Чтение онлайн

— Где?

— Недалеко, — Терпухин пересказал последнее происшествие.

— Ехать надо. До полуночи погоняем вхолостую, а Майк тем временем туда-обратно за снаряжением.

Юрий уже знал, что обычно берут в дорогу байкеры. Палатку, несколько пустых канистр, жрачку на два-три раза. Несколько самых дефицитных запчастей, чтобы не пришлось потом терять время в поисках. В летний сезон ни спальники, ни армейские одеяла можно не тянуть с собой: замерзнуть ночью не грозит.

— Сам как прикатил?

— Пешком пришел.

Приличный мотоцикл стоил приличных денег, а их обилием Атаман в последнее время не мог похвастаться. Брать старье со старым движком — будешь в дороге только обузой.

— Сяду пассажиром. Дальше буду подменять тебя или Майка.

Настоящий байкер обычно не приветствует чужое желание порулить, но исключение допускается, если речь идет о деле действительно важном. Здесь не до кайфа с ночевками на природе и пьянками у костра. Здесь надо давать газу двадцать четыре часа в сутки, чтобы успеть перехватить маньяка на колесах.

— Нормально. Шлем тебе найдем, можем вообще одеть и обуть по первому разряду. Извини, конечно, но твой камуфляж…

— Давай работай, не отвлекайся. А я подсоблю.

Штурман ездил на «Волке». Он еще в прошлый раз хвалился своей машиной: движком, объемом в семьсот пятьдесят кубиков, роскошной «базой» аналогичные 1690 миллиметров между осями только у хондовской модификации «Gold Wind» и харлеевской «Softail Custom». Правда, честно признавал, что паспортных сорока пяти «лошадей» в реальности нет: «мощу» здорово обрезают карбюратор и коробка передач.

В положенное время все было в наличии: два исправных «Урала», минимальный багаж, документы. И сами люди. Темноволосый широкоплечий Терпухин в камуфляже, с надежно запрятанными «ТТ», глушителем и запасными обоймами. Пижонистый Майк с узкими бакенбардами и длинной, свисающей на лоб прядью. Неунывающий Штурман с последствиями падения — свернутым набок носом, коронками и мостом на месте выбитых передних зубов и белесыми следами швов на левой стороне лица — от корней рыжих волос до щиколоток. Штурман, готовый шуткой отбиться от любых невзгод, любитель подробных карт — автодорожных и топографических.

Юрий сидел на пассажирском месте за спиной Штурмана. Байкеры не надели шлемы, он тоже отказался от этой меры предосторожности. Только без защитных очков никак нельзя было обойтись: задубевшую, привычную ко многому кожу терпухинского лица ветер скорости будто нарезал на лоскуты.

Имел ли он право подвергать риску этих ребят? Риск был смыслом их жизни — они ведь могли выбрать совсем другой ее стиль. Сидеть по восемь часов в день в какой-нибудь конторе, вечером отправляться на дискотеку или в бар, на ночь снимать телок. А они выбрали дорогу, предельную скорость. Дорогу ради дороги, скорость ради скорости, риск ради риска. Да и не такие уж они зеленые по возрасту — в их годы он уже нанюхался пороху.

Им все известно про байкерские обычаи — как ночуют байкеры, какие предпочитают дороги, где заправляют свой желудок и бак мотоцикла.

Вряд ли Гоблин, отрекшись от прежних друзей, изменил прежним привычкам. Значит, без таких вот провожатых не обойтись. А уж прикрыть их в решающий момент он постарается.

Пока Терпухин отдал командование в руки Штурмана — до того момента, как конкретно выйдут на след. Тогда руководство переходит к нему, бывшему капитану спецназа. Байкеры заранее согласились безропотно повиноваться, хоть и сознавали, что для них — людей, возведших свободу в культ, — это будет непросто.

После четырех начало рассветать. Пришлось немного «притопить» сбросить скорость из-за тумана. Он стелился низко, выше метра не поднимался, но видимость на трассе перекрывал основательно. Мотоциклистам казалось, что они летят в пустоту, вот-вот провалятся в тартарары.

Терпухин вспоминал последний перелет на военно-транспортном самолете, когда он видел плотную облачную пелену за несколько секунд до вхождения в мутный слой. Только сейчас из облаков почему-то прорастали деревья…

Вот и первый на этом маршруте взмах жезлом. Проверка документов. В будке на обочине стоит компьютер, и номера мотоциклов сверяют по милицейской базе данных на угнанную технику. Ленивые вопросы: откуда, куда, зачем? Из Ростова на юг — отдохнуть дикарями. Валите, отдыхайте, сегодня мы добрые.

Оба «Урала» завелись «с полкика». Машин на трассе ощутимо прибавилось, солнце по левую руку поднималось медленно и неуклонно. Терпухин отвязал канистру с водой, сделал несколько больших глотков — благо асфальт пока был гладкий, без выбоин, и он не рисковал выбить себе зубы.

Штурман чуть отклонился назад, повернул голову, широко открыв рот. Терпухин влил и ему ростовской водички, уже не такой холодной, как вначале. При первой возможности надо будет слить ее и набрать в канистру свежей.

Человека по прозвищу Гоблин нервировала тишина. Он глушил движок и останавливался только в случае крайней необходимости. В его сны тишина проникала редко — там он гнал свои «Харлей» по фантастическим дорогам. Иногда по зеркально отражающей поверхности, иногда по кроваво-красному месиву, иногда по пустыне с растрескавшейся почвой, где тут и там попадались выбеленные солнцем скелеты огромных неизвестных животных. Но треск двигателя почти всегда присутствовал в его снах, поэтому беспокойства не возникало.

Проснувшись, Гоблин без промедления седлал «коня» — не проточная вода, а ветер скорости счищал с лица грязь и пот вчерашнего дня.

Впрочем, эту работу он исполнял далеко не идеально — от всадника исходила не самая приятная смесь запахов.

В зависимости от своих намерений он снимал глушитель, чтобы движок тарахтел вовсю, или ставил, если не хотел заранее извещать о своем приближении. Но, сидя на мотоцикле, он в любом случае до последней клеточки пропитывался вибрацией. Если вдруг приходила нужда ступить ногами на землю, первым делом Гоблина раздражало отсутствие привычного ритма сотрясений.