Чтение онлайн

– Не беспокойтесь, мистер Центр Жира, как только мы с Доном закончим наше маленькое дельце, я верну его вам. Мне чрезвычайно понравились предложенные им условия...

Есть на свете люди, у которых в паспорте должен стоять особый штамп: ЗА ПРЕДЕЛАМИ МАТЕРИКОВОЙ ТЕРРИТОРИИ США НЕ ДЕЙСТВИТЕЛЕН. Потому что чем дальше они оказываются от собственного захолустья, тем наглее и громогласнее они становятся. Им наплевать на все на свете. Мне кажется, мир не проиграл бы ничего от их внезапной всеобщей гибели.

Если бы на мне в тот день был такой же забавный и продуманный костюм рыболова, я, наверное, вполне сошел бы за "старину Трэва", которому позволительны подобные шутки. Признаюсь, это было моей ошибкой. Я приписал его уверенность только наглости и не заметил оружия. Я даже не подозревал о его существовании до самого последнего момента, когда оно было извлечено на свет. Это было что-то вроде короткого акульего гарпуна, прикрученного тонким ремнем к прочной деревянной рукояти. Если бы не устрашающий блеск стали, оно было бы похоже нп игрушку, какие с усердием делают дети, играя в индейцев. Четырнадцати дюймов длинной, острый и сверкающий гарпун, плотно насаженный на дерево.

Лицо мистера Миллза налидось кровью и стало похоже скорее на огромный заплывший жиром красный кулак, чем на лицо человека. Он привстал, широко расставив ноги и с рычанием замахнулся своим гарпуном прямо мне в лицо. Не знаю, может, прежде ему и не доводилось не деле доказывать свою решимость убить человека, но мне почему-то не хотелось экспериментировать. Черт его знает, какие темные инстинкты могли проснуться в нем от злобы и обиды. Перед ним стоял обидчик, наглый и пока безнаказанный. А захолустье его было очень, очень далеко.

Что-что, а реакция у меня всегда была отличная. Я не уверен, что успел что-то сообразить, все получилось само собой. Да и времени на размышления не было. Я увидел несущийся на меня гарпун и в мгновенье ока очутился за стулом, перепрыгнув его. Миллз кинулся вслед за мной, я подхватил стул, чтобы швырнуть в него, но то ли не расчитал движения, то ли зацепился за что-то, стул вырвался у меня из рук, а я сам отлетел в сторону, саданувшись об пол затылком. Нелепая ситуация. Послышались возгласы, на драку начали обращать внимание. Эй, гляньте, сейчас этот краснорожий пригвоздит к полу того малого.

По-своему он был тоже весьма проворен, как это часто бывает у толстых людей. Я увернулся, откатившись, в самое время, его гарпун выбил искры из булыжника как раз там, где секунду назад была моя голова. Промахнувшись, он не растерялся и живо изготовился добить меня третьим ударом. На мой взгляд, чересчур живо.

Он нависал надо мной огромной тушей, широко расставив ноги, высоко занеся гарпун, выжидая, куда я метнусь на этот раз, чтобы ударить вслед за мной. Все были так увлечены захватывающим зрелищем, что как будто примерзли к своим местам. Все, кроме Теда. Большого выбора у него не было, и он сделал то единственное, что еще могло изменить ход событий. Позже он рассказывал, что на первом броске он вскочил одновременно со мной, кинулся через стол в тот момент, когда я уворачивался от второго удара, и прежде, чем Большой Банни Миллз ударил в третий раз, Левеллен сзади как следует врезал ему по яйцам. Несмотря на свою костлявость, Тед, как и я, тоже был в отличной форме. И, насколько я знаю, неплохо играл в футбол - и до колледжа, и в нем, и после. Сноровка у него, что ни говори, была.

В первый момент я не понял, что произошло. Я услышал глухой стук падения тяжелого предмета. Я увидел валящуюся прямо на меня тушу Миллза. Я увидел широко раскрытые глаза и отвисшие челюсти. Затылок мой уже пришел в себя, и я поспешил вскочить на ноги. Мистер Миллз с перекошенным лицом катался по полу, задрав колени чуть ли не выше подбородка. Звуки, издаваемые им, более всего походили на вопли из кошачьей корзинки.

Тут уж, разумеется, все те, кто за это время палец о палец не ударили, кинулись мне на помощь. Возникла суета, все кричали, распоряжались и сталкивались лбами. В конце концом они взяли его, как был, скрюченного, и довольно аккуратно оттащили в одно из клубных помещений. Дон Бенджамин семенил рядом то с одной, то с другой стороны. Я удивился: неужели он не понял, что его карьера агента кончилась прямо здесь и прямо сейчас? Видимо, нет. "Не могли бы господа рыбаки быть чуточку аккуратнее с их добрым приятелем? Ему ведь больно. Аккуратнее, пожалуйста!" Похоже, он был неисправим. Я слышал, как он дважды всхлипнул, бедолага.

Джо появился примерно тринцать секунд спустя скандала. Он сурово опросил нас, пошел поговорил с барменом, со швейцаром ресторана и даже с одним из владельцев отеля, которые в числе прочих с благоговеянием наблюдали за тем, как развлекаются эти гринго. Они рассказали ему все и даже больше, чем все, причем куда подробнее и красочнее нас.

К столу Джовернулся совершенно удовлетворенным.

– Я боялся, что драку затеяли вы, - сказал он.
– Тогда нам, несмотря на все расположение ко мне, пришлось бы быстро смативаться. А Миллз здесь не впервые, и с ним тут уже случались неприятные истории. Они говорят, он собирался убить тебя, и я им верю. Еще они говорят, что твой друг спас тебе жизнь, и это тоже правда. Врачей здесь нет. Если бы с тобой что-нибудь случилось, их пришлось бы доставлять сюда из-за Гайямос заметь, морем. Так что давайте выпьем, амигос. Тед Левеллен, вы меня ошеломили.

– Полагаю, самым ошеломленным тут оказался Миллз, - усмехнулся я.

И мы выпили. Шум вскоре улегся, и нас, с похлопыванием по спинам и смехом, накормили тут же приготовленной вкуснятиной, названия которой я не помню, коронным блюдом заведения - в честь всеми любимого Джо, в честь высокого гринго, которого чуть не проткнули, как жука, и в честь пожилого гринго, который, ни минуты не раздумывая, врезал жирной обезьяне. Вкуснятина состояла из морской черепахи и огромного количества специй, которые, перемешавшись, превратились в восхитительный огнедышащий соус. Все это обильно запивалось отменным темным пивом. В итоге мы добрались до "Лани" только около четырех и повалились спать, хотя вместо жаркого солнца сиесты в море бушевал штормовой ветер, заглушая уже привычное урчание генератора.

Этим же вечером я отозвал Левеллена и сказал:

– Тед, я обязан тебе услугой, равной жизни.

– Я просто предпочитаю иметь на борту целый экипаж, а не частями, Мак-Ги.

– Все равно я обязан тебе.

– Когда мне понадобится услуга, равная жизни, я дам тебе знать. Это справедливо?

– Вполне.

3

Разумеется, мы его нашли. Сначала пушки, а следом и золото. Десятого июля, в двенадцать часов утра, на глубине семидесяти пяти футов мы обнаружили каверну еще десяти футов глубиной. Едва мы принялись расчищать к ней доступ сильным напором воды, как из песка и щебня на нас уставилось дуло большой корабельной пушки. Тед сказал, что вид и возраст у нее самые подходящие.

Мы "сбризнули" находку теплым дешевым виски, и оно показалось нам небесным нектаром. Мы хохотали до упаду над каждым пустяком. Джо установил на пушке свою водонепроницаемую штуку - какой-то немыслимый пеленг, который хоть год подряд мог передавать одним нам понятный сигнал. Джо специально выбрал частоту настолько экзотическую, что вряд ли за нее мог зацепиться кто-нибудь посторонний. Мы проводили нашу пушечку взглядоми, установили буй и вернулись обратно на "Лань".

На следующий день, уже в десять утра, "Лань" Дрейфовала прямо над каверной, а мы с Джо были внизу, по одному с каждого борта, и сражались с землечерпалкой. Битва была нелегкой, потому что слои или и песка за сотни лет почти полностью забили каверну. Остальные наверху возились с помпой, чем мы полагали убить двух зайцев: во-первых, не пропустить среди песка и грязи чего-нибудь интересного, а во-вторых, быть готовыми в любой момент разыграть перед внезапными визитерами сценарий "Геодезические работы".