Троецарствие
Шрифт:
Умоляю вас, государь, сократить повинности, положить конец притеснениям народа, уменьшить число девушек во дворце и приблизить к себе достойных сановников. Тогда небо возрадуется, народ проникнется доверием к вам, и в государстве воцарится порядок и спокойствие».
Доклад этот лишь вызвал недовольство Сунь Хао. Не обращая никакого внимания на уговоры, он приказал строить Светлый дворец. Всем военным и гражданским чиновникам было приказано отправиться в горы и возить оттуда бревна. Все это вызывало большое недовольство чиновников.
Между тем Сунь Хао обратился к предсказателю Шан Гуану и попросил его погадать, удастся ли царству У овладеть Поднебесной.
— Гадание показывает счастье для вас, — сказал Шан Гуан. — Год гэн-цзы [280 г.] приходится как раз на черный цвет, а это значит, что вы вступите в Лоян.
Сунь Хао, очень довольный этим предсказанием, обратился к чжун-шу-чэну Хуа Хэ с такими словами:
— Покойный император приказал строить укрепленные лагеря вдоль реки Янцзы. Всеми этими лагерями ведает Дин Фын. Но мне они не нужны — мои войска и флот подымутся вверх по течению реки Ханьшуй и отомстят за позор императора царства Шу. Посоветуйте, куда мне раньше двинуть войско?
— Династия Шу-Хань погибла безвозвратно! — попытался отговорить императора Хуа Хэ. — Сыма Янь теперь только и думает о том, как бы ему проглотить наше царство. Государь, прежде всего вам следует обратить свое милосердие к народу. Заставить сейчас народ взяться за оружие — все равно что гасить огонь, подбрасывая в него хворост — можно и самому сгореть! Подумайте об этом, государь!
— Что ты болтаешь чепуху! — разгневался Сунь Хао. — Я должен воспользоваться случаем для восстановления былого величия наших предков! Молчи! Не смей мне возражать! Если б ты не был моим старым слугой, я за такие слова отрубил бы тебе голову!
Стража вытолкала Хуа Хэ из зала. Он вышел за ворота дворца и со вздохом произнес:
— Как жаль, что эти прекрасные места скоро попадут в руки врага!
С этого дня Хуа Хэ заперся дома и больше не являлся во дворец.
А Сунь Хао повелел полководцу Покорителю востока Лу Кану готовиться к нападению на Сянъян.
Лазутчики донесли об этом в Лоян цзиньскому императору Сыма Яню. Сыма Янь созвал военный совет, на котором Цзя Чун сказал:
— Мне известно, что Сунь Хао жесток и действует наперекор разуму. Государь, прикажите ду-ду Ян Ху унять Сунь Хао, если он действительно вздумает напасть на нашу границу. Недалеко то время, когда в царстве У начнутся великие смуты. Вот тогда вы завоюете его!
Следуя этому совету, Сыма Янь отправил гонца в Сянъян с повелением Ян Ху держать войско наготове на случай нападения врага.
Военачальник Ян Ху пользовался в Сянъяне большой любовью народа и воинов. Многие военачальники из царства У покорились ему и беспрекословно выполняли его приказания. Воины Ян Ху, не занятые охраной границ, обрабатывали восемьсот цинов пустующих земель и снимали обильный урожай.
Когда Ян Ху только прибыл в Сянъян, в войске не было продовольствия и на сто дней, а спустя нескольких лет запасы накопились на десятилетие.
Ян Ху был прост в обращении с воинами, всегда носил легкую одежду, никогда не надевал лат и шлема. Шатер его охраняли лишь десять воинов.
И вот однажды военачальники обратились к Ян Ху с такими словами:
— Дозорные доносят, что воины царства У неосторожны и беспечны. Разрешите напасть на них, и мы одержим большую победу!
— Вы недооцениваете способностей Лу Кана! — улыбнулся Ян Ху. — Это умный и хитрый полководец. Когда-то он напал на Силин и в одно мгновение убил военачальника Бу Чаня и несколько сотен его воинов. Я даже не успел их спасти! С ним шутить опасно! Мы должны спокойно выжидать, пока изменится обстановка. Тот, кто выступает, не считаясь с требованиями времени, всегда терпит поражение.
Военачальники успокоились и прекратили разговоры о нападении на противника.
Однажды Ян Ху решил отправиться на охоту. Как раз в это время охотился и Лу Кан. Ян Ху строго-настрого запретил своим воинам переходить границу, и никто не нарушал его приказа. Лу Кан обратил на это внимание и со вздохом произнес:
— В войске полководца Ян Ху такой порядок, что лучше на него не нападать!
Вечером, после охоты, Ян Ху расспросил своих воинов, сколько перебежало к ним дичи, подстреленной охотниками Лу Кана на своей земле, и всю эту дичь приказал отвезти Лу Кану. Тот позвал в свой шатер гонца и спросил:
— Твой полководец пьет вино?
— Если хорошее, пьет, — отвечал воин.
— У меня есть мера выдержанного вина, отвези его своему полководцу, — улыбаясь, сказал Лу Кан. — Правда, это вино я держал для себя, но в благодарность за вчерашнюю охоту хочу угостить Ян Ху.
Воин взял вино и уехал.
— Зачем вы послали ему вино? — удивленно спросили военачальники.
— А ведь он по доброте своей вернул нашу дичь, — просто ответил Лу Кан ко всеобщему изумлению.
Возвратившись с вином, воин обо всем рассказал Ян Ху.
— Откуда он знает, что я пью вино? — засмеялся Ян Ху и приказал открыть кувшин.
Военачальник Чэнь Юань предостерег его:
— А не отравлено ли это вино? Не пейте, господин ду-ду!
— Лу Кан не из тех, кто способен отравить человека!
Ян Ху выпил полную чашу.
С той поры между лагерями Ян Ху и Лу Кана то и дело сновали гонцы. Однажды Лу Кан прислал оправиться о здоровье Ян Ху.
— А как чувствует себя полководец Лу Кан? — в свою очередь спросил посланного Ян Ху.
— Он уже несколько дней болен и не встает.
— У меня такая же болезнь, как у него, — сказал Ян Ху. — Вот возьмите лекарство и отвезите своему полководцу. Он скоро поправится.
Гонец отвез лекарство Лу Кану.
— Ян Ху наш враг! Не пейте этого зелья! — предостерегали Лу Кана военачальники.
— Ян Ху меня не отравит! — с уверенностью произнес Лу Кан и выпил лекарство.
Вскоре он выздоровел, и военачальники от души радовались этому. Лу Кан сказал им:
— Если Ян Ху будет действовать добром, а мы — жестокостью, победа останется за ним. Нам не следует гоняться за мелкими выгодами.