Трапеза
Шрифт:
Он снова набрал ее номер – результат прежний.
В груди у него заерзала неприятная тревога. Отдавая должное воспитанию и повышенной эмоциональности, мальчик всегда выделялся нервозностью, и за его недолгую жизнь это причинило ему немало неудобств. Забудем пока о чем-то серьезном, даже ночной поход в туалет становился для него небольшим испытанием, когда сердце в груди начинало колотиться, а на ладонях и спине проступал холодный пот.
Нет, он не боялся темноты. Скорее страх внушало то, что могло в ней таиться. И сколько бы он ни убеждал себя в невозможности такового, мозг отказывался воспринимать доводы логики, пестря все новыми и новыми жуткими образами.
Артем стеснялся этой проблемы и никому о ней не рассказывал. Услышь его кто, просто высмеял бы, и ничего полезного он бы не добился.
Вот и сейчас воображение его выдавало идею за идеей, и каждая, несмотря на абсурдность, выглядела для него вполне реалистичной, из-за чего во рту мгновенно пересохло, и пальцы принялись дрожать.
— Да нет, бред какой-то…
Он медленно выдохнул, чтобы успокоиться, и покачал головой, проклиная свою впечатлительность.
— Ладно, как хочешь.
Продолжая звонить, он начал спускаться вниз, прислушиваясь к малейшему шороху. Не в силах окончательно побороть тревожность, Артем решил выбраться наружу и вернуться к жилым домам, а потом уже разбираться с остальным.
Чего-чего, но, учитывая недавние события, в такие игры он играть не собирался.
«Би-и-ип… Би-и-ип… Би-и-ип», — гудело в трубке.
А затем быстрее: «Бип-бип-бип-бип…»
С каждой ступенькой следующий шаг его становился чуточку быстрее. Он торопливо спустился на второй этаж, а затем на первый, не прекращая набирать номер Алисы, однако на том конце неизменно молчали. И когда он уже собирался переступить порог, где-то неподалеку послышалась приглушенная мелодия звонка вместе с вибрацией.
Но почему звук такой странный?
В заброшенном здании без дверей слышимость стояла прекрасная, и все же создавалось впечатление, что мелодия играет откуда-то из-за препятствия – никак не снаружи.
На ум ему пришла одна скверная идея.
Борясь с растущей тревогой, обратившейся из маленького червя, подтачивающего изнутри сердце, в огромное щупальце, сжавшее его в своих стальных тисках, Артем прошел мимо пары мрачных комнат дальше по коридору, где у края стены на полу лежала квадратная дверца, сколоченная из узких досок.
Дверца прикрывала вход в подвал, куда Артем, признаться, так ни разу и не набрался смелости спуститься.
Помнится, мальчик спросил однажды, почему местные дети не ходят сюда играть, и тогда Алиса ответила, что кто-то из родителей, чтобы отвадить их от опасности гулять по заброшке, сочинил дурацкую страшилку о привидениях. Мол, хозяин дома, не выдержав горя, повесился здесь, и теперь его призрак ходит по дому и утаскивает в подвал всякого, кто дерзнет пробраться на его территорию, где мучает до рассвета, а затем душит.
Разумеется, Артем не верил в призраков, однако в душе его поселился нервозный огонек сомнения, благодаря которому он решил просто забыть о существовании здесь подвала, чтобы не прибавлять своей расшатанной психике дополнительных проблем.
— Алиса! — мальчик снова окликнул девушку, не сводя глаз с закрытой дверцы подвала. — Ты же знаешь, я не люблю страшилки! Хватит уже!
Ответа он так и не дождался. Лишь одинокая мелодия звонка продолжала доноситься откуда-то снизу, придушенная слоем бетона.
— Алиса!
Звонок снова сбросили.
Артем застыл на месте, не решаясь сделать шаг ни в ту сторону, ни в обратную. Он вцепился в телефон до боли в пальцах. Закругленные грани врезались в сгибы.
Клац!..
Он едва не откусил себе язык, когда сломанный динамик хрипло оповестил о новом сообщении.
Дрожащими руками Артем нажал на кнопку блокировки.
Взгляд его пробежался по расплывающимся мелким буквам, и мальчик ощутил, как по спине вдоль позвоночника проходит леденящая дрожь.
«ОНА УЖЕ ОСТЫЛА, — гласило сообщение. — ЗА ЭТО ТЕБЯ ЖДЕТ НАКАЗАНИЕ, МАЛЕНЬКИЙ ТРУСЛИВЫЙ МАЛЬЧИШКА».
Мысли мгновенно испарились, все до единой.
Он даже не рассматривал вариант, что Алиса задумала над ним подшутить. Уж коли так, она может сколько угодно смеяться над его трусостью – конечно, уже после того, как он отсюда уберется как можно дальше.
Артем резко развернулся и на полной скорости рванул к выходу.
Никогда в жизни он еще не показывал такой прыти. Переросший в настоящую панику страх заставил его за доли секунды развить максимальную скорость, и мальчик пулей пролетел по темному коридору.
Бах!..
Что-то позади громко хряпнуло, будто от сквозняка с размаху захлопнулась дверь.
«Дверь!» — в ужасе про себя закричал он.
А затем, резко контрастируя с легким стуком его кроссовок об пол, за спиной загрохотали чьи-то тяжелые ботинки.
Артем стиснул зубы. Физически ощутив на своей шее хладное дыхание смерти, он двумя широкими прыжками преодолел последние несколько метров до выхода и перемахнул через порог, чувствуя, будто срывает с себя невидимые путы, затягивающие его в смертельную бездну.
Но не успел он сделать и шаг к спасительной траве, как его левая ступня вдруг зацепилась за что-то, тонкую леску, протянутую от одного края дверного проема к другому.
Земля ушла из-под ног.
Артем не удержался на весу и с разбегу шлепнулся лицом вперед, прокатившись туловищем по крыльцу. И хоть наполовину его скрывал песок, боль от этого не смягчилась ни на йоту.
Шею и грудь обожгло раскаленным железом. От удара воздух из легких вырвался наружу, и перед глазами все потемнело.