Травля
Шрифт:
Он вышел, хлопнув дверью.
Скинув полотенце, Торес поспешно накинула халат и выглянула в коридор.
Тим стоял возле номера, который делили Кален и пленник, в ожидании, когда ему откроют.
Щелкнул замок и на пороге показался Кален.
— Нол… ну как? — с тревогой и почти без надежды спросил он, имея ввиду, дождался ли он Кэрол, пока дежурил у кафе.
Тим мрачно покачал головой.
— Господи… — Кален нервным движением потер подбородок. — Что же могло случиться? Это чужая страна, она даже языка не знает. И знакомых у нее здесь нет. Куда она могла деться? Может, ее схватила полиция?
— Сомневаюсь.
— Я считаю, пора связаться с Рэем. Он должен знать, что Кэрол и Патрик пропали.
— Чем он может помочь?
— Ну… хотя бы попытаться узнать, не задержана ли Кэрол местной полицией. Может, ее уже депортируют в Штаты, пока мы тут сидим. Так я позвоню?
— Опасно. Ты сам говорил, что он под наблюдением ФБР. И Рэндэла. А если его телефоны на прослушке? Пойди прогуляйся. Я подумаю.
— Прогуляться? — не понял Кален.
— Да! — рявкнул Тим, отталкивая его от двери, и зашел в номер.
Пленник, избитый, лежал на кровати, делая вид, что еще спит, хотя этот разговор у двери уже его разбудил. Когда Тим вошел в комнату, он приподнялся и испуганно посмотрел на него.
— Что ты собираешься делать? — встревоженно спросил Кален, поспешно следуя за Тимом.
— Единственные, кто знал, что Кэрол здесь — они. Они появляются в городе, и она сразу исчезает. При чем здесь полиция? — подхватив подушку, Тим снял наволочку и, схватив Клинта за золотистые волосы, стал жестко запихивать ткань ему в рот. Тот в ужасе замычал, забившись в сильных руках, за что получил такую оплеуху, что слетел с кровати на пол. Пнув его тяжелым ботинком в живот, Тим спокойно разорвал простынь на полосы, пока несчастный задыхался от боли на полу.
— Послушай, не нужно этого делать! — вмешался снова Кален. — Он рассказал уже все, что знал.
— Вот сейчас и узнаем, — ухмыльнулся жестоко Тим. — Выйди отсюда!
— Нет! Я тебе не позволю! Это бесчеловечно! Так нельзя! Вы и так его избили, этого мало? Мы цивилизованные люди, не бандиты какие-то…
— За себя говори, — потеряв терпение, Тим схватил его под локоть и вывел из номера, но столкнулся с Торес.
— Ты собрался его допрашивать? Пытать? Тим, я уверенна, это лишнее, он ничего не знает! — затараторила она умоляюще.
Он побагровел, выходя из себя. Оттолкнув обоих, он отвернулся, собираясь вернуться в комнату, но Торес вцепилась ему в руку, пытаясь удержать.
— Тимми, пожалуйста, не надо! Это не выход! Это человек ни в чем не виноват, а ты… ты просто хочешь выместить на нем свою злость! Не надо! Ты же не такой, я знаю… ты не сможешь мучить этого человека…
Он удивленно обернулся и опустил на нее возмущенный взгляд. Наклонившись, он приподнял штанину и вытащил из ножен на голени большой армейский нож.
Торес невольно попятилась, уставившись на ужасное зазубренное лезвие.
— Тебе откуда знать, какой я и что могу?
— Я просто вижу, Тимми…
— Меня зовут Нол! — отрезал он. — Не смей назвать меня иначе! Только Даяна и Кэрол могли… потому что они знали меня, когда я был Тимми! И только для них я готов был снова им быть, потому что они хотели меня видеть таким, как тогда! Только на самом деле я уже не такой! Тимми давно уже нет. Я Ноэль! И если ты еще раз назовешь меня по-другому, я вырву тебя язык, поняла?
— А Кэрол знает, какой ты на самом деле? — осторожно проговорила Торес. — Согласна, когда ее нет рядом, ты совсем другой…
— Ей и не надо этого знать, потому что с ней я всегда буду другим — Тимми, который всегда ее любил! Последний раз говорю — уходите. Я буду допрашивать этого человека так, как считаю нужным. Я хочу знать, где Кэрол и что с ней случилось, на все остальное мне наплевать. И не пытайтесь помешать. Иссу тоже можете не звать на помощь — если он придет, то присоединится ко мне и, поверьте, тогда этому неприкасаемому ублюдку будет еще хуже.
И он захлопнул дверь. Они расслышали, как повернулся замок.
Ошеломленно застыв, Торес и Кален переглянулись.
— Он спятил! — выдавила Торес. — Думаете, он правда будет его мучить? По-настоящему?
Пожав плечами, Кален беспомощно помялся на месте.
— Нельзя этого допустить, — ответил он. — Я схожу к Иссе. Только он сможет с ним справиться.
Кален ушел, а Торес стала метаться из стороны в сторону, нервно сцепив руки на груди.
Сквозь громкий звук телевизора она слышала сдавленное мычание, переполненное болью, которое попеременно походило на рыдание. Не вынеся этого, Торес подскочила к двери и заколотила по ней ладонями.
— Тим… Нол! Нол! Не надо, прошу тебя! Умоляю, прекрати! Открой, я все расскажу! Я знаю, где Кэрол и почему она не пришла! Этот человек ни при чем! Я расскажу, открой!
Дверь резко распахнулась, и Торес испуганно замерла, смотря на возвышающегося перед ней великана с окровавленным ножом в руке. Глаза его горели страшным кровожадным огнем, на бледном лице яркими пятнами выделялся румянец. Схватив за руку, он втащил ее в номер и захлопнул дверь.
— Ну? — прорычал он, вдавив ее в стену.
Торес задрожала и сжала большую мускулистую руку, придавившую так, что она едва могла дышать. Устремив на него умоляющий взгляд, она всхлипнула.
— Пожалуйста… Я скажу. Но я… я боюсь. Пожалуйста, сначала успокойся, потому что я скажу то, что тебе очень не понравится. Мне страшно. Убери нож. Я ни в чем не виновата.
— Хорошо. Не бойся. Сядь сюда, — он указал в кресло и отпустил ее.
Подойдя к кровати, он взял остатки разорванной простыни, из которой сделал путы для своего пленника. Тот сидел на стуле, привязанный, и не отрывал от Тима залитые слезами и наполненные ужасом глаза. Но пока мучитель потерял к нему интерес. Тщательно вытерев кровь с лезвия ножа, он спрятал его в ножны и демонстративно поднял ладони, чтобы унять страх молодой женщины.