Чтение онлайн

"Кто из нас?» — гадала она, глядя, как Звездный Всадник кладет Насмешника на пол. Надежда вспыхнула, но не смогла зажечь волю к жизни. Она повернулась к Старцу. Тот сидел, закрыв глаза. Может быть, так и лучше — не знать. Сжав его руку, она тоже закрыла глаза.

Ожидание продолжалось вечность.

Появилось ощущение чьего-то легкого, как будто какой-то мрачный охотник душами вынюхивал нечеткий след.

Время пробудилось. Его размеренный шаг быстро перешел в безудержное падение в ад. Непанта слабо почувствовала ужас восточных принцев. Может быть, это не было игрой воображения. Может быть, что-то действительно пришло…

Она выцветала. Она просто чувствовала это. Ее хватка за ткань существования слабела и слабела…

Жаль, что ее сын никогда не родится…

Чернота.

Счастье, потому что она больше не боялась.

— Пока мужчина взбирается на Эль Кабар, у него появляется сильная жажда, — говорил Вартлоккур Насмешнику. Они впервые сидели лицом к лицу за ужином после воскресения. — Я сам это испытал дюжину раз.

Насмешник смотрел на человека, бывшего его отцом, которого он никогда не знал. Он отгонял сыновьи чувства, считая их необоснованными и неуместными.

— А в стране теней, — ответил он, — сам-друг поразмыслил и поверил, что такая жажда должна быть главной пыткой в пекле. Может быть — после похмелья.

Он избегал взгляда чародея, высматривая виночерпия. Им было неуютно друг с другом. Но спасительного слуги с вином не было. Он, как и остальная прислуга, после ночи находился в шоке. Никто из них не мог прийти в себя.

— Да. Страна теней.

На этом предмет разговора исчерпался по невысказанному соглашению: все, что там говорилось или до этого делалось, лучше забыть. Мальчишка более храбрый, чем его товарищи в маленькой компании, наблюдавшей поблизости, рискнул приблизиться. Он смотрел на них несколько секунд, но после того, как пришелец состроил ему страшную рожу, завопил и умчался прочь.

— Вечно преследуемый бессчетными немытыми пострелятами, — роптал Насмешник, вспоминая Драконовы ворота в Прост-Каменце. Там, по его мнению, была точка отсчета, после которой стало уже невозможно избежать странных и мрачных приключений, которые привели к его отцу.

Исподтишка он изучал Вартлоккура. Не растет ли какое-нибудь новое зло в глубине чародейского разума? Он был тем, кем он был, и сделал то, что сделал. Он имел скверную репутацию.

Рука Насмешника потянулась к рукояти меча. Его взгляд пронзил зал в поисках предателей.

Среди незнакомых лиц его глаза встретили ее. Непанта казалась более прекрасной, чем всегда. Более желанной, несмотря на бледность, оставленную испытаниями. О чем она думала? Насколько горькими были ее воспоминания? Мучилась ли она от тех повреждений мозга, о которых каркал Старец?

Смогут ли они отринуть прошлый гнев и ревность и сберечь хоть что-нибудь из-под обломков их жизней, разрушенных другими? Смогут ли они снова обрести счастье, испытанное ими перед падением Вороньего Грая?

Она села рядом с ним, положив свою руку поверх его, и улыбнулась, как будто прошлой ночью ничего не произошло.

Их перемирие продолжалось. Она по-прежнему хотела забыть.

— А что стало со Звездным Всадником? — спросила она.

— Ушел, — сказал Вартлоккур. — Он такой. Он никогда не ждет. Наверное, так ему не приходится отвечать на вопросы. Он явно позаботился о нас, позаботился о Старце, расколдовал слуг и исчез. Он такой. О нем теперь, может, не будет слышно еще сотни лет.

— Старец. Что с ним? — спросил Насмешник.

— Я точно не знаю. Башня запечатана. Я не могу пройти сквозь охраняющие заклятия. Но я подозреваю, что он жив. Вероятно, в глубоком сне.

Догадка чародея была очень близка к истине. Вопреки собственным ужасным ожиданиям Старцу не было позволено умереть. Но не было ему разрешено и вернуться к жизни. Его тело, одетое в церемониальное одеяние, сидело на каменном троне в комнате наверху Башни ветров. Если его глаза когда-нибудь откроются, то они посмотрят в магическое зеркало. Под его морщинистыми руками со вздувшимися голубыми венами лежали крохотные круглые флаконы. Его кабинет был пополнен новым запасом лекарств. Однажды, если в том будет нужда, Режиссер сможет снова заставить его глаза открыться.

В отличие от других Старец был только инструментом. Его полезность подходила к концу, острота затупилась. Но Звездный Всадник был бережливым. Он не выбрасывал ничего, что могло бы еще пригодиться. Комната на вершине Башни ветров стала ящиком для инструмента. Даже Вартлоккур не мог войти в нее. А его власть над Силой вернулась полностью.

Черная Леди в очередной раз осталась дожидаться Старца у алтаря.

В одной комнате со Старцем — возможно, как напоминание, — сидели мертвые принцы-тауматурги.

Подали главную перемену блюд. Насмешник набросился на свою порцию, желая, чтобы поддерживал разговор кто-нибудь другой. Он не видел приличной еды в течение нескольких месяцев.

— Мне не хочется думать, что Старец вышел из игры, — сказала Непанта. Насмешник подумал, что улавливает оттенок «лучше он, чем я». — Он был что надо, хоть и брюзга.

— Он не ушел, просто в ожидании. По желанию Звездного Всадника. Я думаю, что между ними было что-то такое, о чем никто даже не подозревал. Но — да, я тоже вспоминаю о нем. Я только удивляюсь, сколько у него секретов, о которых он никогда не говорил. Мы скрывали слишком много друг от друга.

Чародей задумчиво сделал несколько глотков. Затем продолжил:

— Несмотря на все подначки и брюзжание, он был добрым и хорошим другом. Слишком плохо, что у него никогда не было иной цели — только бы не выйти из своей роли, чем бы она ни была. Будем надеяться, что в следующий раз он будет счастливее.

— Ребенок? — хрюкнул Насмешник с набитым ртом.

— Прекрасно. И я рада, что ты помылся и побрился. Я никогда не видела, чтобы какой-нибудь горский бандит был таким грязным и одичавшим, как ты. — Она и Вартлоккур продолжили рассуждать о Старце.