Трое
Шрифт:
Насладившись по полной, женщина счастливо потянулась, удивленно посмотрела на уже согретую для чая воду в жестянке и предложенный ей завтрак из хлебцов и вяленого мяса. Надо же, позаботился о ней. На глаза навернулись слезы. За последние десять лет о ней никто не заботился. Новое, невероятно приятное ощущение. Она благодарно поцеловала своего спутника и принялась за еду, обдумывая будущий разговор. Его надо было убедить вернуться к шоссе.
К ее удивлению, он начал «разговор» первым. Тронув ее за рукав, он указал на землю. Там было написано все той же веткой:
– Дочь?
– Да, да, - Керол оживилась, отставив еду, - Гризли, там моя дочка, София, мне надо к ней!
Опять пишет:
– Муж?
Керол помедлила, вздохнула:
– Да, я замужем, я говорила тебе. Но… Он нас оставил там, возле горящего дома, он бросил нас. Да и до этого… Я не считаю его больше своим мужем и не вернусь к нему.
Она сказала это твердо, глядя ему в глаза и в этот момент поняла, что, в самом деле, несмотря ни на что, вернется она к своей дочери одна или с Гризли, с Эдом она больше не будет. Никогда. Тот момент, когда она смотрела, как он уезжает от них, как их машина скрывается в темноте, оставляя ее и Софию на верную смерть, отрезал все пути назад.
Керол нервно подтянула рукав кофты, случайно обнажив синяки недельной давности, поставленные Эдом. Вчера, в темноте, их не было видно. Зато сегодня они очень явно контрастировали своей синевой, уже отдающей в желтизну, с новыми отметинами от поцелуев, которые ей оставил Гризли.
Гризли молча взял ее за руку, обнажил кожу до локтя, внимательно посмотрел ей в глаза. Потом кивнул на уже написанное :
– Муж?
– Да. – Керол закусила губу, посмотрела на него, - он… не сдержан…
Гризли показал на себя, вопросительно подняв брови.
– Что? Ты?
– Керол догадалась, о чем он спрашивает, рассмеялась, - нет, что ты… Он… любит причинять боль… Не как ты… совсем не так… - Она пересела к нему поближе, обняла, спрятала лицо на его груди, - мне… мне было так хорошо с тобой… Мне никогда так хорошо не было, спасибо тебе…
Он приподнял ее за подбородок, заставив смотреть прямо в глаза, потом серьезно кивнул.
– Я поняла… Ты хочешь сказать, что и тебе было хорошо, да?
– счастливо улыбнулась Керол.
Он опять кивнул, не отводя от нее карих, с янтарными искрами, ярких в свете дня глаз.
Потом опять обнял, прижал крепко. Керол замерла. Она понимала, что он думает о чем-то, принимает решение и не хотела мешать.
Гризли мягко отодвинул ее от себя, потом взял ветку, написал:
– К дочке.
Керол задохнулась, заплакала, порывисто обняла его опять, целуя в губы, лицо, щеки.
– Спасибо тебе, спасибо!
Он придержал ее за подбородок, нежно поцеловал, так, что горячая волна жахнула с низа живота к сердцу.
Затем кивнул на рюкзак, встал, поднял ее. Керол это правильно восприняла как команду к сборам. Ей собирать было нечего, поэтому она просто помогла мужчине.
Покидая гостеприимную полянку, Керол оглянулась, подумав, что столько счастливых моментов у нее не было в жизни уже десять лет, ровно с того дня, когда она впервые взяла на руки Софию.
Глава 16
– А че это с шерифской бабой?
– Мерл притормозил возле пикапа со стороны водителя.
Дерил ничего не ответил, мрачно наблюдая, как Лори, опираясь на руку Рика, идет, пошатываясь от обочины. Ей было явно нехорошо.
– Мы уже третий раз тормозим, блядь. Она болеет? Укусили, может?
– Мерл, пользуясь остановкой, закуривает и выпускает дым.
Мишель вопросительно посматривает на Керол. Та вздыхает, потом тихо говорит:
– Лори беременна.
– Да, - тянет Мерл , - круто, че. В такое время рожать - это ебнуться надо. А чего его дружбан так прыгает?
– он кивает на Шейна, выскочившего из машины и пытающегося помочь Лори устроиться поудобней на сиденье.
– Не знаю.
– Слегка натянуто отвечает Керол.
Мерл внимательно смотрит на нее, потом переводит взгляд на машину Рика, на Шейна, что-то взволнованно говорящего Лори, и хмыкает.
– А там все весело, да?
– Ты о чем?
– не понимает Мишель.
– О том, что я вообще тогда не понял, чего это вчера шериф так на нас смотрел. У самого семейка веселая… Да, мамаша?
– поворачивается он к Керол, а та, ничего не говоря, отводит взгляд.
– Ты хочешь сказать, что он, Шейн и Лори… - Мишель округляет глаза.
– А то! – Мерл усмехается.
– Это… не наше дело, - Керол твердо смотрит на Мерла.
– Вот именно, мадама, вот именно… - кивает Диксон, - чужие отношения явно не ваше дело…
Дерил хмыкает, поглядывает в зеркало заднего вида на Мишель. Она опускает глаза.
– Эй, красотка, - Мерл заглядывает в салон, улыбается Мишель, - размяться не хочешь? Садись со мной, прокатимся.
– Нехер, - Дерил явно недоволен предложением брата, - уже говорили об этом.
– Да ладно, братух, говнюков не видно, если что, всегда уедем. А куколка явно засиделась. – Мерл открывает дверцу Мишель, и та, довольная, выскакивает ему в объятья.
Мерл стискивает ее, подхватывает под ягодицы, заставляя скрестить ноги на поясе.
– Ух, сладкая девочка! Скучала?
– урчит он ей на ухо, прикусывая мочку, добиваясь от нее ответного кивка, добавляет, - я пиздец как скучал.
Он уносит ее к байку под напутственное ворчание брата:
– Осторожней там, не урони ее, и вперед не лезьте сильно…
– Не бзди, братуха, покатаю девочку и тебе верну, как и всегда, - хохочет Мерл, устраивая Мишель на сиденье.
Мотоцикл с ревом срывается с места, Мишель немного испуганно вскрикивает, сильнее хватается на поясницу Мерла.