Чтение онлайн

– Вы тоже пострадали от этих мерзавцев и были вынуждены применить оружие, – напомнил капитан.

– Да, были убиты два человека, но только после того, как убили моего работника. – Райдера обнадежила стрельба у арсенала – теперь Гордон не сможет показывать на него пальцем и обвинять во всех прегрешениях. – Насколько я понял, вы принесли мне записку от генерала Гордона?

– Генерал хочет как можно быстрее видеть вас в форте Мукран. Я пришел, чтобы сопроводить вас туда. Вы готовы отправиться прямо сейчас?

«Провинившегося школьника вызывают в кабинет директора», – усмехнулся Райдер, снял с крючка шляпу и вышел из комнаты.

– Я готов.

Гордон пристально рассматривал в подзорную трубу нижнее течение реки возле порогов Шаблука. На двух флагштоках сторожевой башни форта развевались яркие флаги – красно-бело-черный Египта и красно-бело-голубой Великобритании.

Он повернулся на шум шагов и увидел обеспокоенное лицо Райдера.

– Эти флаги – первое, что заметят солдаты экспедиционного корпуса, поднявших вверх по реке. И поймут, что город все еще в наших руках и мы отразим все атаки превосходящих сил зла и мракобесия.

– И весь мир узнает, генерал, чего может добиться один англичанин без посторонней помощи. Это непременно опишут во всех деталях и засунут в анналы истории. – Райдер хотел, чтобы его слова прозвучали иронично, но ничего не вышло. Хочешь не хочешь, а приходится признать, что он восхищается этим маленьким ужасным человеком. Он никогда не испытывал к нему уважения, но сейчас почему-то вытянулся, отдавая должное мужеству и решительности.

Гордон вскинул серебристо-серые брови, под которыми сверкали холодные голубые глаза. Это был знак, что он принимает комплимент от своего идейного противника.

– У меня есть информация, что вы спустили на воду свой пароход и весьма успешно опробовали его на реке, – сухо заметил он.

Райдер медленно кивнул, настороженно поглядывая на гене– рала. «Этот старый черт ничего не пропускает мимо ушей», – подумал он и почувствовал, что ненавидит его с прежней силой.

– Надеюсь, это не означает, что вы собираетесь втайне покинуть наш город до прихода экспедиционного корпуса?

– Не скрою, эта мысль приходила мне в голову.

– Мистер Кортни, несмотря на свои купеческие замашки, вы, может быть, сами того не желая, внесли значительный вклад в оборону моего города. Ваши ужасные лепешки из травы и тростника оказались достаточно питательными, чтобы поддержать голодных людей. Одно это уже дорого стоит. Кроме того, в вашем распоряжении имеется немало других ресурсов, весьма полезных для спасения жизней. – Гордон вперил в Райдера холодные глаза.

Тот выдержал его взгляд и спокойно ответил:

– Мне тоже кажется, что я сделал все возможное, однако меня не покидает чувство, что сейчас вы попытаетесь доказать обратное.

– Я прошу, чтобы вы остались в городе. Мне не хотелось бы применять силу, арестовав ваше судно, но я без колебаний пойду на это в случае необходимости.

– Ага! – кивнул Райдер. – Довольно убедительный аргумент. Могу ли я предложить вам компромисс, генерал?

– Я разумный человек и всегда готов прислушаться к доводам здравого смысла.

Райдер подумал, что далеко не все люди согласились бы с этим утверждением.

– Если я окажу вам некую равноценную услугу, то могу ли надеяться, что вы позволите мне уехать из Хартума куда пожелаю, с грузом и пассажирами, которых выберу сам и без какого бы то ни было ограничения?

– Ах да, – едко усмехнулся Гордон, – чуть не забыл, что вы крепко подружились с дочерьми Дэвида Бенбрука, а на вашем складе пылятся несколько тонн слоновой кости. Значит, именно эти люди должны стать вашими пассажирами, а бивни – грузом, не так ли?

– Да, Дэвид Бенбрук и три юные леди, вне всяких сомнений, будут среди приглашенных на палубу парохода. Не сомневаюсь, что это никоим образом не противоречит вашему врожденному чувству чести.

– И что же вы намерены предложить мне, сэр, в качестве равноценной услуги?

– Как минимум десять тонн зерна дурры. Этого количества вполне достаточно, чтобы прокормить население города до подхода экспедиционного корпуса и тем самым предотвратить новые вспышки голодных бунтов. А вы заплатите мне двенадцать шиллингов за мешок, но только наличными.

– Я всегда подозревал, что вы укрываете огромное количество зерна, – помрачнел Гордон.

– У меня нет тайных складов, но я готов рискнуть своим судном и даже своей жизнью, чтобы достать вам требуемое количество продовольствия. Взамен я жду от вас слово джентльмена и офицера Королевской армии ее величества, что по возвращении назад и получении вами оговоренного количества зерна вы заплатите мне названную сумму и позволите беспрепятственно покинуть Хартум. Полагаю, это была бы честная сделка, и вы ничего не теряете, соглашаясь на нее.

Райдер накрыл черным брезентом палубную надстройку «Ибиса» и приказал обмазать речным илом всю надводную часть корпуса. С помощью длинных бамбуковых шестов они отбуксировали пароход по мелководному каналу к реке. С такой маскировкой ночью судно практически незаметно и даже под звездным небом неразличимо на дальнем расстоянии. Во всяком случае, с противоположного берега обнаружить его невозможно. Когда длинные бамбуковые шесты перестали касаться дна, Райдер спустился в машинное отделение к Джоку и приказал дать полный вперед. Пароход быстро направился вверх по реке, держась восточного берега Голубого Нила, поскольку на западном артиллерийские орудия дервишей контролировали всю северную часть реки. По всему было ясно, что именно с севера они уже давно ожидают британский экспедиционный корпус. Однако такая диспозиция оставляла незащищенными другие притоки с восточной и южной сторон. Пока дервиши догадаются о своей стратегической ошибке, «Неустрашимый ибис», успеет пройти не менее тысячи миль вверх по реке.

Все лодки, попадавшиеся на их пути, принадлежали абиссинцам. Как и Райдер, это были главным образом честные и трудолюбивые торговцы, поставляющие зерно в самые отдаленные части страны. Разумеется, можно было только пожалеть, что их главным покупателем оказался Махди.

Райдер направил замаскированный «Ибис» через реку. По вполне очевидным причинам владельцы парусных судов, перевозящих зерно, старались придерживаться противоположного от Хартума берега. Он стоял на капитанском мостике вместе с Башитом и пристально вглядывался в даль, пытаясь обнаружить парус или темный корпус первого судна. Легкие Райдера изнывали от отсутствия табака, но волнение перебивало давнюю привычку курильщика. «Длительное воздержание делает сердце более чувствительным», – грустно подумал он. Возможно, ему придется отказаться от черного турецкого табака и вернуться к прежней жизни.