Чтение онлайн

— Тут я и спрашиваю, а что будет, если его убьют. В таком случае оно останется тут на вечные времена, что ли?

— А он что? — Роли весь дрожал.

— А он сказал такое, что ничего кошмарнее я за всю жизнь ни от кого не слышал. Тогда, говорит, оно отойдет к тому человеку, за которого выйдет моя жена. Я, говорит, оставил полное руководство в запечатанном пакете, который он получит в день свадьбы: одной-то ей, говорит, с ним не справиться, но ведь она, говорит, обязательно найдет кого-нибудь вроде меня.

Джеффри, лежавший на мешках, так что голова его была менее чем в трех футах от рассказчика, чувствовал, как слова Хэйвока болезненно отдаются в его сердце.

Вот он, ключ. До пленника донесся недоверчивый шепот, но как бы издалека, как бы с того света. А в прозвучавших только что словах он, напротив, уловил несомненный обертон реальности. Разумеется, именно так Элджинбродд и поступил. Кто знает Мэг и старого Эйврила, тот поймет, что ничего другого просто не оставалось. Более того — то был абсолютно мужской, простой, но нетривиальный шаг, на который в подобных обстоятельствах он пошел бы и сам.

И это его настолько поразило, что на какое-то время затмило всю опасность его собственного весьма плачевно-положения. Сколь дальновиден оказался Элджинбродд!

Чем больше о нем узнаешь, тем это очевиднее. Они с Мартином в самом деле похожи в их странной смеси практицизма и романтики, консерватизма и тяги к риску. Вся ревность, питаемая Джеффри к Элджинбродду, взметнулась факелом палящего пламени, достигла своего апогея и погасла, как прогоревший дотла костер. Он освободился от нее совершенно внезапно, и так же внезапно Мэг таинственным образом стала принадлежать лишь ему.

А тем временем над самим Ливеттом нависла серьезная опасность. Хэйвок перешел к практической стороне дела:

— Стало быть, так держать! Я уже взялся за это и пока что ничего не сделал, что бы не входило в мои планы. Я уже тогда для себя решил, что займусь этой штукой, как только возвратимся из рейда — только хороший план, хорошая организация и неукоснительное исполнение. Тогда дело беспроигрышное. Такие вещи не подводят. Не давать слабины, не паниковать, и никаких свидетелей. Начать с того, что разыскать пакет, оставленный Элджинброддом. Это необходимо. Рейд был сверхсекретный. Никто из нас, кроме майора, не знал, куда мы направлялись, а его хоть распни, ничего из него не вытянешь. Мы считали, что это Франция, но ведь могло быть все что угодно на западном побережье Европы. Нужно разузнать точное местоположение этого дома и где эта штука в доме припрятана. А еще понадобятся ксивы, ну, документы на вывоз. Элджинбродд это уж непременно предусмотрел. Он все устроил, чтобы у нового супружника его жены не было никаких проблем. Для того-то все и делалось. А как только я эти бумажки заполучу, любая иностранная полиция будет на моей стороне. Они и подтащить его помогут, если понадобится. Ведь всем вам надо много, горстки-другой не хватит?

Тидди Долл сидел не шелохнувшись, задрав подбородок, темные очки скрывали выражение его глаз.

— Ну и кому же майор Элджинбродд отдал то письмо? — спросил он наконец. — Жене, что ли?

— Нет. Она бы его тут же вскрыла. Как всякая женщина. На этот счет я и не беспокоюсь. Я был уверен, что он оставил его у своего адвоката.

Атмосфера сразу же сделалась напряженной. Долл облизнул губы.

— И ты пошел туда вечерком посмотреть?

— Да, — он заговорил вкрадчиво, растягивая слова. — Я туда уже давно собирался. Как только встретился с моим человеком и переоделся, так туда и отправился.

Хэйвок замолчал, и тут Тидди Долл сделал неожиданный ход. Осторожно вытянув ногу, он незаметно, но достаточно ощутимо лягнул койку, на которой лежал Джеффри, с тем, чтобы уж наверняка привлечь внимание пленника ко всему, что будет сказано.

— И ты пошел туда на мокруху, Бригадир? — ненавязчиво подсказал Альбинос.

— Да. Потому что свидетелей мне не надо, я так себе назначил.

За столом переговоров воцарилась тишина, и прошло изрядное время, прежде чем Долл смущенно заговорил. Столь долго тешившая его мечта уже начинала осуществляться, но одновременно поворачивалась непривычной, неуютной стороной, и решимость Альбиноса слабела.

— А почему ты так уверен, что оно на месте, после стольких-то лет, а, Бригадир? — спросил он.

— Потому что оно ждет меня! — убежденность в его голосе произвела на слушателей сильное впечатление. — Потому что найти его суждено мне. Я это почувствовал сразу, как только о нем услышал тогда ночью на утесе, — он тихонько рассмеялся. — Вам не понять, но я вам говорю. Элджинбродд должен был довериться именно мне, и видно, чертова луна вышла, чтобы помочь ему это сделать. Мы должны были отправиться в ту вылазку вместе, а в том, что это так, вы убедитесь сами. Все происходило довольно странным образом. Нужен был именно я. В армии полмиллиона сержантов, было из кого выбирать, но они искали для этой работы именно меня, и знаете как?

Он буквально притянул их к себе, вливая субстанцию собственной убежденности в их неподатливые уши.

— Вы же не слышали про систему Холлерита, ведь нет же? А есть в армии такая штука, американцы придумали. Объяснять не берусь, в общем, это такая машина размером с целую комнату, вроде огромного кассового аппарата. Решили, скажем, что им нужен какой парень — атлетического склада, с боевой подготовкой, бывалый, крутой, способный вскарабкаться по отвесной стенке и если надо втащить за собой другого, не способного, двадцати шести лет, без особых примет, не имеющий, насколько известно, ни семьи, ни женщины, общительный, — и так далее, все что им угодно, вплоть до цвета глаз. Потом нажимают нужные кнопки, и выскакивает карточка с личным номером такого парня. Будь таких парней двое или трое, столько же выскочило бы и карточек. Ну не волшебство, а, капрал?

Тиддингтонцу это напомнило кое-что другое. Он облизнул пересохшие губы.

— Дальше, Бригадир.

— Меня нашла эта машина, — произнес Хэйвок серьезным тоном. — Единственная карточка, которая подошла, была моя, а знаете, где я в это время был? Я сидел на губе и ждал трибунала. Я-то думал, что все, крышка, влип так влип. Как вдруг меня оттуда вытаскивают, все прощают, восстанавливают в звании, разрешают добровольцем вызваться на задание, натаскивают и ставят в пару с Элджинброддом. Им нужен был я. А я был такой один. Времечко было жаркое, а у них с исполнителем заминка. И вот появляюсь я.

Он выпрямился на своем ящике, откинувшись чуть назад, так что койка Джеффри качнулась от толчка.

— Скажете, ну и что такого, — продолжал он. — Ну, достижение науки. Да, но это еще не все. Когда нас натаскивали вместе с Элджинброддом, я стал о нем расспрашивать, и как вы думаете, что я узнаю? Я узнаю, что знаком с его знакомыми, и что именно он всегда маячил у меня перед глазами. Он был единственным офицером, за которым я мог все время наблюдать. Я знал кое-кого из его ближайшего окружения, вы понимаете! И эти люди и мне были ближе любых других. Вот почему, чуть он со мной заговорил на том утесе, я уже знал, что все, что бы он ни сказал, страшно важно для меня и войдет в мою жизнь.