Чтение онлайн

Юноша достал из упаковки с «Улётом-13» посох, благо они с метлой почти одной длины, разместились там вдвоем не толкаясь. Подумав секунду, Гоша запихал коробку в свой безразмерный рюкзачок, чтобы ничего лишнего в руках не мешалось, и гордо выпрямился, крепко сжав ладонью «Звезду странствий». Посох отозвался легкой дрожью, едва заметно завибрировав в руке. Каджи еще крепче стиснул ладонь, так что костяшки пальцев побелели. Магический артефакт моментально успокоился, мимолетно одарив хозяина ощущением несокрушимого могущества. Но оно так же стремительно испарилось из души, оставив на память безмятежное спокойствие и умиротворенность. Зато алмазный набалдашник «Звезды странствий» явственно засветился, засверкал изнутри. Полумрак шатра отступил на несколько шагов от ребят, боязливо прижимаясь к стенам и потолку.

— Круто! — веско высказалась колдунья, глаза которой от радостного возбуждения сверкали похлеще алмазного набалдашника. — Как видишь, Гошка, ничего сложного в управлении посохом нет, если он тебя признаёт своим хозяином. Ты всё это и без меня прекрасно знал, только, видать, лень было вспоминать… Дальше — проще, сам разберешься. Ну, мне пора. Счастливо оставаться, мальчики! И приятного путешествия в иные миры. Да и приключений желаю вам побольше. Пока-пока!

Лекс стремительно развернулась, непринужденно помахала ручкой на прощание и торопливо направилась к выходу, преследуемая двумя ошарашенными взглядами в спину. У цепохвоста даже челюсть немного отвисла. А у Каджи сердце екнуло и сжалось в тугой комок, словно он навсегда лишился чего-то самого дорого на свете. Лишился безвозвратно.

— Янка, ты куда? — собственный голос показался мальчику чужим: старым, хриплым, безрадостным.

— Как куда? — колдунья развернулась вполоборота, остановившись. — Домой, естественно.

— Ты так пошутила? — продолжал допытываться Гоша, втайне обрадовавшись уже тому, что подруга хотя бы стоит на месте, а не уходит, показав ему на прощание язык вместо ответа.

— Не совсем, — с медлительной неуверенностью в голосе прошептала Лекс, бездумно наматывая прядь волос на палец. Она помолчала немного, разглядывая носки босоножек, а потом, махнув рукой, будто отгоняла от себя назойливую муху, неспеша вернулась обратно. — Сама не пойму, чего на меня вдруг нашло. В голове только одна мысль звучала, словно набатный колокол надрывался: «Уходи, уходи! Отправляйся домой! Прочь отсюда!»… Возможно, я хотела проверить, смогу ли оставить вас тут одних, и хватит ли силы воли отказаться от наметившегося развлечения? — нерешительно предположила Янка.

— Ну и как? Проверила? — участливо-вкрадчиво поинтересовался парнишка, зябко поежившись. Ничего себе, тестик на выносливость! Аж, мурашки на спине до сих пор в догонялки резвятся.

— Вроде бы да, — с полутвердой убежденностью тихо выдохнула девушка.

— И какой получила результат?

— Если бы ты, Гоша, меня не окликнул, то моей решимости уйти, бросив вас тут на произвол судьбы и случая, хватило бы еще шага на два. Ну, или максимум на три. И это, учти, даже если бы к «набатному колоколу» в мозгах подключился вой сирены, — Янкино лицо осветила привычная улыбка, и у Каджи отлегло от сердца. И, несомненно, стало легче и приятнее дышать.

— Больше не пугай меня так сильно, пожалуйста, — с максимальной серьезностью попросил он.

— Постараюсь, честное колдунское, — так же всерьёз пообещала Лекс, прижав ладонь к груди. — Только давай уж отправим, наконец, Хэзла на родину, пока еще какая-нибудь сумасбродная мыслишка не прокралась тайком мне в голову.

— А я разве возражаю? Что мне дальше нужно сделать? Подсказывай, Янка. Ты ведь хоть видела один раз, как Этерник посохом пользовался, когда вы с ним вместе меня искали.

Колдунья недовольно сморщила носик, погрузившись в не столь уж далекие, но крайне неприятные для неё воспоминания. Гадкий осадок остался у девушки на душе после истории со специально подстроенным, ненастоящим поцелуем, который должен был подтолкнуть Каджи к активным действиям. Он и подтолкнул. А вот каково Янке было сыграть роль якобы предательницы их дружбы, да и не только её? Настоящими чувствами колдуньи никто не поинтересовался: главное не дать Вомшулду Нотби осуществить задуманный коварный план. Не дали, победили, хэппи-энд. И хотя она знает и прекрасно понимает, что в то время не нашлось другого пути остановить Зло, раззявившее пасть на её любимого Гошеньку и собиравшееся полностью подчинить его, перетащив на свою темную сторону, но почему ж ей так тошно даже всего лишь от воспоминаний? Кто объяснит, отчего даже имитация предательства настолько горька и противна на вкус, что сразу подташнивать начинает?

— Так как вы меня смогли найти, не зная, в каком именно измерении я нахожусь? — ненавязчиво поторопил подружку Каджи. — Нам сейчас то же самое не мешало бы повторить.

— Директор попросил меня сосредоточиться на мыслях только о тебе, — тихо, но без тени смущения произнесла Янка. — А то я будто в тот день о новых туфельках мечтала?! Потом Этерник взял меня за руку и через минуту слегка ударил посохом о землю, буднично и без затей сказав: «Доставь нас к Гоше Каджи». Вот, собственно, и вся премудрость. Дальше ты и сам знаешь: мы с директором завалились без приглашения в гости на твою коронацию Венцом Гекаты и слегка испоганили торжество.

— Совсем слегка, — весело подтвердил мальчик. — Уверен, почти никто из Серых и не заметил, что все их коварные планы разлетелись вдребезги, причем вместе с уникальной мистической короной и шикарнейшим тронным залом.

— Мы старались вести себя тихо, скромно и незаметно, — Лекс благодушно улыбнулась в ответ. — Я же не виновата, что у меня это не получилось.

— Вроде бы всё понятно, — Каджи, задумавшись, почесал затылок. — Но вот только…

— Да нет никаких «только» и «но», Гоша! Я больше чем уверена: Хэзл и без нашей просьбы давным-давно мечтает вернуться в своё родное измерение. Но если тебе моей уверенности не достаточно, то сам попроси его сосредоточиться на мыслях о доме. Потом ты возьмешь меня за руку, а я буду держаться за цепохвоста. Должно сработать. Я ж вроде твой персональный усилитель телепатии?

— Хорошо, давай попробуем, мы же ничего не теряем, — покладисто согласился Гоша. — Надеюсь только, мы им тут вместо создания портала в иномирье не разнесем шатер в клочья, если посох неправильно сработает?

— Если разнесем, так им меньше забот при сборах в дорогу, — неунывающе подбодрила друга колдунья, одной рукой крепко сжав ладонь Каджи, а другой ухватившись за рог монстра. — Хэзлик, ты готов прокатиться до дому, до хаты? Маманька тебя наверняка обыскалась. Эх, и задаст она тебе трёпку по возвращении…

Девушка сверкнула белозубой улыбкой, а цепохвост что-то глухо прорычал в ответ, дескать, сирота я, и заиграл по полу длинным хвостом. В голову к Гоше неожиданно громко и отчетливо прорвался басовитыми раскатами чужой, незнакомый голос, вплетаясь в кружево его собственных мыслей:

— Я думать. Думать о дом. Скоро быть дома. Свобода!

С этим мотивом перекликался другой, Янкин — задорный и не менее радостный, чем у Хэзла:

— Он сказал: «Поехали!», и взмахнул рукой… Кого ждем, Гоша? Отчаливай!