Чтение онлайн

Под этот рассказ мы добрались до особняка. И вот даже вблизи — холм холмом. Только форма под переплетением плюща и высокие двери дают понять, что это всё-таки здание. А если форма была бы не настолько геометрической, то пока не уткнешься носом — и не поймёшь, что это особняк. Только как с окнами-то внутри, озадачился я.

И шли мы именно в особняк — ворота, точнее воротца в створке ворот при нашем приближении распахнулись, а мы оказались в высоком помещении. Свет тут давали… ягоды. Вообще — все внутренности этого зала были растительными, причём живыми! Деревянные стены, покрытые барельефом-узорами из живой листвы. Сплетение ветвей-ступени, ведущие вверх и вниз, Те же ягоды, светящиеся тёплым светом, росли из потолка и выглядели ничуть не хуже огромных бронзовых с хрусталём люстр присутственных мест Камулодуна. Это не говоря о том, что нас встретила дриада. На этот раз древесный человек был не в виде громадного и явно боевого голема, а в виде весьма красивой, хоть и весьма смущающей статуи. Деревянной, как понятно, тёплого цвета, с волосами-листвой. Очень красивой девушки, только совсем голой. И детали как проработаны! Я, по-моему, даже покраснел, разглядывая. А Креп насмешливо фыркнул:

— Может, тебе всё-таки перед отлётом сходить в бордель, парень?

— Не-не-не… Ну в смысле не хочется, мастер Креп, — ответил я, в очередной раз не к месту вспомнив свою возможную незавидную судьбу.

— Ну как знаешь. Потопали.

И мы “потопали” по ветвям-ступеням вниз особняка. Там — прошли древесным, округлым коридором, где по потолку осветительные ягодки сплетались с листвой в приятный узор. Шли недолго — перед одной из полукруглых дверей мастер Креп остановился.

— А тут, пока Вагус на земле, сидит наш персер, — почему-то передёрнул плечами он.

— Бухгалтер? — уточнил я.

— Не бухгалтер, а персер! — наставительно ответил мастер Креп. — Она… он, в смысле должность — казначей, блюститель судовых ролей — вот тебя внести надо. Считай — пятый помощник капитана.

— Понятно, спасибо, — отозвался я.

Не очень понятно было, вроде бухгалтер тем же занимается. Впрочем — персер так персер. Тем временем мастер Креп почему то сжался, зыркнул на меня непонятно, приоткрыл дверь…

— Опять явился, старый греховодник!!! — раздался жуткий рёв, причём явно девичьим, хоть и низким голосом.

И тот парадоксальный момент, что это был жуткий рёв, причем именно девичьим голосом, происходил в реальности. Я даже отступил на пару шагов — а то мало ли что.

— Не для тебя моя друза росла!!! — надрывался голос. — Не будет тебе поживы! Изыди Разслшших!!!

— Ты, Трассика, не ори на меня! — вклинился в паузу мастер Креп, пока крикунья набирала воздух. — А оформи нового члена команды! Помощник Котельного Мастера! — провозгласил цверг, маня меня рукой.

Я, само собой, подошёл и увидел, что в относительно небольшой комнате, с растительно-живыми стеллажами, уставленными коробками и папками, за столом, сидит раскрасневшаяся цверга. Видимо — она на мастера Крепа и кричала. И видимо — она этот “персер”, которая бухгалтер, и есть.

— Да? — прищурилась на меня цверга.

— Да! — утвердительно пробасил Креп.

— Здравствуйте, — вежливо поздоровался я.

— Здра…ствуй, — определилась с обращением цверга. — Я — Трассика, персер Вагус Сумбонт.

— Фиктор Хуманум, почтенный персер, — ответил я.

Ну, насколько я знал, обращение "по должности-профессии" — это для цвергов комплимент. Что-то вроде "хорошая работа" или "хорошо выглядишь" для нас, людей.

— Золота тебе, Фиктор, — явно довольная комплиментом, пожелала Трассика. — Давай документы, ознакомься с контрактом…

— Нахер, я с него клятву взял, — отметил матер Креп.

— И что?! — подбоченилась персер, даже руки в боки упёрла, не вставая. — Или ты, старый греховодник, будешь ставить на довольствие, высчитывать доли…

— Не гунди, — с довольно-таки кислой физиономией прервал Тарассику Креп. — Не буду, оформляй, — с этими словами он слегка развёл руками, смотря на меня.

Вроде как извиняясь, правда, непонятно — за что извиняться? Так что я просто пожал плечами в ответ и передал персеру документ. И начал знакомиться с контрактом. На год, с правом расторжения через полгода без убытков мне или Вагус Сумбонта — как наниматель выступал именно Воздушный Корабль, такой забавный момент. Контракт… да отличный контракт, я за такой бы и без всяких судов и прочих неприятностей руками, ногами и даже зубами ухватился! Ну, если не учитывать, что это Вольный Торговец, куда бы я ни в коем случае не сунулся. И доли прописаны, и даже надбавка за внеурочную работу: отказаться от неё я не могу, потому как это механизмы судна, поддерживающие его жизнеспособность. Но ставка сверх десятичасового дня — трёхкратная!

А аванс за полгода, который Трассика брякнула на стол в тяжёлом мешке меня чуть не прибил. В фигуральном смысле — я же не стол. Но семь сотен золотых! За полгода!! И это — только чистая оплата, не считая доль и переработок!!!

Это я стал к экипажу Вольного Торговца относится с большим пониманием, ошалело понял я. За ТАКИЕ деньжищи можно и рисковать. А на этом Вагус Сумбонте — минимум десять лет рискуют, ну и живы-здоровы, до сих пор. Хотя… есть вопросы, надо бы их мастеру Крепу при случае задать. Ответ для меня ничего не изменит, на ближайшие полгода, но знать очень не помешает.

В общем, подписал я этот контракт, и со здоровенным и тяжёлым мешком вышел за порог, распрощавшись с Трассикой. А вот мой начальник, Креп, похоже, питает к ней романтические чувства. А она ему, похоже, отказывает. А может и флиртует-кокетничает, впрочем, им виднее и вообще — не моё дело.

— Возьмите, мастер Креп, — протянул я цвергу мешок с деньгами.

— Нахера? — вытаращил он на меня свои сияющие глаза. — Я тебе что — носильщик, парень?!

— Нет, вы же за меня заплатили. И долг вернуть надо…

— Мелочи какие. Ну хочешь — верни. Только всё-то зачем? Тут у тебя больше.

— Так вам за беспокойство, доверие, помощь…

— Дурак ты, Фиктор, — проникновенно, а потому очень обидно озвучил цверг. — Ты мне сейчас чаевые пробовал дать, вот как это выглядит. Как официанту какому-нибудь в ресторане… — посмотрел он на моё нахмуренно-задумчивое лицо и махнул рукой. — Ты же только из Приюта, не понимаешь ещё не цмыга… Да и в ресторане небось не был ни разу?

— Только в закусочных на улицах, матер Креп, — признался я.