Чтение онлайн

– Хо, как ты? – я кивнула, приложив ладонь к подбородку. Аж в ушах прозвенело, когда я отлетела на спину. – Джеро, что ж ты его так приложил?

– Простите, я не рассчитал, наверное. Я не знал, что он такой чахлик, - они все разошлись и надо мной возник сам он. Этикет тренировок – исправляет косяк накосячивший. Джеро подал мне руку и я, несмело за неё взявшись, была поднята на ноги. – Извини, ты не в обиде?

– Нет, норма, - убедившись, что кости целы, и я могу открывать рот, показала я большой палец вверх. – Но можно я сегодня больше не буду заниматься?

– Продолжайте оттачивать то, что и было. Джеро, подожди немного, - попросил его мастер Хан и, положив руку мне на плечо (аха-ха, ты проклят, несчастный!), отвёл меня в сторонку. – Хо, я вижу, что тебе рано участвовать в спаррингах, но для количества ты нужен. Давай сделаем так: в паре ты всегда будешь с Шугой, Ходжуном или кем-нибудь из младших, но, помимо этого, займёшься силовыми упражнениями.

– Силовыми?! – ужаснувшись, попятилась бы я, если бы меня не придерживал учитель.

– Да, заниматься совершенствованием своего тела, работать с грузами, бить боксерскую грушу. То есть, проходить и индивидуальную программу подготовки. Без неё ты ничего не сможешь на площадке…

– Но я же всего лишь работник по хозяйству! – мастер Хан нахмурил брови, и я предвкусила, что мои споры заткнут мне в одно место и всё равно сделать придётся так, как скажут.

– Я видел расчетные книги у наставника Ли, Хо. Ты числишься здесь учеником и живёшь на иждивении обители, а не получаешь деньги за должность дворника или повара, - Я сглотнула слюну. Если мужчина и не умел смотреть сквозь одежду и видеть истину, то был крайне наблюдательным и делающим верные выводы. – Я не спрашиваю тебя и Хенсока, почему ты, взятый учеником, являешься прислугой. На то ваша воля, и в чужие дела буддистам лезть не пристало. Однако мой долг, как учителя, выпустить тебя из Тигриного лога получившим то, что получают здесь ученики, а не посудомойки.

Не найдя аргументов против, я снова закивала. Но когда мне заниматься вашей гимнастикой? Я батрачу, как ишак, с рассвета до заката, а мне ещё нужно время на чтение учебников! За последние дни я видела их всего один раз. Один учебник один раз. Прочла одну страницу и уснула.

– Завтра утром вместо тебя будет кто-нибудь другой дежурный по кухне, - выдал мужчина.

– Но ведь мои обязанности…

– В Тигрином логе все братья равны, - прервал меня он. – Тут нет тех обязанностей, которые на себя не мог бы взять кто-то другой. Да, если что-то поручено кому-то, то оно должно быть выполнено, но если обстоятельства требуют иного, то ищется замена. Ты думаешь, когда не было учеников, я не готовил и не убирал? Хо, у нас нет господ и рабов. Мы живём единой жизнью, и трудимся на благо её, - Не зная, чем ещё апеллировать, я вздохнула. – Чимин встаёт раньше всех и занимается в спортивном зале. Я предупрежу его, и ты придёшь к нему туда до завтрака, чтобы он объяснил тебе азы самоподготовки. А теперь ступай. И не задерживайся сегодня с ужином.

И я не задержалась. Раздав всем тарелки с традиционным вечерним рисом, горстью орехов и сушеных фруктов, уставшая от перестирывания половины тобоков перед тем, как принялась за готовку, я присела на своё место и взялась за палочки. Вдруг, с левой стороны, где был проход, меня что-то толкнуло в бедро и я, толкнув справа Шугу, съехала в его сторону. Это был Чонгук, посмотревший, что учителя Хан и Ли увлеченно о чем-то заговорили, и перебравшийся со скамьи на скамью. Вправо с нашей лавки слетел Ви, успевший прихватить миску и, чтобы его не увидели преподаватели, пригнувшись, перебежавший на место напротив, к Джей-Хоупу и Рэпмону. Я толкнула Шугу ещё, чтоб подвинулся для равномерности и Чонгук уселся удобнее. За нашим столиком теперь было шестеро человек.

– Ну, как тебе первый урок? Мощно тебя тюкнули?

– Жить буду, - с унынием проскрипела я, не найдя зеркала ни в одном из помещений и лишь представляя фиолетовый синяк на лице. Если так пойдёт и дальше, то я погибну раньше, чем чего-либо здесь добьюсь, а потому не пора ли переходить к основному? – А почему от тебя мятой пахнет? Я же не готовлю с ней ничего.

– А, это… - Чонгук поджал губы, словно застуканный и, расцепив их, осторожно прошептал. – Это контрабанда. Джеро привёз с собой кучу жвачек, когда поступил. Ну, а тут же не обыскивают и не отнимают. Вот он и угостил, и мы хомячим, время от времени. Пока не кончатся.

– То есть, совершенно все? – с забившимся бешено сердцем, после того, как почти отказалось биться, уточнила я.

– Ну да, наверное, он же всех угощал, - не видя ничего необычного в этом факте, пожал плечами самый младший. Ох ты ж мать моя женщина! (Да и я тоже, не забыть бы об этом здесь со временем) Всех! Всех! И Ви, и Хансоля, и Сандо, и Чимина, и Шугу… Последний ткнул меня локтем в бок.

– А тебе что, не нравится этот запах? Аллергия?

– Да нет, просто удивился, - отвертелась я, ломающая голову над тем, что делать дальше? Каков план действий? По каким признакам я ещё могла бы распознать рыцаря Ордена Первого Поцелуя? Не знаю, что на меня нашло, но я выбрала методику наводящих вопросов. – А вам нельзя девушек касаться и разговаривать с ними, да?

– Как сказали – нельзя, - подтвердил Ви.

– До третьего тана, - дополнил Джей-Хоуп.

– До второго пришествия, ёпте, - выругался Шуга безбожно в святых чертогах, недовольно сгримасничав. – Где ты их тут найдёшь со своим третьим таном? Есть он, нет его – разговаривать не с кем, трогать некого.

– Не надо о девушках, я сейчас заплачу, - уперся лбом в ладони Рэпмон, понуро опустив голову. Он стал похож на большого печального сенбернара, но, как бы ни было жестоко, представить его со слезами на глазах было смешно. – Девушки, девушки! Хочу девушек…

– А после третьего тана что? – отвлеклась я от него, как обычно, ради разумного и адекватного обращаясь к Джею.

– А после можно разговаривать и трогать – без заинтересованности и шальных мыслишек, - ухмыльнулся парень. Итак, мастер Хан не проклят после того, как клал на меня руку? Печально. – То есть, помочь при болезни, случайно коснуться, дать совет, объяснить что-то и тому подобное.

– Но тебе-то что, - с неприкрытой завистью впился в меня глазами Шуга. – Ты выйдешь отсюда, и делай что хочешь, а мы тут великомученики и невольные праведники.

– Почему невольные? Мы же сами выбрали свой путь, - подал голос Ви. Каждый раз, как он его подавал, я пока ещё удивлялась и вглядывалась в него некоторое время. Не только потому, что он говорит не так уж часто, но и потому, что он обладал странным для себя низким голосом, на первый взгляд никак не сочетавшимся с его милой внешностью чудаковато-очаровательного парнишки. Курил он в детдоме что ли?