Чтение онлайн

– Итак, Тинар, что-нибудь скажешь, перед тем как я снесу твою дурную голову?

– Да, – и щит вспыхнул вокруг меня, – Спасибо, что подсказал, где держат Адель, ублюдок!

Хотел уйти прыжком, но что-то врезалось в меня, подловив в воздухе и, швырнув на землю с силой, достаточной, чтобы проломить щит и оставить кратер. Из лёгких вышибло воздух, я закашлялся, поднимаясь и пытаясь сообразить, что это было.

– Идиот! За кретинов нас держишь? Решил мы настолько тупы, что не поняли, что тебе нипочём эти блокираторы?

Застонав, посмотрел на заговорившего, стоящего скрестив руки рядом с графом и на голову возвышаясь над ним. Его аура и физическая мощь поражали, и спустя мгновение догадался, – передо мной санкари, что смог пробиться на новый этап развития силы, как Адель.

– И для чего тогда всё это представление? – спросил я, больше для того, чтобы выиграть время. Хотя и так понятно – чтобы скрыть от меня солдат и показать пустую зону.

– Не притворяйся, ты и так уже всё сообразил. Тёмно-синий и серебро, – интересный цвет, – сказал Азелий, делая шаг вперёд и внимательно разглядывая меня, – Так вот какой цвет глаза кангеле приобретают, когда те преступают порог силы? А у меня вот радужка красной стала.

Я не ответил, глядя на мужчину и понимая, что он гораздо сильнее, быстрее и опаснее всех тех, с кем довелось биться.

– Ну-ну, не сопи ты так. Впрочем, не важно – ты умрёшь через несколько минут, так что не о чем беспокоиться. Просто послушай меня, прежде чем умрёшь. Ведь просто убить тебя слишком скучновато. За мной есть слабость, знаешь ли, прежде чем нанести смертельный удар, мне нравится немного… поглумиться… сокрушить врага, как физически, так и морально. Ты уж прости старика.

Гнев и ярость нарастали с каждым произнесённым словом, но я делал всё возможное, чтобы обуздать их. Это плохие советчики, положение опасное, выбраться живым помогут только холодный разум и трезвый расчёт. Но, чем дольше король говорил, тем труднее мне становилось сдерживаться.

Азелий распинался о том, что отбросы вроде меня недостойны даже ходить по одной земле с такими знатными людьми, как он и Мэлбар. Что животные – и те больше достойны жизни, а уж только за то, что похитил Адель меня следовало четвертовать. И что повезло, что девушка не была опорочена мной.

– Как бы ни уважал графа, я бы не согласилась на брак, если бы его дочь оказалась порченной тобой. За это благодарю тебя. Негоже дочери единственного графа на всём Исарии делить ложе с таким как ты.

Мои кулаки сжались так, что костяшки побелели, а зубами наверно смог бы перекусить стальной прут, так плотно их сжал.

– Как погляжу, тебя это огорчает, мальчик? Тот факт, что ты никогда не ложился в постель с моей невестой? Не волнуйся, устрою ей пробный прогон сегодня вечером, после того, как закончу с тобой и проклятой войной. Надо убедиться, на что она годится.

Поддавшись гневу, бросился на противника. Азелий легко шагнул в сторону и нанёс мне сокрушительный удар, дробящий рёбра. Повалившись на землю закашлялся кровью, пытаясь сделать вдох. Король пнул по правой ноге, раскалывая кость, словно та сделана из хрупкого стекла.

Я кричал от непереносимой боли, ярости и отчаяния, а мужчина с садистской улыбкой вбивал меня в пыль, рассказывая о бесчисленных способах, которыми он будет насиловать Адель позже этой ночью.

– Возможно, мне следует оставить тебя в живых и оттащить в шатёр, чтобы ты понаблюдал за этим. Тебе это понравится, – сказал он, ударив ногой по единственной остававшейся целой конечности. У меня даже не было сил закричать, когда рука хрустнула, а кость раздробилась под силой удара.

Азелий отступил назад, и я, словно сквозь сон, услышал, как он разговаривает с Мэлбаром.

– Ваше величество, вы ведь не собираетесь проделывать всё это с будущей королевой?

– Нет конечно, Юльм, всё не буду. Ведь она дочь моего друга. Но пойми сам, как бы сильно ты ни любил дочь, следует научить её послушанию. Она ослушалась тебя, сбежав с этим куском дерьма, – он перевернул меня на спину носком сапога, – наказание будет препятствовать любым будущим попыткам предпринять подобное.

Я посмотрел на ночное небо, на мириады звёзд, мерцающих над головой, чувствуя, что быстро угасаю, но больше не было сил бороться. Я слаб. Что бы ни делал, сколько бы ни тренировался, сколько бы ни страдал, каким бы сильным ни стал, всегда найдётся кто-то сильнее.

Азелий с неизменной улыбкой несколько раз наступил на сломанные руки и ноги, чтобы привести меня в чувство и заставить смотреть ему в глаза.

– У нас с тобой будет маленький секрет, мальчик, – сказал он, склонившись, чтобы никто больше не слышал, – Я ни за что не позволю этой девке стать королевой, а ублюдку Мэлбару подобраться к трону. После того, как сделаю всё, что обещал, никто не знает, станет ли она действительно послушной. Поэтому, как закончу пользовать её всеми мыслимыми способами, передам девчульку своим солдатам. Но не волнуйся, я позабочусь о том, чтобы её труп похоронили рядом с твоим.

Он усмехнулся, увидев ужас и беспомощность на моём лице, затем поднял ногу и ударил по голове. Я услышал треск, но удара не почувствовал. Когда сапог короля двинулся вниз, свет исчез из моих глаз, мог думать только об одном.

Адель.

Я слишком слаб и теперь умирал из-за этой слабости. От этой мысли в голове всё завертелось, и эти слова начали повторяться, как мантра даже когда сознание померкло.

Слишком слаб, слишком слаб, слишком слаб, слишком...

Что-то откликнулось в душе, там, где мерцал Дар Небес слившись с вару, что-то родное и забытое, слова казались, словно весенний поток, разбивали какую-то преграду…

***

Азелий отошёл от трупа и поднял руку вверх. Хотя это скорее походило на избиение-расправу, чем на схватку, его люди радостно загомонили.

Мэлбар выглядел обеспокоенным. Он не был уверен, что убедил короля в необходимости оставлять дочь в живых, но чего он действительно жаждал, так это власти. И если за его молчание, покорность и верность он получит в наместничество земли Эскуса или любого другого клана, то плевать на девчонку, новых наделать можно. Тем временем, король, ухмыльнулся, наслаждаясь восхищением солдат, и снова повернулся к трупу.