Трофей
Шрифт:
У них всегда были люди. Охранники, те, кто присматривал за территорией, домработница. Правда, последняя была приходящей.
Побродив ещё некоторое время бесцельно по первому этажу, Мила остановилась у лестницы. Взялась за перила, но так и не сделала шага.
Она увидела на веранде тлеющий огонь от прикуренной сигареты.
Только один человек в доме мог позволить себе курить, где ему заблагорассудится.
Мила на секунду прикрыла глаза. В груди неприятно жгло, давило. Хотелось, как в фильмах ужасах, залезть туда рукой и вытащить черноту, что не давала спокойно жить.
Девушка не таилась. Она знала, что Глеб услышит её приближающиеся шаги.
Как она и предполагала, он стоял у самого окна, открыв одну секцию, и выпускал дым. Широкие плечи снова привлекли внимание Милы. Она любила к ним прикасаться, любила оглаживать, чувствовать крепость мышц.
– Мила, замерзнешь.
Он не повернулся.
Губы Милы тронула грустная улыбка. Он знал, что это она… Сердце заныло в удвоенной силой.
– Я подготовилась.
Её слова вызвали интерес, и мужчина обернулся.
– И тебе принесла.
Она захватила легкую куртку из гардеробной. Сейчас же, подойдя к Глебу, накинула её на те самые плечи, которыми не уставала восхищаться. Мужчина замер, явно не ожидая ничего подобного.
– А у меня вот, - она показала на перекинутый через локоть теплый плед.
– А ноги босы.
– Тапочки греют.
Глеб поправил куртку. Значит, она не ошиблась, и он подмерз. Но продолжал стоять на веранде, глядя на рассеивающийся в темноте дождь. Мила встала рядом, предварительно так же накинув на плечи плед.
Тепло…
Или она согревалась от того, что он рядом?
– Я видела, что приезжал Марк.
Она не надеялась, что Глеб ей что-то объяснит. Так и оказалось.
Он затушил сигарету, за что она ему мысленно была благодарна. Всё-таки она не любила запах никотина, хотя он в её сознании теперь навсегда будет ассоциироваться с Глебом.
С его губами.
– Как у тебя настроение?
Мила пожала плечами и честно призналась:
– Паршивое. Ванна не помогла.
– Иди ко мне.
Глеб протянул руку, обнимая Милу за талию.
Девушкаа противиться не стала. Всё-таки даже плед не спасал от прохлады. Окно они так и не прикрыли.
Глеб встал за спиной Милы, заключив её в объятия.
Вот теперь тепло. Хорошо.
Мила грелась от мужского тела, наслаждаясь терпким запахом стильного парфюма с привкусом табачного дыма, что пропитал не только одежду, но и кожу. Мила одной рукой накрыла скрещенные ладони Глеба, что по-хозяйски обнимали её за талию.
– Я уеду, Глеб, - негромко произнесла она, откидывая голову, удобнее устраиваясь у него на груди.
– Я не пущу, - тем же спокойным тоном проговорил он в ответ.
– Я знаю. Но я попробую.
– На что бегать от меня будешь, Принцесса?
– На те деньги, что у меня есть.
Послышался легкий смешок, а потом Глеб втянул воздух, точно собирая уже её запах с её волос.
– Точно. Я про них и забыл.
– Я из них почти ничего не потратила.
– Сколько там, напомни, пожалуйста.
– Около ста тысяч. Валюты.
– И, по твоим предположениям, на какой период тебе хватит?
Его теплое дыхание с примесью ещё и спиртного ласкало затылок, спускаясь вниз, к шее.
– Если я буду не особо активно от тебя бегать, то есть, не покупая постоянно билеты, заметая следы, меняя симки, ночуя в разных отелях, вызывая экстренно такси с повышенными тарифами, то, думаю, надолго.
Руки на её талии сжались чуть сильнее.
– А если мои люди тебя снимут сразу же на первой станции ж/д вокзала?
– Они могут? – Мила не смогла сдержать улыбки.
– Могут.
Она пожала плечами, насколько ей позволяли крепкие объятия.
– Тогда сложнее.
– Практически нереально, Принцесса.
– Я плохо представляю твои возможности, да?
– Зачем тебе их представлять? Почему ты не можешь просто брать то, что тебе дают? – в голосе Глеба проскользнули злые нотки.
Мила негромко вздохнула.
– Не могу.
– Глупость.
– Наверное, так и есть, Глеб, - она не заметила, как тоже сильнее сжала его руки, интуитивно ища в своем же оппоненте опору. – Мне надо… Побыть одной. Тебе, Глеб, этого не понять. Я всю жизнь под присмотром… Да ты и сам знаешь. А теперь, несмотря на то, что я в тебя влюбилась, я себя чувствую… наверное, знаменем, трофеем, что ли, который передают из рук в руки.
– Хорошо, что хотя бы вещью себя не назвала.
Она негромко засмеялась.
– Ты меня балуешь. Я тебе очень благодарна и за защиту и… За всё я тебе благодарна, Глеб. И за то чувство, что я испытываю - тоже.
– Мила, - прорычал, не сказал. И по телу его прошлась дрожь.
Замерз всё же?
– Но я всё равно буду от тебя убегать, Глеб. Ты - возвращать. А я… Не могу, вот хоть что со мной делай.
Она вывернулась, повернувшись к нему лицом.
Свет от дверного проема падал за его спину, и она не могла рассмотреть ни его глаз, ни выражения лица.
А хотелось…
– Глеб… Отпусти меня. Прошу… Мне надо. Отпусти. Если я твоя Принцесса, и ты мой Дракон, то я вернусь. Сама вернусь.
ГЛАВА 19
Мила вошла в магазин, сразу же раздался легкий перезвон дверного колокольчика, что оповестил приятную девушку-консультанта о новом посетителе.
– Добрый вечер.
– Здравствуйте.
Мила огляделась по сторонам.
– Господи, какая красота! – не удержалась она от восторженной ремарки. – А запахи… Божественные. Как вы тут работает?