Чтение онлайн

От стимулятора никто не отказался и хотя подействовал он не сразу, а только минут через двадцать, все повеселели. Вещи были занесены в большой, жарко натопленный деревянный дом и в просторном зале на первом этаже Сергей принялся устанавливать плазменный телевизор, при виде которого у генерала сделались круглыми глаза и он спросил шепотом:

— Сергей, что это? Откуда вы привезли это?

— Это телевизор «Сони» с плазменным экраном, Геннадий Игоревич. — Деловито ответил Сергей — Одна из последних японских разработок, а привёз я его из Москвы. Он был куплен в магазине «Техносила» где-то в центре, но не в одна тысяча девятьсот семьдесят шестом году, а в две тысячи десятом. Именно в этом году я был ещё в понедельник утром и когда пошел через арку на Покровку, то вышел из неё в Пятигорске, где меня встретил мой тесть, Дмитрий Иванович Романов. Вообще-то я прохожу в прошлое уже в четвёртый раз. Правда, на этот раз я притащил с собой массу научной информации для того, чтобы изменить весь ход истории. Понимаете, Геннадий Игоревич, в девяносто третьем году, когда мне было всего двенадцать лет, Советский Союз развалился на пятнадцать независимых государств, а двадцать четвёртого февраля две тысячи десятого на нас градом посыпались американские ракеты. На Москву упало девять штук и от неё ничего не осталось. Мы, конечно, ответили американцам, причём так, что от Америке мало что осталось, да, и Западной Европе досталось, но я думаю что всё остальное доделают либо орды мусульман, либо радиация, либо китайцы. Сейчас я подключу телевизор к сети и всё вам покажу. Сначала тот кошмар, который я пережил дважды, но уцелел благодаря кому-то, кто не хочет, чтобы Советский Союз был уничтожен, а потом то, как внешние и внутренние враги планомерно уничтожали эту великую страну день за днём. Не знаю, кто направлял их действия, мне что-то не очень верится в то, что всему виной протоколы сионских мудрецов или план Алена Даллеса, но всё действительно произошло, как по писанному. Мне доводилось как-то разговаривать в Штатах с одним бывшим сотрудником ЦРУ, который в моё время был бизнесменом, так он честно мне признался, что они в ЦРУ даже не ожидали того, что Союз развалится так быстро и у них даже не было плана, как действовать в подобной ситуации и знаете, Геннадий Дмитриевич, я ему поверил. Он очень сожалел о том, что Советского Союза не стало. Так и сказал мне: — «Серж, когда нашим врагом был Советский Союз, всё было просто и ясно. Русские были прогнозируемы, как швейцарский хронометр. Теперь же весь мир сошел с ума и я даже понятия не имею, что случится завтра и тем более послезавтра». Так, всё готово, господа, прошу занять свои места в зрительном зале. Сейчас мы посмотрим получасовой ролик, а потом пойдём обедать.

Сергей включил телевизор и все увидели большой праздничный стол, накрытый на террасе ресторана на вершине горы Машук. Быстро промелькнули кадры и все увидели яркую вспышку. Плазменный экран телевизора, словно бы передал в зал энергетику этого взрыва. Женщины даже вскрикнули. После этого перед всеми собравшимися промелькнули все остальные кадры, включая гибель друзей Сергея на смотровой площадке Останкинской телебашни и когда экран погас, Иван Григорьевич вскочил со своего стула и громко закричал:

— Генерал, Геннадий Игоревич, ты должен что-то сделать! Не знаю уж как, но ты должен помочь этому парню дойти до Андропова, Брежнева, до всего политбюро, но этого не должно произойти. Моя внучка беременна и говорит, что у неё скоро родится дочка. Так вот, генерал, я не хочу, чтобы моя правнучка погибла в Пятигорске. Эх, Геннадий, я всю свою жизнь проработал в оборонке, меня даже с фронта отозвали и отправили на Урал, делать танки для армии, а мы так и не смогли защитить себя.

Сергей тоже встал со стула, но не стал кричать и горячиться, а сказал спокойным голосом:

— Девушки, идите на кухню. Пора перекусить.

Генерала Столбова возмутили его слова и он воскликнул:

— Сергей, ты показал нам такое, а сам говоришь так, словно тебя это совершенно не касается!

Сергей усмехнулся, взял свою видеокамеру и сказал:

— Товарищ генерал, всё, что вы увидели сейчас, было снято вот этой видеокамерой. — Он включил видеокамеру и показал на её экране-видоискателе кадры первой ядерной бомбардировки, после чего пояснил — Во время первого взрыва на мне сгорела вся одежда и это я орал, как резаный, потому, что на моих глазах сгорели заживо мои друзья. Я прошел в прошлое в четвёртый раз, так как в первые три раза так и не понял, что именно нужно сделать, чтобы этого не произошло. Поэтому давайте не будем о том, что я слишком спокоен. Тут поневоле успокоишься. Нам всем тоже нужно сейчас не в истерике биться, а думать о том, как изменить всю дальнейшую историю и при этом не ошибиться. Извините, но я не знаю, хватит ли у тех, кто меня вот уже в четвёртый раз посылает в прошлое, терпения сделать это ещё раз. Давайте будем считать, что это последняя попытка, а теперь пойдёмте на кухню и всё же пообедаем. Разговор предстоит очень долгий и я хочу, чтобы он был продуктивным.

Хотя настроение после просмотра этого короткого фильма у всех было подавленным, они всё же пообедали. Кофе они пили уже сидя перед включённым телевизором и смотрели на то, как в Париже люди выражали своё возмущение вводом советских войск в Афганистан. Во втором фильме в двух часах была спрессована вся история заката советской империи, распад Советского Союза, история России и всего СНГ. Этот фильм заканчивался гибелью Москвы и когда он закончился, Сергей сказал:

— Геннадий Игоревич, это всего лишь тысячная доля всей той телехроники, которая у меня имеется. Даже затрудняюсь сказать, сколько времени уйдёт на то, чтобы всю её просмотреть, да, и вряд ли у Юрия Владимировича найдётся время, чтобы смотреть все видеозаписи. Тем более, что в ночь с двадцать третьего февраля на двадцать четвёртое я снова исчезну и скорее всего всё таки снова вернусь, если у меня, конечно, не возникнет, вдруг, желание взять и пустить себе пулю в висок. Правда, я могу дать вам стопроцентную гарантию, что этого не произойдёт.

Генерал Столбов попросил Юлю налить ему ещё кофе и спросил напряженным голосом:

— Сергей, чего именно ты добиваешься? Чтобы мы первыми нанесли удар по Америке именно сейчас?

Сергей энергично помотал головой и воскликнул:

— Ни в коем случае, товарищ генерал. Во-первых, Америка тотчас даст нам сдачи так, что мало не покажется, а, во-вторых, это ровным счётом ничего не даст. Нам нужно срочно менять политику Советского Союза и в первую очередь внутреннюю, внешняя и так практически безукоризненна если не считать некоторых ошибок. Нам нужно реформировать свою экономику, причём радикальным образом и сделать так, чтобы советские люди были богаче даже американцев. Делать это нужно немедленно, чтобы на двадцать пятом съезде были приняты эпохальные решения. Тогда я гарантирую, что уже через пять лет, Геннадий Игоревич, вы не узнаете Советского Союза. Поверьте, для этого у нас имеется всё необходимое. Богатейшие ресурсы, научный потенциал, энергия и силы миллионов советских людей и просто прекраснейшая политическая ситуация в мире. Американцы только что вытащили хвост из Вьетнама и будут ещё долго зализывать свои раны, если мы им будем их время от времени освежать. Да, и Западная Европа начинает набирать обороты. Самое время и нам начать действовать. Нашему руководству только и нужно, что проявить политическую волю и мудрость. Поверьте, товарищ генерал, другого выбора у нас просто нет. Я уже пытался убрать Горбачёва и из этого ничего не вышло. Пытался уйти на Запад, чтобы создать там крупнейшую компанию и начать планомерно разрушать все планы американцев с помощью денег. Очень больших денег. Не допустить к власти Рейгана и других американских ястребов, уговорить Брежнева не вводить войска в Афганистан, но из этого тоже ничего не вышло и вот я снова здесь. Геннадий Игоревич, скажите мне, какие доводы я ещё вам должен привести, задайте мне вопросы и я дам на них ответы, только не молчите. Давайте что-то делать.

Полковник Романов встал, подошел к генералу и сказал:

— Да, товарищ генерал, давайте что-то делать.

Генерал, сидевший с каким-то отсутствующим видом, встрепенулся и спросил с тревогой в голосе:

— Полковник, а вы уверены в том, что всё это не мистификация? Что если этот господин воздействует на нас с помощью какого-то направленного излучения и делает так, чтобы мы видели то, что он хочет, а не то, что мы действительно видим?

Сергей был вполне готов к подобному сценарию развития событий. Он широко улыбнулся и ответил:

— Геннадий Игоревич, никаких проблем! Скажите, пожалуйста, вы водите машину?

Генерал молча кивнул головой:

— Вы сейчас выберете любой из тех трёх автомобилей, на которых мы сюда приехали, возьмёте один из тех компьютеров, которые я привёз сюда, а потом поедете в Москву и там не у себя дома, а в любом другом месте возьмёте и просмотрите эти видеофильмы вместе с теми людьми, о которых ничего не знает ваш племянник. Проведёте, так сказать, научный эксперимент. Сами понимаете, сидя здесь я не смогу никак на вас воздействовать, если не буду знать, где именно вы находитесь. Как вы видите, Геннадий Игоревич, Виктор и Дмитрий Иванович ведут себя вполне адекватно, а я для чистоты эксперимента могу раздеться до трусов и в таком виде вы можете запереть меня в одной из комнат этого дома. Да, хоть в подвале. Когда вы убедитесь в том, что видите то, что видите и никто на вас никак не воздействует, то вы приедете сюда и мы будем думать, как поступить. Поверьте, мы должны действовать наверняка. Времени у нас очень мало и нам нужно обязательно убедить Юрия Владимировича.

Геннадий Игоревич сразу же загорелся, услышав предложение провести научный эксперимент, но внёс в него свои коррективы. Он подошел к плазменному телевизору и спросил:

— Сергей, я мог бы посмотреть те фильмы, которые вы мне показали, в другой комнате и без вас, но вместе со свидетелями, так сказать. С Иваном Григорьевичем, полковником Романовым и Виктором. — Усмехнувшись, он добавил — От вас ведь действительно исходит просто какая-то бешеная энергетика. Вы, случайно, не занимаетесь восточными боевыми искусствами?

Сергей улыбнулся и ответил:

— Да, товарищ генерал, есть такой грех, я действительно занимаюсь айкидо, кун-фу и ещё практикую цигун, ну, и ещё немного знаю ушу. — Достав ноутбук с семнадцати экраном, но уже простой, а не титановый и не такой мощный, он попросил хозяина дома — Иван Григорьевич, покажите нам место, где бы вы могли посмотреть оба видеофильма. — Подумав, он спросил — Товарищ генерал, а может быть мне поставить вам другой диск? Тот фильм, который вы увидите, будет немного длиннее. Зато вы точно будет знать, что меня так сильно манило в прошлое. Кстати, товарищ генерал, такого генератора, о котором вы сказали, в моё время так и не создали. Нигде. Ни у нас, ни в Америке, хотя работы и велись, но я вовсе не стал бы утверждать, что его вообще не существует, иначе чем тогда объяснить, что на этой недели в ночь с воскресенья на понедельник всем, кто приехал со мной в Москву, приснился практически один и тот же сон, — молодой русский миллионер Серёга Чистяков совершил путешествие во времени и стал их другом, зятем и мужем. Точно такие же сны снились моим друзьям и в моё время.