Чтение онлайн

1) полицейского комиссара;

2) шефа следственного отдела;

3) начальника окружного следственного управления;

4) северный или южный отдел по расследованию убийств – в зависимости от того, где найдено тело;

5) начальника соответствующего полицейского участка и отдела;

6) медицинского эксперта;

7) окружного прокурора;

8) телеграфное, телефонное и телетайпное бюро Главного полицейского управления;

9) полицейскую лабораторию;

10) полицейских фотографов;

11) полицейских стенографов.

Конечно, не все эти люди сразу же являются на место самоубийства. У одних просто нет необходимости покидать теплую постель в неурочный час, другие поручают неотложную работу менее оплачиваемым и более профессиональным подчиненным. Всегда можно рассчитывать на таких ночных сов, как детективы из отдела по расследованию убийств, фотограф, помощник медицинского эксперта, один-два детектива из местного участка, дежурные полицейские и лаборанты. Стенограф может и не появиться. В третьем часу ночи желающих работать нет. Чего там говорить, жмурик вносит разнообразие в ночное дежурство, да и знакомство с парнями из отдела по расследованию убийств возобновить неплохо; а если повезет, то у фотографа найдется несколько французских открыток. Но даже при этом ни у кого нет желания заниматься самоубийством в два часа ночи. Особенно когда на улице холодрыга.

А то, что на улице была холодрыга, это факт. У детективов из отдела по расследованию убийств был такой вид, словно их только что вытащили из морозильника. Они шли к тротуару на негнущихся ногах, засунув руки в карманы, надвинув шляпы на лоб и втянув головы в плечи. Первый поднял голову, только чтобы поздороваться, и затем оба в сопровождении Кареллы и Клинга спустились в подвальную комнату.

– Тут немного потеплее, – сказал первый. Он потер руки, бросил взгляд на труп и спросил: – Фляжки с собой ни у кого нет? – Он посмотрел на других полицейских и заключил с горечью: – Так и знал, что нет.

– Полицейский Дик Дженеро обнаружил труп приблизительно в два ноль четыре, – сказал Карелла. – Свет здесь горел, никто ни к чему не прикасался.

Первый сыщик из отдела по расследованию убийств проворчал что-то, а потом вздохнул.

– Ну что, за работу? – спросил он.

Его напарник посмотрел на труп.

– Идиот, – пробормотал он. – И что ему стоило подождать до утра? – Он взглянул на Клинга. – Кто вы?

– Берт Клинг, – ответил тот и, будто вопрос этот давно жег его изнутри, выпалил: – Я думал, что тот, кто вешается, должен болтаться на веревке.

Сыщик внимательно посмотрел на Клинга, а потом повернулся к Карелле.

– Этот парень из полиции? – спросил он.

– Конечно, – ответил Карелла.

– А я думал, ты кого-нибудь из родственников взял с собой, чтобы не скучать. – И снова повернулся к Клингу. – Нет, сынок, труп не всегда болтается на веревке. – Он кивнул в сторону кровати. – Там сидит повесившийся, сидит, а не болтается в воздухе, верно?

– Ну... верно.

– А ты, я смотрю, дока, – вмешался Карелла. Он без тени улыбки смотрел, не отрываясь, в глаза детективу.

– Ничего, пока держусь, – сказал тот. – Я, конечно, не из славного восемьдесят седьмого участка, но своим делом занимаюсь уже двадцать два года и за это время разгадал несколько ребусов.

В голосе Кареллы не было и намека на сарказм. Он говорил с каменным лицом:

– На таких людей можно положиться.

Детектив настороженно посмотрел на Кареллу.

– Я только хотел объяснить...

– Конечно, – сказал Карелла, – глупый малыш еще не понимает, что тело необязательно должно висеть в воздухе. Видишь ли, Берт, нам случалось обнаруживать стоящих, сидящих и лежащих самоубийц. – Он повернулся к детективу из отдела по расследованию убийств. – Верно я говорю?

– Да, они могут быть в любом положении.

– В любом, – согласился Карелла. – Самоубийство необязательно похоже на самоубийство.

В его голосе послышались плохо скрываемые суровые нотки. Клинг нахмурился и с некоторым сочувствием посмотрел на сыщиков из отдела по расследованию убийств.

– Что вы скажете о цвете? – спросил Карелла.

Детектив уже начал злиться на Кареллу.

– Цвете чего? – переспросил он.

– Трупа. Он синий. Правда, интересно?

– Перекрой воздух и получишь синий труп, – ответил детектив. – Ничего интересного.

– Понятно, – сказал Карелла, металл в его голосе становился все заметнее. – Ничего интересного. Тогда расскажи малышу о том, что такое боковой узел.

– О чем?

– Об этом узле на веревке. Он сбоку на шее.

Детектив подошел к трупу и осмотрел веревку.

– Ну и что? – спросил он.

– Я просто подумал, что эксперт по самоубийствам твоего класса должен был сам заметить это. – Теперь Карелла уже не скрывал суровости.

– А я и заметил. Что из этого?

– Я подумал, что ты объяснишь новичку, какого цвета бывает труп повешенного.

– Послушай, Карелла... – вмешался второй сыщик.

– Пусть твой приятель объяснит, Фред, – прервал его Карелла. – Надо уважать мнение экспертов.

– Что ты несешь?

– Он смеется над тобой, Джо, – сказал Фред.

Джо повернулся к Карелле.

– Смеешься надо мной?

– С чего ты взял? – сказал Карелла. – Расскажи нам об узлах, эксперт.

Джо заморгал.

– Что ты привязался к узлам?

– Ты, конечно, знаешь, – заговорил Карелла вкрадчиво, – что боковой узел сдавливает артерии и вены только с одной стороны шеи.

– Конечно, знаю, – ответил Джо.

– И что если узел находится на шее сбоку, то лицо самоубийцы краснеет, а если сзади – то бледнеет. Знаешь ведь, верно?

– Кто этого не знает? – сказал Джо с вызовом. – А потом они синеют с любыми узлами, тоже мне лектор нашелся. Я видел не одну дюжину синих повешенных.