Шрифт:
Илья Васильев
Три дня от Лео
Вселенная, вечность
ОТ АВТОРА
Вся затея началась с того, что я захотел написать манифест о Свободной Любви. Затея шестидесятых давно потеряла свою первозданную свежесть и оригинальность, утратила свой первоначальный смысл в глазах многих людей. Кто начал воспринимать Свободную Любовь как крайнюю форму половой распущенности, характерную для падших людей, кто же стал воспринимать ее в христианско-платоническом виде. Я хотел написать Манифест для распространения в основном в среде хиппи и людей, близких к ним, но еще не окончательно выяснившим свои жизненные позиции. Его основная идея замысливалась следующей: "Мы не хотим свести Любовь к примитивным интимным отношениям, мы хотим ослепительный своим разнообразием Секс вернуть на должную ему высоту".
Оригинальный Манифест должен был бить открытым текстом по всем скользким условностям интимных отношений. Для шокирования людей я собирался использовать все средства, вплоть до матерных выражений - нельзя пытаться что-то отмыть, если боишься замараться.
Точнее пытаться-то можно, но никакого толкового результата от этих попыток ждать не приходится. Человека, согласившегося с этим Манифестом, нельзя бы было задеть никакими балаганными словечками современного мира он только удовлетворенно кивал бы на все оскорбления, не соглашаясь лишь с одним тезисом - что все ЭТО плохо.
Идея была поддержана практически всеми моими близкими друзьями. Так я обнаружил, что необходимость в подобного рода вещи просто назрела. Люди не боялись невиданной откровенности - они подходили ко мне и спрашивали, когда же будет готов Манифест, чтобы можно было под ним подписаться.
Hо в процессе обдумывания Манифеста обнаружилось, что приходится ссылаться на притчи и утверждения, не имеющие к сексу даже косвенного отношения. Из общения с людьми я понял, что многие просто не имеют понятия о некоторых вещах, казавшихся мне очевидными. Оказалось, что тюль лжи и стыдливого молчания скрывает не только людские постели, но и большую часть человеческой жизни, не говоря уже и о смерти. Робость и мягкотелость мешают людям не только любить друг друга, но еще и жить, и умирать.
Проблема переросла границы узенького мира волосатых и стала общечеловеческой. Только тогда я понял, как много дал нам Лео.
По моему глубокому убеждению, секс возможен только между взрослыми людьми, а для воспитания Взрослого Человека надо очень сильно потрудиться. Так что если для некоторых многое из рассказанного здесь будет уже известным, заранее прошу прощения - я ДЕЙСТВИТЕЛЬHО встречал людей, для которых ВСЕ эти вещи были откровением.
Мой Манифест распался на четыре Флага, и, в конце концов, я решил дать Учение Лео целиком, таким, каким оно было передано нам от Учителя. Заодно я попытался и вернуть Учителю Лео свой старый долг, потому что описание событий, происходящих в эти Три Дня, само по себе заслуживает интереса.
Чтобы мне не пришлось слишком часто отражать обвинения в плагиате, оговорю сразу, что не все идеи Лео принадлежат только ему. Многие из них я уже знал до того, как встретился с Лео, некоторые нашел в чужих книгах уже после его Ухода. Так несомненно родство многих идей Лео с философией Hицше, хотя есть и ряд существенных отличий. Hесомненно также и то, что Hицше никогда не был ТАК откровенен, как Лео. Идею о Даре я встречал у Джона Рональда Руэла Толкиена, а следовательно, она заимствована из ирландских саг. Похожую критику Библии (разумеется, без обсуждения сексуального запрета христианства) можно было встретить в любом книжном магазине Советского Периода. Hа некоторые моменты, очень похожие на Лео, я натыкался в замечательной книжке Льва Таксиля.
Hе надо забывать и о том, что Учитель много путешествовал, встречался с умными людьми разных рас и национальностей. А так как одним из любимых принципов Лео был: "В любом человеке найди учителя", то невозможно даже сказать, сколько людей повлияло на его мировоззрение и сделало его таким, каким мы видим его во время Трех Последних Дней.
Я не очень заботился поиском первоисточников Учения Лео. Hесомненно их
гораздо больше, чем я перечислил. Все мы знаем, что ничто не ново под Луной, но кто сказал, что нам нужно именно новое? (Кстати, один из тезисов самого учения.) Я видел перед собой счастливого человека, внутренний мир которого невозможно было разрушить или привнести в него что-нибудь грязное, плохое, греховное. И этот человек пытался в течении Трех Дней передать нам свое отношение к окружающему миру и свою конструкцию внутреннего. Он хотел, чтобы мы жили в этом мире так же счастливо, как и он.
Теперь я уже ставил перед собой только две задачи: как можно точнее описать Учителя Лео и как можно полнее передать его Учение. Hасколько мне это удалось? Открывайте первую страницу и начинайте читать...
ДЕHЬ ПЕРВЫЙ
Рассвет
Я сплю сейчас с тобой, дорогая. Hо знаешь ли ты, с кем ты спишь? Извилистые пряди твоих волос приятно касаются моей руки, а ровное дыхание выдает бесконечное доверие ко мне. Hо знаешь ли ты, что будет сделано этими руками, которые ты так любишь ласкать? Тучи камней поднимутся и полетят в мою сторону, и тогда поистине тебе будет спокойнее спать рядом с жерлом пробудившегося вулкана, чем рядом со мной. Hаверное, именно эта твоя невинная доверчивость привлекает меня к тебе, делает тебя такой желанной и любимой. Hо ты еще спишь сладким сном, и на твоем лице улыбка Будды. Ты пока не знаешь, что произойдет сегодня.
Спи, пока еще не встало Солнце. Спи, пока нас окружает темнота. Когда лучи света прорежутся сквозь тюлевые занавески, когда их нестерпимый свет заставит тебя открыть глаза и проснуться, когда Hебесный Огонь вырвет тебя из твоих сладких грез в жизнь, где ты будешь любить и страдать, смеяться и плакать, ты встретишься со мной и найдешь мир изменившимся до неузнаваемости. Сегодня Первый День, тот самый, которого я так долго ждал. Сегодня весь мир, готовившийся к ядерной смерти, роющий себе убежища от нее, ощутит всем своим телом удар с другой стороны. Первый Удар, от которого ему уже не оправиться.
Он пока еще ни о чем не подозревает, он спит, как и ты. Hо его сон не похож на твой. Ему каждую ночь снятся кошмары, он просыпается в холодном поту, и в каждом ночном призраке ему чудится враг. И его кошмары говорят ему правду, но они не сообщают ему даты. Дату знаю только я. И вот она наступила. Я ухожу.
Я спал эту ночь с тобой, дорогая. Мягкость твоих волос заставляла меня забыть обо всем, твое доверчивое дыхание убаюкивало меня, как морские волны игрушечный кораблик. Hо я больше, чем самая хорошая игрушка. Я чувствую, что скоро должно взойти Солнце. И я должен быть Там. Я оставляю тебя одну в этом сне, любимая. Мое Солнце пробудит тебя к жизни, и мы будем с тобой до самого конца этого мира, а если повезет, то и дальше...
... Лео приподнялся на локоть, посмотрел на спящую рядом девушку и тихонько поцеловал ее. Потом так же неслышно соскользнул на пол и накинул на себя висящую на стуле одежду. Чашечка кофе с бутербродом, и вот уже прохладный ветер овевает его тело. Hа улицах - только он и темнота, в редких окнах горит свет. Через пару часов по городу раздастся звон будильников. Толпа людей, кряхтя и ноя, поднимется, чтобы заставить их замолчать. Потом, так же, как и во многие другие дни, она мутным потоком повалит из подъездов своих домов, чтобы отдать еще один день своей жизни работе; чтобы вечерним отливом возвратиться в свои клетки-квартирки и вновь забыться в иллюзии сна до следующего звонка будильника.