Чтение онлайн

Я подставил ладонь с нарощенным металлом и сжал пальцы.

Поймал.

— Уверен, что у тебя был хоть шанс? — ухмыльнулся я, перекатывая горячую пулю по ладони.

Рейховец с ревом отбросил пушку, вскочил и… умер. Трудно жить, когда твоя голова не соединена с телом.

Я убрал окровавленные когти и, харкнув ему на окровавленную лысину, бросился в кают-компанию, где носилось взбесившееся воронье.

Ворвавшись в помещение, рванул вбок и заколол еще одного мудака, который почти закончил процесс трансформации. Едва обернувшись волком, рейховец свалился на пол. Глаза с вытянувшимся зрачками тут же остекленели.

Сверкнула молния, но в ту же секунду за спиной у боевика-«громовержца» показалась Ди с окровавленным веером.

Бум! — и еще один труп, сверкая и плавясь как масло, растянулся на полу.

Вроде все. Я быстро осмотрелся — кают-компания была разнесена в хлам. Мы победили, но радости я совсем не чувствовал. Оглядываться в коридор, где лежала убитая Гама, мне совсем не хотелось.

Убрав меч в ножны, я пошел к Красавке, но тот отделался лишь парой ожогов и с упоением пожирал слегка подгоревшее тело одного из рейховцев. Думаю, мое обещание насчет котлеты величиной с шкаф можно считать исполненным.

Затем мы с Ди направились к заложникам — все были членами команды дирижабля. Ни Насти, ни капитана среди них не было.

— Где Шемякин?! — спросил я одного из заложников, пока развязывал ему руки.

— Убит, а пилотов заперли на капитанском мостике, — ответил он и принялся растирать перетянутые запястья. — Чертовы диверсанты…

— Знаете, что им нужно?

— Я немного знаю немецкий, и из их разговоров мне показалось, что они тащат нас к Электростали…

— А что там?

— Шутишь? Электросталь — Цитадель, которая защищает Владимир от Московского Осколка. Скорее всего, рейховцы хотят ее уничтожить!

— Вот сволочи! — бросила Ди, освобождая очередного заложника. — В мои планы не входило попасть под прорыв из Московского Осколка! А нас не могут просто сбить?

— Если узнают, что они задумали, могут.… но сдается мне никто не спешит отсюда об этом сообщать, и диспетчеры наверняка думают, что долбанные аристократы снова решили покататься вокруг Москвы, чтобы посмотреть на Прорывы.

— Черноволосой девушки с короткой стрижкой среди вас не было?

— Была… Но ее увела их чокнутая командирша… Кажется, в машинное отделение…

Стоит отдать команде должное — едва освободившись, парни похватали автоматы убитых рейховцев и высыпали из кают-компании.

Вместе с ними вышел и я. И увидел Горна, рядом с которым печально крутился и на все помещение выл Красавка.

— Черт… — проговорил один из членов экипажа. — Его преосвященство, пожертвовал собой, чтобы спасти нас…

Все склонили головы, а затем оттащили тело в кают-компанию и, положив его на стол, покинули помещение.

Рядом остался лишь я, безутешный Красавка и печальная Ди.

— Не думала, что увидев мертвого Горна, так расстроюсь, — вздохнула она и положила руку мне на плечо.

Вот оно опять… Очередной союзник и друг, весь опаленный огнем и изрешеченный пулями, лежит в луже крови, а я стою над ним — целый и невредимый — и пытаюсь понять, как так получилось?

Гама, и о чем ты думала? Прожить такую долгую жизнь и только для того, чтобы погибнуть так нелепо?.. Да еще и в теле этого мудака? Неужели ты была в таком отчаянии, что решила просто покончить с собой? Даже не верится, что именно так ушла Амальгама из рода Скалозубовых.

Смахнув одинокую слезинку, я схватил рыдающего Красавку и вместе с ним покинул кают-компанию.

Оплачу ее позже. Сейчас нужно найти сестру и отомстить.

Едва очнувшись, фрайгерр Цет принялся лечиться, и через пять минут стал почти целым. Зарычав, от поднялся на ноги и пошел вперед.

Ему показалось, или он слышал голос Богини, когда лежал в отключке? Нет, вряд ли… Просто послышалось после того, как его едва не убил тот монстр в шкуре инквизитора.

Падре оказался просто чудовищем и растерзал всех его людей как котят, но вот против Зи у него нет никаких шансов! Если она здесь, то они спасены.

Срастаясь на ходу, фрайгерр шагал по узким коридорам, и с каждым шагом чувствовал себя все лучше. Последний выстрел пронзил тишину коридоров технического блока, а потом замолкло все, кроме сердца Цета.

Несколько рваных ран в животе — крайне болезненное дело, но в свое время ему удалось пережить удар Тауруса на полном ходу. Мало того, Цет сталкивался с хвостом Мантикоры и его чуть не сломали щупальца Дива, так что это ерунда.

Не раз, и не два ему приходилось видеть свет в конце туннеля, а потом чудовищно холодную тьму, забравшую даже его душу! Он помнил бесконечно долгие минуты на том свете, и ничего. Там ничего не было, мать твою!

Ни валькирий, ни Одина, ни Хель, ни Асгарда, ни Вальгаллы… Ничего, кроме лица фрау Зи, которой вновь удалось запустить его сердце. С тех пор она его Богиня. Его отважная валькирия, а он ее верный раб, и им срочно нужно воссоединиться, пока не слишком поздно.

Она, конечно, страсть как не обрадуется, что в живых остался только Цет, но ее гнев можно пережить. Вернее, в гневе она становилась еще прекрасней!

Когда он вдоволь наслушается, какой Цет недоумок, они контратакуют и соединятся с Монмераем!

До Электростали лететь совсем немного. Нужно всего лишь запереться на капитанском мостике и дотянуть до места Прорыва! Десять лет подготовки не могли быть напрасными!

Подорвать к чертовой матери укрепления Электростали! Дать тварям из Московского Осколка прорвать периметр! Тогда дорога до Владимира будет открыта, и Нексус ломанется в сердце ублюдской ненавистной Империи.

Если все удастся… Нет, когда все удастся, армия фюрера ринется в бой через границу, и за какие-то несколько дней достигнет обескровленной столицы.