Чтение онлайн

— Саммер, что делал Орман в доме Уильямса?

Девушка продолжила рассказ. Она смотрела рассеянно, голос дрожал. Брайан понимал, что Саммер не хочет продолжать, но уже не в силах остановиться.

— Я просто хотела постучать в дверь. Сказать им, что мне не по себе от их проделок. Мне не хотелось обманывать Мэри. Она же вроде как моя лучшая подруга в Винчестере. Зачем мне портить ей жизнь, понимаешь?

— Там ты их и нашла, верно?

Девушка кивнула.

— Я услышала в доме какие-то голоса. Как будто там была вечеринка. Я обошла дом и увидела в окно… увидела…

— Что ты увидела, Саммер? Что?

— Я увидела, как они связывают Уильямса. Они обматывали его руки изоляционной лентой. Или скотчем. Чем-то таким. Они заломили ему руки за спину и водили так по комнате. Но…

— Что «но», черт подери?! — не выдержал Брайан. Он уже терял терпение. Коридор вертелся перед ним, и Брайан мог удержаться на ногах, лишь прислонившись к стене.

— Они все смеялись. Как будто это была шутка. Ректор Орман тоже был там. И еще какие-то незнакомые люди. А потом — о Господи! — Уильямс повернулся и заметил меня. В окно. Он увидел меня. По крайней мере мне так показалось. До сих пор не уверена. Потом думала, что все это мне привиделось. Но клянусь, он был таким…

— Угрожающим, — закончил за нее Брайан.

— Точно, — подтвердила Саммер. — Угрожающим. Он смотрел так, словно застал меня на месте преступления. И я убежала. Уехала из университета и осталась на квартире у подруги в Сент-Оусли. Я провалила оба экзамена. Родителям ничего не сказала. Просто не решилась…

— Ты говорила с этими людьми? — спросил Брайан.

— Нет. Они звонили мне на сотовый, но я не брала трубку. Потом просто отключила. Я не виделась с Мэри уже недели две. Наверное, она решила, что я умерла.

«У Мэри и без тебя забот хватает», — подумал Брайан.

— Но вчера вечером до меня дошло, — продолжала Саммер. — Я подумала о том, что совершила. Всего за пятьдесят баксов, понимаешь? Пятьдесят баксов! За долбаную фотку на зеленом диване. Я больше не могла молчать. Подумала, может, Мэри в опасности. Я вспомнила взгляд Уильямса, и мне показалось, что Мэри попала в беду. Я все прикидывала, может, это моя вина…

Брайан ждал продолжения, но девушка никак не могла договорить. Она снова опустила голову и стала всхлипывать. Сначала Саммер просто заплакала, а потом разрыдалась в голос.

Но Брайан уже забыл о девушке. Он думал о ее последних словах: «Мне показалось, что Мэри попала в беду».

Брайан не стал возиться с медленным лифтом Браун-Холла. Он бросился вниз по ступенькам и пулей вылетел в холодную ночь. Он точно знал, куда идти, и ничуть не сомневался, что прекратить происходящее можно лишь одним способом: добраться до Уильямса, прежде чем тот успеет натворить еще дел.

«Мне показалось, что Мэри попала в беду».

Брайан направился на свое любимое место в студенческом городке: на виадук. Перемахнув через перила, взобрался на другую сторону. Брайан пошел по берегу до ручья Миллерс-Крик, временами скользя по грязи. К счастью, вокруг было безлюдно — никто не увидит, как он ползает на четвереньках по болотному илу, совсем как в то раннее утро три года назад, всего через несколько дней после приезда в Винчестер.

Сторожевой фонарь на виадуке давал немного света, но Брайану его было достаточно.

Вскоре Брайан нащупал то, что искал. Вещь была завернута в то же полотенце, в котором он ее спрятал.

Когда Брайан вытащил сверток из дерна, земля под ним захлюпала. Он убрал полотенце. В тусклом свете, долетавшем с виадука, показалась Вещь. Это был девятимиллиметровый «смит-вессон», из которого застрелился Марк. Брайан сохранил его, потому что не смог придумать ничего лучше. Несколько недель он возил пистолет с собой в машине, и оружие пульсировало в бардачке некой невидимой силой. Приехав в университет, Брайан завернул его в полотенце и спрятал. Хранить пистолет было негде. И поэтому Брайан принес его на берег Миллерс-Крик — ближайшее место, где можно было уничтожить оружие, — и зарыл.

С руками и коленями, испачканными в черном иле, с Вещью в кармане пальто Брайан зашагал на Верхний двор. К дому Леонарда Уильямса.

Войдя в Восточный зал, Мэри сразу заметила, что в аудитории полно людей. Она видела их раньше и узнала всех. Затем девушка заметила на подиуме Элизабет Орман, на том самом месте, где обычно во время лекций стоял профессор Уильямс. Женщина улыбалась какой-то странной, почти блаженной улыбкой.

Брайан шел медленно. Он порезал колено о камень и, добравшись до Прайд-стрит, почувствовал, как рану жжет от грязи. Автомобилей вокруг не оказалось. На территории университета царила полная тишина; единственным звуком был доносившийся через три квартала грохот движения на Монтгомери-стрит.

Наконец показался дом Уильямса, и Брайан перешел на бег. Он услышал лай собаки, увидел возле дома грузовик профессора. Брайан сунул руку в карман, почувствовал вес пистолета и прижал его, чтобы не болтался. Брайан стрелял из оружия всего один раз вместе с отцом много лет назад. Он не собирался ни в кого палить, просто ему требовалась защита на случай, если…

На какой случай?

На случай, если Мэри окажется в доме Уильямса, связанная, как Дианна.

«Они все смеялись», — сказала ему Саммер Маккой.

Смеялись? Почему?

Брайан остановился перед самым домом профессора. Света внутри не было, так же как и людей.

Странно, подумал Брайан. Может, они в подвале?

Он приблизился к дому, и в этот момент что-то вдалеке привлекло его внимание — Семинарский корпус, маячивший над деревьями по ту сторону Локуа-авеню. Восточный зал был освещен.

На кой черт там горит свет? — удивился Брайан.

Он обошел дом Уильямса с другой стороны, чтобы получше все разглядеть. Да, в окнах определенно горит свет. Он увидел огни и с восточной стороны. И там…

Брайан прищурился.

За окнами находились люди. Целая толпа. Они сидели за партами, и кто-то стоял на подиуме, обращаясь к собравшимся. Но Брайан никак не мог разглядеть, кто именно. Стена здания закрывала вид.

И в эту секунду Брайан все понял.

Понял, куда должен идти.