Чтение онлайн

Толян курил за магазином и чуть не подавился сигаретой когда разглядел напарника.

— Ни хрена себе, это кто тебя так разрисовал?

В одной руке он держал сигарету, а во второй грязную кружку с кофе. Заметил мой взгляд и предложил:

— Будешь?

— Нет, спасибо, шеф. Как жизнь?

Я присаживаюсь рядом на холодный цемент и зеваю.

— У меня-то все нормально. А о тебе не скажешь. Муж со своей женой застукал?

— Не, бандитская пуля.

— Ясно. Дело молодое. А мы думали, что ты не придешь сегодня. Вчера замучался, загонял я тебя.

— Нормально, — говорю, — бывало и хуже.

— Тогда беги переодеваться. Тарасик прибежит, увидит что сидим, верещать будет. Кстати, стой.

Я уже поднялся и остановился на секунду, раз уж просят. Дед вдруг подмигнул, хитро и многообещающе, как самый старый на свете мошенник.

— Катька-то. Того… Спрашивала о тебе. Расстроилась больно.

— Почему расстроилась?

— Ну ты это целку не строй. «Патаму что» ты не пришел, да. Иди хоть поздоровайся.

— Тьфу на вас. Шутите.

Катька и правда раскраснелась, когда меня увидела и неестественно громко смеяться начала. Но мне было не до толстухи сейчас. Вот абсолютно не до неё. Дело в том, что когда я переодевался кто-то в окошко заглянул: кто-то в широкополой шляпе, и пока я скакал к двери в одной штанине его и след простыл.

6.

С шляпой мы встретились ещё раз чуть позже, почти под конец смены. Я целый день выглядывал его. Я не разговаривал с Толяном, я не смотрел на девчонку. Я мечтал вцепиться в горло уроду. Да, это точно был он. Кому еще нужно следить за мной? Кому я вообще нахрен нужен кроме Витьки, да и тот меня забыл уже.

Но машина стояла на углу, у соседнего дома. Стояла долго. Я работал и смотрел на нее, загружал товар — смотрел, выгружал — смотрел. Кто-то приезжал, кто-то уезжал, а этот Жигуль все стоял и стоял. И, кажется, внутри кто-то сидел.

Под конец дня я не выдержал. Внутри точно кто-то был и, за рулем находился человек в шляпе. Я вытер руки медленно пошел к нему.

— Ты куда? — спросил Толик, — Эй, друг.

— Сейчас. Покури.

Я ускорил шаг. Продавщица выглядывала из-за витрины.

— Эй, мальчик! — крикнул хозяин магазина, отвлёкшись от мобилки, — Свиные туши сами себя не погрузят!

— Минуту! — я уже бежал к машине, а силуэт внутри наклонился и дергал ключ. Заревев и выплюнув тучу копоти, машина рванула и скрылась за поворотом. Водитель точно был в шляпе.

— Так это тебя пасут, — говорил дядя Толя после смены, — а я грешным делом подумал по мою душу.

— Пасут?

Он стянул штаны, открывая голые лишенные волосяного покрова ноги, и нащупывал свежие брюки, для улицы, которые утром аккуратно вешал на шкафчике.

— Ты что, думаешь я слепой? Видел я того типа, то в машине сидел, то кругами вокруг нас ходил. Я сначала думал украсть что-то хочет, а потом дошло, что менты это. Вот только думал что за мной. Наливай чайку.

Я цапнул чайник и бессовестно взял чужой пакетик и опустил в воду.

— А чё за вами, дядя Толя? Совершили что-то противозаконное?

Он кивнул:

— Совершил. Давно уже, в молодости, и я свое отсидел. Ты как к бывшим зекам относишься?

— Никак, — отвечаю я и ни капли не вру.

— Не боись. Я уже тридцать лет как вышел, но мусоров узнаю по запаху. Это точно мент был и следил он за тобой.

— Очень похоже на то.

— Я в чужие дела не лезу, но ты это… если что спрашивай. Может совет дам. Хозяину ничего не говори, не поможет и с работы выгонит. Девку тоже не пугай, переживать будет. И это. Зарплату не забудь забрать. Сегодня требуха есть свежая.

1.

Домой добрался без происшествий. Приключения начались потом, а пока я просто шёл и по сторонам оглядывался. Улицы были наполнены вечерними, угрюмыми прохожими, уставшими машинами и скучными лицами в окнах магазинов. Шляпы не видно — не рискует на глаза показываться.

А где-то там: в лесу или в городе, на кладбище или на стадионе, в магазине или на рынке ходит убийца, который выжидает и, может быть, ищет следующую несчастную девушку. А быть может, он уже сейчас сидит в вагоне электрички и улыбается новой знакомой. А я ничего не могу сделать. Или не хочу? Я беру продукты в счёт зарплаты и собираюсь дома хорошо поесть, а, может быть, прямо сейчас Юрабезотчества убивает очередную жертву. Кажется теперь я знаю, что такое муки совести.

Задумавшись, влетаю в подъезд и автоматически ищу ключи. Стоп. Дверь ведь была поломана. Молодец, сосед, починил. Вот только ключей под ковриком нет. Договаривались же.

Вспоминаю где его квартира и иду наверх, а там уже знакомые звуки. Восемь часов вечера, а пьянка в самом разгаре. Довольные крики собутыльников слышно на весь дом, неужели нельзя как-то тише выпивать?

Останавливаюсь перед дверью и пытаюсь вспомнить, как же его звать, соседа «на все руки мастера». Из-за двери доносится такая серия ругательств, что хочется кому-то вырвать язык.

Бум. Бум.

Они даже на секунду не замолкают и продолжают гундонить о своём на повышенных тонах. Прислушиваюсь, чтобы понять, как же все-таки зовут соседа но в какофонии пьяных звуков не уловить сути. Как же я не люблю пьяных людей. Стучу громче.

Стук — стук.

Дверь открывается, и морда выползает на порог. Морда незнакомая и грозная. Ну как…

— Чё надо?

За его спиной завывает телевизор, пугая войной и другими ужасными предсказаниями. Спертый воздух, воняет неприятно: пот, перемешанный с лекарствами.