом относился к кулинарному делу. Он быстро сообразил, что, несмотря на кажущийся хаос, дело производства пищи отлажено здесь очень четко, и, что крайне важно, довольно быстро. Потому-то, догадался он, эта харчевня и называлась не просто харчевней, а рестораном-бистро, и имело оно очень сложное название Мак-чего-то-там

Часть посетителей ресторана-бистро выстроились в две небольшие очереди к столешнице, чтобы сделать заказ. Но Маша повела его к высокой стойке, на которой была какая-то яркая картинка. Таких стоек было несколько, и Хура заметил, что возле некоторых из них тоже были посетители, которые тыкали в эти картинки руками.

Маша тоже провела пальцем по картине и, к изумлению тролля, она изменилась. Теперь было много других картинок размером поменьше с изображением всего самого разного. Где-то были красивые упаковки, а где-то разная еда, а где-то изображались высокие кружки без ручек.

Девушка продолжала тыкать по этим картинкам. В какой-то момент она обернулась на Хуру, возможно, чтобы оценить потенциал его аппетита. Затем снова принялась водить пальцем по картинкам. После того, как она закончила, она вытащила из внутреннего кармана своей ненастоящей брони маленькую прямоугольную карточку, которая тоже оказалась пластиковой, и приложила к стойке. Стойка ответила тихим жужжанием и медленно выплюнула маленькую бумажку.

Увиденное очень потрясло Хуру. Такой магии видеть ему еще не приходилось. Он, конечно, как и большинство из его народа, недолюбливал магию, но иметь дело с ней иногда приходилось. Более того, были даже тролли-маги. Хура знал одного такого и иногда посещал его, чтобы навести чары на некоторые из его кузнечных работ.

Хура полагал, что теперь, когда Маша закончила этот непонятный ритуал, они тоже пойдут к столешнице с трактирщиками и сделают заказ, но вместо этого они просто встали неподалеку и ждали.

– Так мы будем есть? – недовольно проворчал Хура. В животе неприятно заурчало, причем так громко, что стоявшие неподалеку посетители ресторана-бистро окинули его возмущенными взглядами. Все-таки жалкий этот народ – людишки. Урчание живота – такой же естественный звук живого организма, как, например, пуканье или отрыжка, и не издает их только мертвый.

– Да, скоро будем, – сказала Мария, глядя куда-то поверх стойки с трактирщиками. Там тоже были какие-то меняющиеся белые картины с буквами и цифрами. Картинка немного изменилась и, вероятно, это что-то значило для Маши. – А вот и наш заказ.

Маша подошла к стойке к одному из трактирщиков, Хура охотно последовал за ней. Трактирщик уже выгружал для них на поднос упакованные в бумагу, но не скрывающие изумительного запаха, булочки с фаршем и другими приятными вещами. А также две довольно большие кружки без ручек, сделанные, и это было удивительно, из бумаги.

Маша забрала поднос, поблагодарила трактирщика и направилась к свободному столику. Хура пошел за ней. Как только они уселись за стол, тролль схватил одну из булочек, сорвал с нее бумагу и, не глядя, закинул к себе в пасть. Вот это было блаженство. Вся прелесть этого бутерброда была вовсе не в мясе, а в булочке, хотя фарш и пряности удачно дополняли вкусовой букет закуски.

– Не торопись, подавишься, – улыбнулась Мария. Она тоже развернула один из пакетиков. – Эта штука называется бургер.

– Мне нравится бургер, – кивнул Хура. Он развернул еще один и проглотил его. – Вкусный.

Маша тем временем отложила свой надкусанный бургер, затем взяла какую-то трубочку, что лежала на их подносе и вставила в специальное отверстие в бумажной кружке без ручек. Это была трубочка для высасывания того, что содержится в кружке, догадался Хура. Он сделал все точно так же и …

– Аррррхххх!!! – воскликнул тролль. Маша испуганно подскочила.

– Невкусно? – спросила она, снова садясь, но все еще охваченная страхом.

Никогда еще Хура не принимал в свою пасть столько сахара. Жидкость, что покоилась в бумажной кружке, была приторно сладкой. Хура очень любил сладкое. В основном ему доводилось лакомиться ягодами и фруктами, реже удавалось разжиться сахарными кубиками, но такую мощную сладость тролль не испытывал ни разу в своей жизни. Прилив энергии буквально влился в его кровь с одним только глотком.

– Сладко! – ответил ошеломленный Хура, снимая крышку бумажной кружки. Внутри оказалась темная пузыристая жидкость. – Что это?

– Это кола, – печально вздохнула девушка. – Моя любовь и мое проклятье?

– Не понял, – сказал Хура, делая еще глоток. – Проклятая любовь?

– Я очень люблю этот напиток, но в большой степени из-за него я выгляжу как самый настоящий тролль… Ой, прости.

– Ты не выглядишь как настоящий тролль, – спокойно возразил Хура. Сравнение Маши его не задели. – Но тянешь на поддельного.