Чтение онлайн

— Лев Журбин утонул позавчера в море.

— Нет, Лев не утонул. Это было самоубийство. Он не смог пережить потрясение. В ту ночь, когда мы проговорили до самого утра, он называл меня «мой сын». Я был его сыном — убийцей, мстителем. Я оживил страшные воспоминания, которые он старался забыть почти тридцать лет. Он не перенес такой удар.

— А как отнеслась ко всему этому Кристина?

— Кристина? Она ничего не знает. Кристина думала, что я поехал в Израиль убивать Журбина.

После недолгого молчания Джефф Саундерс спросил:

— Как вы узнали обо мне?

— От Кристины. Она увидела вас на лестнице, когда вы пришли обыскивать мою квартиру. Дождалась, когда вы выйдете из дома, и поехала за вами. Потом попыталась задержать с помощью аварии на Южной автостраде.

— Но зачем нужно было устраивать аварию? Ведь Лез Журбин был уже мертв, а вы вернулись в Париж.

Француз покачал головой.

— Нет, вы ошибаетесь. Кристина не знала, что Журбин мертв. Я сказал ей, что мне понадобится в Израиле три дня, и она сделала все, что могла, чтобы вы мне не мешали.

— Все равно не понимаю. Если вам были нужны три дня, зачем возвращаться в Париж через двадцать четыре часа?

— Я не возвращался в Париж через двадцать четыре часа. Смотрите.

Жан-Марк достал из кармана газетную вырезку.

— Из сегодняшней утренней «Судеттской газеты».

Джефф Саундерс посмотрел на вырезку и изумленно открыл рот.

Заголовок гласил: «Таинственное убийство в Мюнхене. Убитый, бизнесмен Ганс Фишер, оказался бывшим нацистским офицером и военным преступником Иоакимом Мюллером. Не исключается возможность мести кем-то из оставшихся в живых узников концентрационного лагеря».

Саундерс не стал читать дальше. Он посмотрел на Люко и медленно спросил:

— Значит, вы все-таки нашли его?

— Да. Я нашел и Мюллера.

Саундерс помолчал несколько секунд.

— Но у вас не было его адреса, когда вы отправились в Израиль?

— Не было.

— Вы нашли его в Израиле?

— Нет. Не знаю, все ли вам рассказал Шнейдер, но после моей последней поездки в Вену я звонил ему каждый день, чтобы узнать, не нашел ли он адрес Мюллера. И всякий раз слышал в ответ «нет». Но два дня назад, когда я позвонил ему из Тель-Авива, он очень взволнованно сказал, что вечером предыдущего дня из абсолютно надежного источника узнал адрес Иоакима Мюллера. Мюллер жил под именем Ганса Фишера в Мюнхене, по адресу: 17, Риззаштрассе. Я решил действовать немедленно. Попрощался с Журбиным, сел на самолет в Париж и вышел в Мюнхене. Сегодня утром я вернулся в Париж.

— И вы сделали все это без посторонней помощи? Неужели полиция до сих пор не вышла на ваш след? Неужели они не нашли вас?

— Вы нашли. Я вам уже сказал, что меня тревожил только вопрос времени. Я хотел одного: успеть убить всех в списке. После убийства последнего мне теперь на все наплевать.

— Вы считаете, что на самом деле поставили точку в этом деле?

— Что вы хотите этим сказать? — мгновенно насторожился Жан-Марк Люко.

— В вашем списке было пятнадцать имен. Вы нашли только шесть человек, не считая тех двоих, которые уже умерли.

— Неужели кто-то остался? — крикнул Люко, бросился к Саундерсу и схватил за плечи.

— Нет, — спокойно покачал головой американец. — Я просто хотел узнать, что случилось с остальными семью?

Люко отпустил его плечи и облегченно перевел дух.

— Вы напугали меня. Я испугался, что кто-то улизнул. Спасибо за заботу, но можете не беспокоиться, мистер Саундерс. Я хорошо поработал в архивах. Все остальные умерли в Дахау, сдохли, как собаки. Все пятнадцать человек мертвы. Ни один из тех, кто коснулся Роберта Люко в ту зимнюю ночь, не остался в живых. Слышите: никто!

— Вы сошли с ума, — спокойно заметил Саундерс.

— Да, я сумасшедший, но я сделал то, что хотел.

— Вы кое-что забыли. Остается Кристина де ля Малейн. Она говорила со мной вчера вечером. Кристина попросила передать, что не хочет вас видеть и что никогда больше не встретится с вами.

На этот раз удар достиг цели. Люко весь съежился и закрыл лицо руками.

— Не понимаю. Почему она сделала это? Что произошло? Сегодня утром я позвонил ей из аэропорта. Я был так счастлив. Сказал, что вечером после того, как я убью это чудовище, Сиранкевича, все будет кончено. И я рассказал ей о своем самом большом успехе, о том, что нашел Мюллера и убил его. Я подробно описал убийство Мюллера, но она не сказала ни слова. Не знаю, что случилось, но неожиданно Кристина прервала меня, сказала: «Не хочу больше тебя видеть. Ты испортил мне всю жизнь» и бросила трубку. Весь день я искал Кристину: в ее квартире, у себя дома, во всех местах, где мы обычно встречались. Ничего! Она исчезла, как сквозь землю провалилась.

— Ну и что? — холодно осведомился Джефф Саундерс. — Что это меняет? Вы ведь все равно собираетесь совершить самоубийство, не так ли?

Люко посмотрел на него с таким видом, будто только что вернулся на землю.

— Самоубийство? Да, конечно, я собираюсь умереть. Я рассказал Кристине о самоубийстве, и она согласилась, что это единственный выход. Но она поклялась остаться со мной до самого конца, до моего конца. Потом неожиданно, вот так сразу… Я не понимаю. Господи, ничего не понимаю…

Жан-Марк опустился на пол перед Саундерсом, закрыл лицо руками и горько зарыдал. Джефф молча ждал.

Через несколько минут Люко поднял голову.

— Я хочу попросить вас об одном одолжении. Если вы согласитесь выполнить мою просьбу, то я сделаю все, что вы попросите.

Саундерс кивнул.

— Не вмешивайте ее в это.

— Но она уже и так вмешана.

— Нет, это неправда. Согласен, Кристина подстроила вам аварию, но такие аварии происходят каждый день. Она разговаривала с вами по телефону. Скорее всего она дала вам этот адрес. Но все это еще ничего не значит. Может, она просто хотела остановить резню.

Не вмешивайте ее во все это. Пожалуйста! Я сделал все, что мог, чтобы она оставалась в стороне. Нас никто никогда не видел вместе. Мы жили в разных гостиницах, в туристические агентства ходил кто-то один. Я вас умоляю!.. Она и так сильно настрадалась, а если кто-то узнает об ее участии в убийствах, то ей придется страдать до конца жизни. Оставьте ее в покое, и я дам вам все, что хотите.

— Что вы можете мне дать?

— Подписанное признание, очень подробное описание всех своих действий с той самой минуты, как я получил рукопись «Письма, написанные кровью», и до сегодняшней ночи. Я не упомяну только имя Кристины и ни слова не напишу об ее участии. Вам нужно раскрыть убийство Пономарева, правильно?.. Ведь только поэтому вы гонялись за мной по всему свету? Не беспокойтесь, мистер Саундерс, вы раскроете убийство Пономарева. В своем признании я напишу всю правду об убийстве русского министра иностранных дел. Все узнают, что я убил его по ошибке, приняв за другого человека. Вас ждут награды и повышение по службе…