Чтение онлайн

Тенч с силой захлопнула дверь своего кабинета, подошла к столу и набрала номер телефонного узла Белого дома.

— Мне срочно нужен Уильям Пикеринг. Директор НРУ. Закурив сигарету, старший советник президента начала нервно мерить шагами маленькую комнатку, ожидая, пока ее соединят. Обычно по вечерам Пикеринг уходил домой, но сегодня, в связи с шумихой вокруг пресс-конференции, вполне мог остаться в рабочем кабинете, приклеившись к экрану телевизора. В мире происходило нечто, о чем даже директор Национального разведывательного управления не имел ни малейшего понятия.

Тенч проклинала себя за то, что не послушала собственного внутреннего голоса, когда президент сообщил, что собирается послать на ледник Милна именно Рейчел Секстон. Советница восприняла этот шаг как риск, в котором не было ни малейшей необходимости. Однако доводы президента звучали убедительно: он объяснил, что сотрудники аппарата за последние две недели настолько разуверились в нем самом и его действиях, что могут не поверить сообщению, исходящему из Овального кабинета. Случилось именно так, как и обещал Харни: подтверждение Рейчел Секстон приглушило все подозрения, остановило скептиков и спорщиков и заставило сотрудников Белого дома поддержать президента. Это действительно была неоценимая помощь. И вдруг сейчас эта самая Рейчел Секстон сменила песню.

Чертова сучка позвонила по незащищенной линии.

Она хотела посеять сомнения в достоверности открытия. Единственным утешением служило то, что президент записал ее выступление перед сотрудниками на видеомагнитофон. Слава Богу! Хоть небольшая, но страховка. Появлялись серьезные опасения, что она может понадобиться.

Но сейчас Тенч собиралась разделаться с этой головной болью иным способом. Рейчел Секстон, несомненно, умная женщина; если она действительно собралась атаковать в лоб Белый дом и НАСА, то обратится к сильным возможным союзникам. И первым таким союзником, как подсказывала логика, она сочтет Уильяма Пикеринга. Тенч прекрасно знала, как относится директор НРУ к НАСА. А потому она должна поговорить с ним раньше, чем это сможет сделать его ретивая сотрудница.

— Мисс Тенч? — послышался далекий голос. — Уильям Пикеринг слушает. В связи с чем такая честь?

Тенч слышала, как в его кабинете работает телевизор — НАСА комментировало открытие. По голосу и интонациям Пикеринга было понятно, что пресс-конференция произвела на него большое впечатление.

— У вас есть свободная минутка, директор?

— А я-то полагал, что вы целиком уйдете в празднование. Великий вечер для всех вас! Похоже, что НАСА и президент снова на коне.

В голосе директора звучало неприкрытое изумление. К нему примешивался оттенок желчности — несомненно, из-за того, что человек этот терпеть не мог узнавать новости одновременно с остальным миром.

— Хочу попросить прощения, — начала Тенч, пытаясь сразу перебросить мост через пропасть. — НАСА и президент были вынуждены держать вас в неведении.

— Но вы же в курсе, — раздраженно произнес Пикеринг, — что еще две недели назад НРУ засекло деятельность НАСА в этом районе и послало запрос.

Тенч нахмурилась: — Да, я знаю. И все же…

— НАСА заявило, что проводит учения в экстремальных условиях. Испытывает оборудование или что-то в этом роде. — Пикеринг выдержал паузу. — Нам пришлось принять эту ложь.

— Давайте все-таки не будем называть это ложью, — возразила Тенч. — Скорее, более подходящим является выражение «необходимая дезинформация». Учитывая масштаб открытия, вы, конечно, понимаете потребность НАСА держать все в тайне.

— От широкой публики — может быть.

Жалобы не входили в обычный репертуар Пикеринга, и Тенч поняла, что он уже израсходовал запас своих обид.

— К сожалению, у меня не так много времени, — переключилась она, пытаясь вернуть себе инициативу в разговоре. — Я лишь хотела предупредить вас.

— Предупредить меня? — Пикеринг, несомненно, поморщился. — О том, что Зак Харни решил назначить нового, симпатизирующего НАСА директора НРУ?

— Разумеется, нет. Президент прекрасно понимает, что ваша нелюбовь к НАСА проистекает исключительно из стремления к безопасности, и искренне пытается устранить все недоразумения в этой сфере. Нет, дело не в этом. Речь идет об одной из ваших подчиненных. — Тенч выдержала красноречивую паузу. — Рейчел Секстон. Вы сегодня вечером уже разговаривали с ней?

— Утром по просьбе президента я отправил ее в Белый дом. Вы, очевидно, загрузили ее работой. Она еще не появилась и даже не звонила.

Тенч почувствовала облегчение. Ей удалось прорваться первой.

— Мне кажется, что скоро она вам позвонит.

— Хорошо. Я как раз с нетерпением жду этого момента. Должен сказать, когда началась пресс-конференция, у меня мелькнуло подозрение, что Зак Харни убедил мисс Секстон участвовать в этом шоу публично. И очень рад, что она сумела противостоять его напору.

— Зак Харни — приличный человек, — возразила Тенч, — чего, однако, не могу сказать о мисс Секстон.

На линии повисла долгая напряженная пауза.

— Хочу надеяться, что или не расслышал, или неправильно понял вас.

Тенч тяжело вздохнула:

— Боюсь, вы поняли меня именно так, как надо. Не хотелось бы вдаваться в подробности по телефону, но, судя по всему, мисс Секстон решила дискредитировать и это открытие НАСА, и деятельность агентства в целом. Понятия не имею, почему и зачем, но после того, как сегодня днем она собственными глазами все увидела, а потом открыто подтвердила все данные, ваша сотрудница вдруг решила изменить свою позицию и начала изрекать в адрес космического агентства самые оскорбительные и невероятные обвинения. Она приписывает НАСА мошенничество и предательство.

Пикеринг встрепенулся:

— Прошу прощения?

— Да, это неприятно и звучит шокирующе. Очень плохо, что сообщать об этом вам приходится именно мне… Дело в том, что мисс Секстон позвонила за две минуты до пресс-конференции и потребовала все отменить.

— На каком основании?

— Честно говоря, ее доводы звучали абсурдно. Она утверждала, что обнаружила в данных НАСА существенные изъяны.

Долгое молчание Пикеринга оказалось более красноречивым, чем хотелось бы Марджори Тенч.