Точки
Шрифт:
Сдвигаюсь на середину скамьи и, закинув ноги, ложусь на неё, сложив руки на груди. Слышу, как в зале ступает тишина. Видимо, все смотрят на меня.
– Подсудимая, по какой причине вы легли? – спустя примерно десять секунд раздаётся недовольный голос полковника. – Вам плохо?
– Сангса Пак ЮнМи готовится к отбытию в рай. – отвечаю я ему и прошу. – Пожелайте ей удачи.
Спросивший делает паузу секунды в три.
– Почему именно в рай? –интересуется он.
– Говорят, там гораздо лучше, чем где-либо.
– Ваше поведение является выражением неуважения к суду?
– Что вы, ваша честь! Наоборот. Его следует рассматривать как признак полного доверия к его действиям. С начала заседания высокий суд не задал подсудимой ни одного вопроса, тем самым показав, что берёт всю ответственность на себя и знает, что делает. Зачем тогда мне мешать его работе? Если решение уже принято, то я лучше посплю, пока подписываются всякие важные бумажки.
– Подсудимая, сядьте нормально. – требует от меня главный судья.
– Продолжайте. – отвечаю я. – Я вам совершенно не мешаю.
– Сядьте, подсудимая!
– Сесть я всегда успею!
– Охрана, усадите её!
(несколько позже)
Суки! Запястье ободрали…
Стоя смотрю, как судейские неспешно продолжают свои камлания. Так и не сумев заставить меня перестать лежать, влезшая в клетку охрана просто пристегнула меня за руку наручниками к решётке. Теперь до лавки не дотянуться, и я подобен стройному кипарису, осознавшему – «сидя было лучше». Твари, однозначно!
Однако, ничто не бесконечно, кроме человеческой глупости и сколько не тяни кота за хвост, конец всё одно настанет. Вот и судилище движется к завершению. Обвинение зачитывает свои претензии к моей персоне.
– … таким образом, преступление, совершённое обвиняемой Пак ЮнМи, - является полностью доказанным. Обвинение просит суд назначить ей наказание в виде каторжных работ сроком в пять лет.
«Пять лет!» - думаю я, глядя на кивающего в ответ полковника и чувствуя, как внутри меня вскипает волна возмущения и негодования. – «Да они вообще охренели!»
– Слово предоставляется подсудимой. – объявляет один из младших судей. – И обращается ко мне. – Подсудимая, говорите. Мы вас слушаем.
Так ничего и не придумалось убойного, чтобы достойно ответить этим утыркам! Ладно, скажу, как есть.
– Сегодня я увидела настоящее лицо армии. – заявляю судьям в лицо. – Очень жаль, что судьба подкинула мне такую мерзость, как люди в форме цвета хаки. Это всё, что хотела вам сказать. А теперь, ковбои, - давайте, убейте меня!
Вижу, как за судейским столом возникает лёгкое замешательство. Похоже, там не совсем поняли смысл последней фразы. Если честно, то сам его не понял. Что за ковбои? Откуда они вдруг всплыли?
– Это всё, что вы хотели сказать? – спрашивает меня полковник.
– Да. – отвечаю я, не став добавлять «ваша честь». Обойдётся!
– Хорошо. Приступим к вынесению решения.
Судьи наклоняют головы друг к дружке и начинают шептаться. Балаган, да и только! Однако, смотрю за ними, не отрывая глаз. Хоть я и преисполнен презрения к этим людям, внутри, в сердце, живёт надежда, что они признают меня невиновным.
– Совещание закончено! – объявляют, спустя буквально полминуты. – Для оглашения приговора, всем встать!
А мне даже и вставать не нужно. Уже стою, прикованный наручниками к решётке.
– … тщательно рассмотрев все обстоятельства дела, - зачитывает по бумажке полковник. – … сеульский гарнизонный военный суд принял решение признать обвиняемую Пак ЮнМи виновной в совершении военного преступления – дезертирстве и назначить ей наказание в виде лишения свободы сроком в пять лет…
В зале проносится лёгкий вздох присутствующих, а мои кишки сжимаются в ледяной узел.
Пять лет! Целых пять лет!
– … направить в Верховный суд ходатайство о лишении Пак ЮнМи всех званий и наград, полученных ею в ходе несения воинской службы... – полковник как будто издалека продолжает читать приговор, - а также назначить ей выплатить штраф в размере пяти миллионов вон в пользу вооружённых сил страны…
«Силы», - по миру, что ли, пошли? С заключённых копейки вышибают? Или это гонорар адвокату?
– Заседание суда завершено. Суд окончен. – заявляют за судейским столом и стукают молоточком.
Всё! Конечная! Поезд дальше не идёт!
Конец цитаты.
Кому интересно информация к размышлению.
Немного о карме.
Как я ни старался, даже Самсунг подключил, Юркин всё равно оказался в тюрьме.
Судьба … Или карма?
Прав Андрей Геннадьевич, что запихал своего главного героя в тюрьму? Запихал, не смотря на всё недовольство читателей, судя по постам на форуме. Я тоже читатель и очень хотел для Юркина другой судьбы хотя бы в фанфике. Не получилось.
В чём же дело? Разберём по порядку.
*(Цитаты копирую из Вики, которые получил по запросу карма).
Обратите внимание.
На Западе карму интерпретируют как судьбу, от которой не уйдешь. Часто карму путают с плодами кармы, что приводит к фатализму. Примером данной ошибки могут служить высказывания вида «Такова моя карма».
А на Востоке карма это закон.
Вселенский причинно-следственный закон, согласно которому праведные или греховные действия человека определяют его судьбу.