Чтение онлайн

– Это было бы замечательно.

– Говоря откровенно, не стоит ожидать слишком многого от этого посещения. После 1963 года дом дважды подвергался реконструкции. Теперь это современное шикарное здание вроде тех, которыми застроен Гринвич-Виллидж. Они даже встроили атриум, поднимающийся по центру на всю высоту, как в «Брэдбери билдинг» в Лос-Анджелесе. Так что всякие связи с 1963 годом оборваны.

– Ну, хотя бы окна остались там, где были?

– Это да, – сказал Ричард. – И вы, конечно, удостоверитесь в том, что расположение некоторых из них почти идеально соответствует углу и траектории выстрела в голову, якобы произведенного Л.Х.О. в тот день.

– Отлично. Видите ли, я заинтересовался этой историей из-за оружия, поскольку очень люблю стрелять. Охотился гораздо больше, нежели распутничал, пил и жалел себя, и много раз видел, как умирают животные, а также люди, получив мощную и даже, верите или нет, не очень мощную пулю калибра 6,5 мм. Я много занимался оружием и баллистикой и сейчас хочу разобраться, что же в действительности могло произойти в тот день.

– Понял. Очень хорошо, что вы подошли к делу без предубеждения вроде «это наверняка дело рук ЦРУ» или «это наверняка дело рук нефтяных магнатов», так как это искажает видение.

– Совершенно с вами согласен.

– Знаете что, Джек? Снайпер из меня очень плохой. Я перебиваюсь благодаря торговле по почтовым заказам. Без Интернета мне пришлось бы жить на майорскую пенсию от «Биг Грин».

– Армия?

– Разведка. Двадцать лет, преимущественно в Германии. Я вот думаю, не поужинать ли нам вместе? По-моему, нам есть о чем поговорить. Как вы на это смотрите?

– Только если расходы возьму на себя я.

– Прекрасно. Это превзошло мои ожидания. Где вы остановились? Я хотя бы заеду за вами.

– В «Адольфусе».

– О, тогда «Французский Зал». – По тону Ричарда Свэггер догадался, что это шутка, поскольку был назван дорогой роскошный ресторан при его отеле, отделанный в декадентском стиле. – А если серьезно, пройдем один квартал в сторону Мейн-стрит, затем по Мейн-стрит, и там будет великолепное мексиканское заведение под названием «Соль Ирландес».

– Договорились, – сказал Свэггер.

– Тогда в восемь.

– Замечательно. – Ричард сделал большой глоток пива «Текате». – Я не взял с собой никаких материалов, потому что все у меня в голове. Но когда вы вернетесь домой, я отправлю вам все фотографии и примечания к ним. Если хотите, могу переслать их по электронной почте.

– Отлично, – сказал Свэггер.

– А между тем позвоню Дэйву Эронсу, который заведует зданием от имени его владельцев, «Гэлакси кэпитал лимитед». Дэйв – нормальный парень. Скажу ему, что вы мой старый друг, достойный абсолютного доверия, и он все организует. Он просто не любит осаждающих здание лунатиков в станиолевых шляпах.

– Я оставил свою в Бойсе.

Зал ресторана заполнял мерный гул голосов посетителей. Судя по всему, это место пользовалось популярностью – возможно, потому, что сальса здесь была хороша. Свэггер прихлебывал диетическую кока-колу.

– Кстати, они всячески преуменьшают свою связь с убийством, хотя и открыли посвященный ему сувенирный магазин рядом со зданием, на углу Хьюстон-стрит и Элм-стрит.

– Я обратил на него внимание, но не заходил, – сказал Боб.

– Теперь они называют его «501, Элм-стрит», а не «Дал-Текс».

– В этом есть определенный смысл.

– Думаю, хороший маркетинговый ход. В настоящее время «Дал-Текс» фигурирует по меньшей мере в тридцати восьми из двухсот шестидесяти пяти официально признанных конспирологических версий. Оно обеспечивает нужные углы, и, как вы увидите, доступ в него и пути отхода были в то время более или менее легкими. Закрывалось здание поздно, и группа стрелков могла беспрепятственно покинуть его. Но вам, вероятно, известно, что Баглиози и Познер [13] , два известных последователя версии Комиссии Уоррена, которые изучали все эти версии, даже не потрудились опровергнуть их. Такая операция потребовала бы немалой смелости: войти в общественное здание, проникнуть в офисное помещение, застрелить президента и выйти, насвистывая «Дикси», за десять секунд до появления полиции. Смелости и удачи. Между прочим, в здании в то время работали больше двухсот человек.

– Наверное, большинство из них находилось на Дили-Плаза, подобно мистеру Запрудеру?

– Там всегда околачиваются какие-нибудь ребята.

– Может быть, они были переодеты.

– Возможно. Но в кого? В гигантские браслеты с брелоками? Незнакомцы, в кого бы они ни переоделись, не способны внушить доверие.

– Гигантские браслеты с брелоками?

– Извините, это из фильма Вуди Аллена. Жалко, что вы его не любите.

– Должно быть, я пропустил его, – сказал Свэггер. – Маскировка могла носить длительный характер. Группа сняла офисное помещение и после убийства оставалась там еще полгода, пока не закончился срок аренды… Хотя нет, подождите, черт возьми, ведь маршрут проезда президента не был известен до двадцатого числа!

– Это дает вам возможность разработать грандиозную версию о том, как некая злая сила проникла в правительство и организовала заранее все так, как ей нужно.

– Я инженер и не верю в грандиозные планы, поскольку зарабатывал деньги тем, что исправлял последствия их осуществления. Поверьте мне, ни один грандиозный план не выдерживает столкновения с реальностью.

– Вы говорите как военный, Джек. Я служил в армии двадцать лет и видел, как они осуществляются.

– Я служил в морской пехоте…

– Во Вьетнаме? – перебил Ричард. – Потому и хромаете?

– Нет, в Эквадоре. Там я кое-чему научился. С точки зрения инженерного дела план – это ряд предположений или диаграмм, которые неверны или неосуществимы. Все влияет на все, все меняется, и вы оказываетесь там, где никогда не предполагали оказаться.

– Согласен.

– И все же, черт возьми, расположение этих шести окон позволяет произвести выстрел в голову президента из любого из них. Это весьма привлекательный факт для теории заговора.

– В самом деле. Говорите, вы разбираетесь в баллистике?

– Да. Мне кажется, я понял, каким образом могла быть задействована еще одна винтовка, но никаких доказательств у меня нет.

– Очаровательно. Но не говорите мне, иначе завтра будете кусать локти от злости на себя.

– Я и не собирался. «Интеллектуальная собственность», как вы говорите. Для горного инженера мир ограничивается правами на добычу полезных ископаемых. То, что я выяснил, не дает мне покоя.

– Замечательно. К сожалению, ничего не смыслю в оружии, так что все равно не смог бы оценить это.