Чтение онлайн

Тварь осмелилась обмануть его, подставить, и это заслуживало самой суровой кары. Мужчину-врага Гоблин готов был просто и без затей снести с дороги, как он сделал это со стрелком в отстойнике. Но чтобы женщина, низшее существо, вздумала перехитрить его — это уже предел.

Сабля тут пригодилась как нельзя лучше — ею ведь можно не только рубить, но и резать, колоть. Гоблин купил ее по случаю в Астрахани у человека, взявшегося подварить «Харлей». Рукоять красивая, с инкрустацией, лезвие новехонькое, без единой зазубрины.

Гоблин вспомнил о недавних гонках в грозу, об упрямом казаке, похороненном под горящим деревом. Пожалел, что не было тогда сабли, силенки бы хватило рассечь станичника наискось.

Только сейчас в первый раз он дал новой сабле попробовать крови. От крови настоящая сталь закаляется…

Патруль на мотоциклах тем временем отыскал место расправы. Несколько минут они не могли прийти в себя, самого молодого стошнило. Старший уже собрался выйти на связь по рации, когда слабое дуновение донесло издалека еле различимый треск мотоцикла.

Патруль выкатился на лесную тропу, где скорость можно было набрать чуть больше. Ушло сообщение по рации, и скоро милицейский СОБР, рассредоточившись попарно, попытался заблокировать указанный квадрат.

Вслед Терпухину дали несколько очередей, но все-таки он прорвался, ушел. Не слишком боялся быть заподозренным в убийстве. Но ни за что не хотел возвращаться на место, давать отчет в качестве свидетеля. Сидеть в теплом отделении, пока будут заполнять протокол допроса.

Атаман понял, что уподобился врагу в одном: теперь он тоже не может остановиться, должен гнать и гнать. Никто и ничто не остановит его, кроме пустого бака.

Разговор с Хмелем произошел еще до, того, как Гоблин в очередной раз просочился между пальцев. Вдобавок патруль из трех человек допустил непростительную ошибку: никто не остался возле тела. Через полчаса, когда на место преступления прибыла следственная бригада, трупа молодой женщины обнаружить не удалось.

Никто не предположил, что с патрулем случилось коллективное наваждение. Люди, страдающие от кошмаров и видений, в милиции не задерживаются. Да и количество крови, пропитавшей хвойную подстилку, говорило само за себя.

Оставалось предположить, что тело забрал именно преступник. Чтобы закопать и скрыть следы убийства — другой причины никто не мог предположить. Дерзость Гоблина опять сослужила ему добрую службу: никто, кроме него, не решился бы, почуяв облаву, вернуться на место преступления. Именно этот непредсказуемый маневр помог ему ускользнуть.

— Совсем чокнулся, — тискал зубами сигаретный фильтр красный и потный от полученного втыка «куратор» Хмеля. — Такой куш ему сегодня светит, а он всех на уши поднимает. Или это вообще не его рук дело?

— Есть у него такие замашки — делать все от противного, — Парамонов вспомнил гибель Шестакова и случившийся перед этим взрыв на трубопроводе.

Следователь не видел своими глазами труп, но слышал от патруля про частично обрезанные волосы. Сразу вспомнился рассказ о выдранном из головы клоке. Но там, в Ростове, дело слишком далеко не заходило…

На все договоренности с Хмелем решено было наплевать и брать преступника сразу, едва он только явится к назначенному месту.

Сам Хмель, понятное дело, ничего об этом не знал. Только досадовал на снегопад: плохая видимость может осложнить ментам поимку Гоблина. «Дворники» «девятки» мерно очищали стекло, работал приемник. Ведущая местной УКВ-радиостанции с утра поднимала настроение трудовому народу.

Позвонила в прямом эфире какой-то тетке.

Представилась вымышленным именем, спросила, нет ли дома мужа.

— Какое у вас, к нему дело? — навострилась супруга.

— Дело, собственно говоря, к вам. Это даже хорошо, что его нет и мы можем поговорить откровенно, как женщина с женщиной.

Стала рассказывать, какие теплые отношения у нее были летом на курорте с хозяином квартиры.

— Отдайте его мне. Просто хочется, чтобы все прошло цивилизованно, без скандалов и драк.

«Вот черти, — усмехнулся Хмель. — Выставляют бедную бабу на посмешище. И кто-то ведь сообщил им на радио точные имена-отчества, подсказал, когда и где этот самый Николай отдыхал».

Шуточки и музыка по радио незаметно делали свое дело. Тревога не рассосалась полностью, просто Хмель вспомнил, как много значит для ментов фигура Гоблина. Ну не настолько же они бездарны, чтобы провалить такую операцию.

До места оставалось еще километров пятнадцать. Хмель специально поехал не по трассе, а по другой, безбожно раздолбанной дороге, удлинив себе путь почти в два раза. Мало ли что у Гоблина на уме? Стоит потрястись ради того, чтобы подъехать совсем не с той стороны, откуда он тебя ожидает.

Ведущая радиопрограммы с веселым смехом раскрыла очередной своей собеседнице истинное положение дел. Вдруг из-за деревьев выкатилось нечто до боли знакомое и стало поперек дороги — так, что Хмель едва успел затормозить.

Это был Гоблин на «Харлее». Ему даже не пришлось заводить мотоцикл просто прокатился десяток метров под уклон. Выглядел как при первой встрече, только непонятные мокрые космы появились на рукоятках руля.

Водителю «девятки» глупо было дергаться. Если играешь честно, с какой стати бояться неожиданного появления партнера? Но сердце у Хмеля заныло. Он не спешил выходить из машины и даже приоткрывать окно.

Широко улыбнувшись, Гоблин постучал по стеклу согнутым пальцем.

— Что за дела? — деланно возмутился Хмель, открыв небольшую щель. — С самого начала отходишь от уговора. Где у нас встреча, здесь?