Чтение онлайн

— Но разве она не инопланетянка, бабушка?

Его отец отвесил ему оплеуху, но Джорди все повторял то, что услышал где-то в школе.

— Как кто-то может верить во всю эту чушь? — всякий раз говорил Кит, когда кто-нибудь из этих чертовых американцев начинал разговоры о том, что Трое упомянуты в Библии, или что там они еще говорят. Он сказал, что на этих жуликов следовало бы подать в суд за клевету, но нам это было просто не по плечу, верно?

Когда социальный работник высадил Джесс перед домом, я была просто в шоке. Со времени, когда я видела ее в последний раз, она здорово вымахала, как молодое деревцо. Все эти фотографии в газетах не оценивали ее по достоинству. Шрамы на лице были не такими уж страшными, из-за них ее кожа просто казалась немного более натянутой и блестящей, вот и все.

Я подтолкнула Джордана локтем и сказала, чтобы он пошел и обнял сестру. Он, слава Богу, сделал все, как ему было сказано, хотя, как я заметила, и не особенно охотно.

Джейс сходил в «Макдоналдс» и принес нам всем гамбургеры, а я расспросила Джесс о школе, ее друзьях и все такое. Она оказалась настоящей маленькой болтушкой. Такая смышленая. Совсем не стеснялась и чувствовала себя непринужденно среди нас. Честно говоря, я была немного удивлена. В последний раз, когда я ее видела, она была жутко застенчивой, точно так же, как и ее сестра Полли. Когда Шелли привозила их, они все время держались за мамину юбку. Мы с мальчиками еще шутили, что они похожи на парочку маленьких принцесс. Совсем не такие буйные и непоседливые, как другие дети. Нужно сказать, правда, что мы не так часто видели близняшек. Шелли привозила их только на Рождество да на дни рождения, и как раз прошел ровно год с той шумной ссоры, когда Бруклин укусила Полли. Но тогда Бруклин только-только начала ходить и сама не понимала, что делает.

— Почему бы тебе, Джордан, не показать Джесс твою комнату? Может, она захочет поиграть на твоей компьютерной приставке, — сказала я.

— Она какая-то смешная, — заметил Джордан. — У нее лицо смешное.

Я дала внуку подзатыльник и велела Джесс не обращать на него внимания.

— Все нормально, — сказала она. — Мое лицо и вправду смешное. Этого не должно было случиться. Это была ошибка. — Она задумчиво покачала головой, как тысячелетняя старуха. — Иногда и мы ошибаемся.

— Кто мы? Кто ошибается, дорогая? — спросила я.

— Ох, да просто мы все, — сказала она. — Пойдем, Джордан. Я расскажу тебе одну историю. Я знаю много разных историй.

И они ушли вдвоем, Джесс и Джордан. Я смотрела на них, и у меня даже потеплело на сердце. Семья — это ведь очень важно, верно?

В те дни мне было тяжело подниматься по лестнице на второй этаж, это все проблемы с легкими, поэтому я попросила Джейса взглянуть, как там они. Он сказал, что они сразу же подружились и что Джесс болтает за троих. Не успели мы опомниться, как наступило время ей ехать домой.

— Хочешь еще приехать к нам? — спросила я. — Побыть со своими двоюродными братьями и сестрами?

— Да, бабушка, с удовольствием, — ответила она. — Это было так интересно.

После того как этот малый из социальной службы забрал ее, я спросила у Джордана, что он думает о Джесс, не считает ли он, что она изменилась и все такое, но он только покачал головой. Он вообще мало говорил о ней. Я спросила, о чем они полдня разговаривали, но он ответил, что толком не помнит. Я не стала на него давить. После того, что произошло с Джесс потом, нашего маленького негодника мучили такие кошмары по ночам, что вы не поверите.

В тот вечер мне позвонил Пол, и я испытала еще один шок, когда услышала его голос. К тому же он был таким вежливым. Поинтересовался, не заметила ли я в Джесс чего-то странного. Так и спросил. Сказал, что немного волнуется за нее.

Я ответила ему то, что говорю сейчас вам: что она — очаровательная маленькая девочка и быть с ней — настоящая радость.

Ему, видимо, это показалось забавным, потому что он начал хохотать как невменяемый и, прежде чем я успела спросить, что в этом такого смешного, бросил трубку.

Конечно, очень скоро после этого мы все узнали, что он с ней сделал. Это едва не добило меня. Собственно, как и всех нас. То, как она умерла… Ничего удивительного, что Джордану снятся кошмары по ночам, верно?

Звонок в тот день раздался в шесть утра, и я кинулась к телефону, пока он не разбудил Рубена. После того дня в музее я плохо спала, и у меня уже вошло в привычку вставать с постели где-то в районе пяти, чтобы побыть несколько минут наедине с собой и привести в порядок нервы, прежде чем я узнаю, каким будет мой муж, с которым я встречусь сегодня.

— Кто это? — резко бросила я в телефонную трубку. Если это кто-то из газетчиков или тех помешанных,которые ловили свой шанс вот таким ранним звонком, я была не в настроении с ними особо любезничать.

Последовала пауза, а потом звонивший представился Полом Крэддоком, дядей Джессики. Его резкий английский акцент напомнил мне одного из героев сериала «Кавендиш Холл», о котором постоянно говорила Бетси. Это был странный разговор, все время прерывавшийся долгими неловкими паузами, хотя, как вы понимаете, у нас с ним было о чем поговорить. Помню, я еще подумала: «Как удивительно, что никому из нас раньше не пришло в голову связаться друг с другом!» Наших детей во всех газетных статьях постоянно связывали между собой, и время от времени продюсеры крупных ток-шоу настойчиво пытались собрать у себя в студии всех троих детей, но я всегда отвергала их предложения. Я сразу же заметила, что с Полом что-то не так, однако, кажется, связала это с разницей во времени или искажениями звука на линии. В конце концов он объяснил, почему позвонил. Он хотел узнать, не заметила ли я каких-то изменений в Бобби — в его характере или поведении — после катастрофы.

Тот же вопрос мне постоянно задавали эти чертовы репортеры, и в своем ответе я была краткой. Он извинился за беспокойство и повесил трубку, даже не попрощавшись.

Его звонок разволновал меня, и я никак не могла успокоиться. Почему он спрашивал меня о таких вещах? Я знала, что Пол, как я сама и семья того маленького японского мальчика, должно быть, страдал под давлением повышенного внимания прессы. Думаю, я даже испытывала угрызения совести, что так обрезала его. Голос его звучал встревоженно, как будто ему нужно было с кем-то поговорить.

А я уже устала от постоянного чувства вины: что не отдала снова Бобби в школу; что не возила Рубена к доктору Ломейеру, чтобы он был под наблюдением специалиста; что скрывала его состояние от Бетси. Как и Чермейн, которая продолжала звонить нам каждую неделю, Бетси с самого начала поддерживала меня, но я все равно не могла отделаться от ощущения, что то, что произошло с Рубеном, — это мое личное чудо. И мой личныйкрест. Я понимала, что будет, если случившееся всплывет. Ведь скандальная история про маленького японского мальчика, который общается посредством робота, сделанного специально для него отцом, уже давно крутилась во всех новостях.