Чтение онлайн

– Обычно это случается в детстве, – откликнулся тот. – Почему бы вам не взглянуть назад пристальнее? Ведь есть поворотные моменты, когда закладывается характер.

– Меня ломали всю жизнь, день за днем, – мрачно сказал Горн. – Как тутсыщешь развилку? И как из этих вот искалеченных половинок образовать совершенство?

– А если сперва выправить одну? – с улыбкой спросил Алекс. – Может, не только болезни бывают заразными?.. Попробуй, Горн!

– А чем, по-твоему, я занимаюсь сейчас?

– Если смогу быть полезен… Гигант покачал головой.

– Ты же знаешь: к свободе не ведут за руку, – ответил он. – Каждый добивается ее сам.

Он вскинул руку, прощаясь, и вновь у Эрика на миг затуманилось сознание. Затем внизу мелькнула сумеречная пустыня, плоская как стол, посреди которой громоздились циклопические развалины, – и пропала.

Новый прыжок неожиданно вернул их в Огранду, в самое ее сердце, – к Благодатной Горе, над которой непрерывно взбухали и тут же лопались оранжевые пузыри, посылая по материку волны нестихающего урагана. От раскатов безумного грома дрожали и рассыпались скалы, реки раскаленной плазмы почти сливались в один чудовищный костер. Потом сгинуло и это.

Скачки капсулы все учащались, картины за ее призрачными стенками менялись с головокружительной быстротой, и большинство пейзажей были знакомы Тигру разве что понаслышке. Перед глазами мелькали туманные мертвые болота, бурлящий гигантскими волнами океан и столь же бескрайний лес, укрывшийся от непогоды густыми кронами, далекие и чужие города, озера, пустыни, реки. И вдруг Эрик увидел…

– Стой! – выкрикнул он поспешно, и мельтешение прекратилось.

Здесь была ночь. Глубокая черная ночь, обычная в предгорьях Огранды, и только частые сполохи разрядов позволяли разглядеть безжизненную равнину, прорезанную многими трещинами, да темную громаду замка со шпилями по периметру, похожую на исполинский тиберийский шлем. И спутать это древнее строение было невозможно ни с чем.

– Смотри-ка, целый! – удивился Горн. – Но что-то в нем изменилось.

Стремительным броском капсула сблизилась с замком, описала вокруг него полный круг.

– Генераторы устарелой конструкции, – озадаченно заметил гигант. – Такие были в ходу лет десять назад… Эй, а что там, внизу?

Эрик и сам уже разглядел близ мощных стен копошение тысяч воинов, безмолвно и умело скапливающихся для штурма. Капсула спустилась ниже, и на латах стали видны знаки императорской гвардии времен старины Ола.

– Где мы, Горн? – ежась, спросил Эрик. – Что это?

– Если я не путаюсь в ощущениях, нас занесло в соседний мир, – с сомнением ответил гигант. – Но связь очень хлипкая и лишь в одну сторону. Влиять на события мы не можем.

– Но я уже видел все это! – воскликнул юноша. – Я же помню!..

Ю вдруг вжалась в него спиной, машинально Тигр закрыл девушку руками. И сразу к нему вернулась уверенность.

– В тот раз кто-то отключил Защиту, – продолжал он почти спокойно. – С ней мы сумели бы продержаться до подхода союзников, если не победить, но ведь нам ударили в сердце!.. Самое ужасное, что я видел этого негодяя, но никак не могу вспомнить. Осталось ощущение его рук и… – Эрик замолчал.

– Да? – бесстрастно спросил Горн. – Очень интересно. Капсула без усилий пронизала внешнюю стену и медленно поплыла вдоль кругового коридора, заполненного длинноногими крепышами, с полным самообладанием готовящимися к обороне. Возле бойниц были развешены гроздья иглометов, заряженных под завязку, отборные стрелки без суеты навешивали на себя дополнительные броневые шиты, прикрепляли к шлемам прозрачные забрала. У каждого висело по бокам два прямых меча – все здесь, почти без исключения, были двумечниками-виртуозами, страшными в рукопашном бою.

– Тигры, – прошептал Эрик едва слышно. – Мой род.

Однако он не узнавал тут почти никого, будто его детские воспоминания кто-то залил вязкой мутью, и теперь над черной водой торчали лишь редкие пики. Внезапно юноша вздрогнул, увидев человека, великолепного в своей вкрадчивой, почти ласковой властности и неожиданно молодого.

– Отец! – произнес Эрик удивленно. – А вон мой брат.

Дан и вовсе оказался юнцом – младше теперешнего Эрика. А ведь тот помнил его недосягаемо взрослым.

– Все это, конечно, трогательно, – заговорил Горн, – но где в это время находился ты?

– Выше, – ответил Эрик, – под самым куполом. Наш главный пульт тогда помещался там, и отец отослал меня наблюдать за сражением оттуда. Или я сам его упросил?..

Капсула рванулась вверх, пронизывая перегородки, точно слои густого тумана. С каждым этажом меньше становилось Тигров-бойцов, а малолеток и женщин не было видно совсем, наверное, их заблаговременно удалили из замка. Затем помещения опустели вовсе, даже перестали казаться обжитыми, словно сюда и заглядывали нечасто. Освещалась лишь винтовая лестница, круто уводившая к вершине купола. И как раз на ней капсула нагнала двоих, костистого старика сурового вида, размеренно ступавшего на туго гнущихся ногах, и худенького мальчугана с копной непослушных волос, нетерпеливо теребившего своего медлительного спутника за рукав – безо всякого, впрочем, результата.

– Это же я! – воскликнул Эрик. – Ты видишь?

– Который? – поинтересовался гигант.

– Как странно. Вернуться на десять лет назад… Мальчик внезапно обернулся, и сквозь эту прорву времени Эрика опалил его взгляд – ясный, доверчивый, бесстрашный. Никто еще малыша не обидел, и ненавидеть ему было некого. Здесь его любили все, и даже старый воспитатель лишь напускал на себя строгость.

– Я говорил, – отчетливо произнес Горн, – человек рождается свободным!

– Но кто убережет его от жизни? – Кивком Эрик указал на мальчика. – Вот этому осталось минуты.

Лестница завершилась перед глухой стеной, по виду совершенно непрошибаемой. Добравшись до крохотной площадки, старик с облегчением перевел дух. Затем бережно притянул мальчика к себе и свободной рукой пошарил по стене, отыскивая кнопку вызова. Некоторое время ничего не происходило, видимо, их разглядывали изнутри, потом ступени верхнего пролета со скрипом осели, складываясь одна на другую, и только тогда в стене образовался проем. Пустив мальчика вперед, старик протиснулся, и сейчас же гранит сомкнулся за его спиной. Отныне и вплоть до завершения штурма внутрь этой комнатки не сможет попасть и сам Глава. Конечно, ее стены можно взорвать, но прежде оператор разнесет в пыль весь замок.