Три ПВ СИ)
Шрифт:
В обычном погребе температура колеблется от плюс двух до плюс семи-девяти градусов, а в особо жаркие дни в данном регионе до плюс пятнадцати. У нас же не просто погреб, а ледник, который имеет дополнительное охлаждение от примерно десяти тонн льда. В нём температура не должна подниматься выше нуля градусов, пока не растает весь лёд, а это произойдёт нескоро.
Получился ледник, в котором замороженное мясо может храниться пусть не так долго, как в холодильнике флаера, но всё равно достаточно долго.
Таким образом, был освобождён грузовой отсек флаера, в который войдёт около двадцати кубометров груза. Это почти объём будки стандартного ЗИЛ-Бычок. С поднятым грузовым отсеком высота флаера увеличивается примерно на метр, оттого он выглядит узким и высоким.
К наступлению глубокой ночи Ольга успела установить нейросети всем киммерийцам и закачать им русский язык. Так что к утру, максимум к полудню решится проблема коммуникации как минимум с приближёнными. Они изучат язык на втором ранге и смогут нас понимать и изъясняться. А там дальше овладеют языком в совершенстве.
С утра началась суета. Пятёрка бойцов под руководством Теуспы улетели на флаере добывать продовольствие. Ольга гоняла четырёх девушек-крестьянок, учила их готовить с помощью полевой кухни. Пара солдат разделилась. Агаэт отдавал поручения большой толпе крестьян, рассылая их небольшими группами в разные места. Табити увела нескольких девушек ухаживать за конями: доить кобыл, выгнать на пастбище, сделать сыр.
Поглядев на всё это, я сел во флаер, расположенный на крыше бота и взлетел. С собой взял рюкзак с самыми необходимыми вещами, среди которых затесался один индивидуальный рацион питания. На всякий случай прихватил нож, бластерную винтовку, пистолет, боеприпасы, пару гранат и пяток спасательных роботов, предназначенных для освобождения людей из-под каменных завалов.
Второй за день взлёт флаера вызвал у дикарей всеобщий ажиотаж, временно парализовал работу и заставил всех замереть в благоговейном трепете. На экране было видно, как все замерли с задранными вверх головами и не отрывали взгляда от оранжевых бортов космического аппарата. Да, все спасательные средства имели такую раскраску: бот, флаер, глайдер, роботы, многие инструменты.
Ближайшее известное мне место добычи мрамора расположено в Нижнем Тагиле. Там же расположено Меднорудянское месторождение, в котором раньше добывали медную руду, но вроде как забросили вследствие убогости медных руд. Об остальных я помню немного, знаю лишь, что где-то в уральских горах таких месторождений не меньше двадцати. Ещё помню, что большая часть месторождений гранита расположена на северо-западе России, в Республике Карелия и Ленинградской области. Где-то под Выборгом вроде. Ещё вроде бы в Челябинской и Свердловской областях.
Напрягая мозги, улучшившаяся память выдала информацию, которую когда-то давно мельком просмотрел в интернете. В одном километре от станции Исеть, которая расположена в тридцати километрах от Екатеринбурга, расположено Исетское месторождение гранита…
Ну что же, не о чем думать, осталось сопоставить координаты на карте с помощью нейросети и лететь в нужное место. Так будет проще найти гранит, чем кружить вокруг пока ещё несуществующего Выборга или Челябинска.
Флаер разогнался до тысячи двухсот километров в час, лишь немногим меньше скорости звука. Нейросеть сообщала, что на место я прибуду через один час одиннадцать минут.
На месте пришлось немного покружить. Сканеры флаера очень слабые, но уловить структуру гранита их хватило. А вот руду с помощью них искать нет смысла. Измерение уровня радиации показало, что гранит имеет первый класс радиоактивности, то есть его можно безопасно применять для любых строительных нужд.
Внизу под флаером было зелено. Всюду росли ели. Пришлось искать просвет, чтобы приземлиться. Запустив роботов, вычертил область пятьдесят на пятьдесят метров и запустил программу расчистки. Пара дронов стали летать, они гравитационными захватами вырывали с корнями ели и сваливали их за границу очерченной области. Когда территория была очищена от деревьев, дроны стали поднимать пласты почвы. Через пару часов монотонной деятельности очерченный квадрат был очищен. Образовался провал, вокруг которого возвышался вал из стволов деревьев и песчаной почвы, а внизу была бугристая почти ровная скальная поверхность. Это был серый гранит с чёрными вкраплениями.
Дроны приземлились. Вместо них в воздух взмыли три дрона-резчика. Задав им размер плит десять метров в длину и по метру в ширину и высоту, и очертив квадрат добычи, я спокойно распаковал ИРП и приступил к вдумчивому перекусу. Дроны кружили, резали молекулярными резаками, когда блоки были готовы, взлетали дроны-грузчики и переносили гранитные блоки, складывали их в аккуратную стопку. На управление дронами уходили ресурсы моей нейросети, из-за чего приостановилось изучение баз знаний.
Первые три блока были вырезаны за пятьдесят минут, поскольку дронам пришлось вырезать площадку для добычи и выравнивать поверхность. Дальше процесс пошёл быстрее. Три дрона вырезали шесть гранитных блоков в час.
К пяти часам дронами было заготовлено тридцать три больших гранитных блока. Больше делать не было смысла — это максимум, что сумеет перенести гравитационным захватом спасательный бот. Поэтому я выключил дронов, убрал их в багажник, забрался в флаер и полетел обратно.
Вернувшись, обнаружил бурление человеческих масс. Люди были заняты делами. Теуспа ещё не вернулась. Ольга вместе с помощницами набрала несколько мешков целебных трав, лесных ягод и грибов. Народ почти вырыл колодец и возвёл стены амбара. Мой прилёт вызвал ажиотаж.
Показавшись на глаза народу, помахал рукой, пересел в бот и отправился за гранитом. Взлёт большого оранжевого корабля вызвал у всех ещё больший трепет, чем взлёт флаера.
Взлетев на большую высоту, я за десять минут долетел до Исетского месторождения гранита. Захватив гравитационным захватом всю стопку гранитных блоков, теперь на небольшой скорости полетел обратно. С грузом нежелательно было превышать скорость звука и совершать резкие манёвры, чтобы не нагружать технические узлы. Так что к базе подлетел лишь в семь сорок вечера.
Глава 40
К моему возвращению вернулась Теуспа с солдатами. Они привезли полный флаер продовольствия, забив его, действительно под завязку.
После ужина я остался наедине с усталой Ольгой. Все были заняты разгрузкой флаера.
— Саш, — начала Ольга, — ты ведь не из моего мира?
— Как ты поняла?
— На это указывали многие факторы, но я не обращала на них внимания. Последней каплей оказалось то, что я не сумела тебя вспомнить, хотя теперь имею идеальную память. Скажи, почему я? Почему ты вообще обратился ко мне?