Теща Дракулы
Шрифт:
— Тебе хорошо?
— Очень. Правда, теперь мне заново придется делать прическу.
— Аргента, тебе не показалось, что в этот раз все было как-то иначе…
— После долгого перерыва всегда бывает иначе.
— Нет, что в этот раз с нами был кто-то еще?
— От ревности ты совсем ума лишился, Рацван, — холодно ответила Аргента. — Нам пора одеваться — представление закончилось.
— Как ты могла, Аргента?
— Неужели ты не смог отличить жалость от страсти, Дракула? Это всего лишь жалость, жалость, жалость… И немного любви. Все-таки он мой муж.
Со всех уголков Валахии в замок Дракулы съезжались нарядные и невеселые гости. Женщины казались напомаженными куклами, мужчины — псами, проглотившими кость. Гостей встречала женщина, одетая во все черное. Ее лицо скрывал капюшон. Если кого-то это и удивляло, то своим мысли люди предпочитали держать при себе.
Расторопные и молчаливые слуги проводили в приготовленные покои, где прибывшим предлагалось отдохнуть с дороги пред славным ночным пиром. Покидать замок без княжеского разрешения гостям строго запрещалось.
После двухчасовой остановки в трактире «Хвост волка» семейство барона Стратула прибыло в замок около шести часов вечера.
«Подумать только, несколько недель не была, а замок будто подменили», — поежилась Аргента, ступив на землю. То ли от промозглой осени с ее непрерывными дождями, то ли от рано наступивших сумерек замок выглядел уродливым и искалеченным исполином, покрытым черной слизью и темно-зеленым мхом. По стенам змеились трещины, из которых торчали облезлые кустики. В одной из ниш вместо пушки какой-то шутник сложил пирамиду из черепов, скалившихся на гостей. Везде, даже у парадного входа, несло падалью и только что освежеванными тушами. Лошади хрипели и вставали на дыбы, кучер с трудом их удерживал.
До последнего момента Аргента надеялась, что Виорика выбежит их встречать, как она делала всегда, едва завидев карету с гербом барона Стратулы. Но вместо Виорики их поджидала незнакомка, закутанная в черный плащ. Она еще не вымолвила слова, как Аргента уже знала: перед ней их главная с Виорикой соперница. От женщины пахло князем, мускусом и дорогой, тонко выделанной кожей. Аргента только не поняла, кому принадлежала кожа — зверю или человеку.
— Приветствую вас в замке князя Дракулы, — она слегка поклонилась и жестом указала на парадную дверь, словно хотела их не впустить, а вытолкать. — Самые роскошные покои приготовлены для родителей и сестры княгини Виорики.
Сказала, как сплюнула.
В который раз сердце Аргенты сжало нехорошее предчувствие.
— Где моя дочь?
— Княгиня не докладывает мне о своих передвижениях, — мелькнула из-под капюшона сумрачная улыбка.
Рацван вздрогнул, инстинктивно подавшись вперед. Но тут же с облегчением выдохнул — показалось. Это движение и вздох не укрылись от Аргенты. Они разве встречались с этой женщиной? Но спросить не успела, их уже пригласили в тронный зал.
На первый взгляд, убранство внутри замка казалось уютным и вместе с тем праздничным. Но, приглядевшись, Аргента поняла ошибку: первое впечатление было совершенно неверным. Если свой собственный день рождения князь и воспринимал как торжество, то торжество мрачное. Всюду солировал черный цвет: в завесах, коврах и даже в букетах. Толстые — в мужскую руку — свечи подчеркивали траурную атмосферу. Черную гамму слегка разбавлял темно-красный: бархатистые розы казались неживыми, роса на нежных лепестках застыла капельками трупного воска.
— Похоже, у князя не самое лучшее настроение, — прошептал Рацван Аргенте на ухо. Аргента кивнула, не скрывая своего удивления.
Черная женщина впереди них дернулась, будто услышала слова Рацвана, но не обернулась.
Год назад для развлечения гостей были приглашены заезжие танцоры, музыканты и актеры. Всюду звучали шутки и смех. Даже Дракула откинул угрюмость и веселился до утра, очаровав не только дочерей барона Стратулы, но и его холодную и такую неприступную жену. Когда же Дракула достал из-за пазухи очаровательного пушистого кролика, Виорика влюбилась в князя в ту же минуту. Видя в дочери такую готовность к браку, барон не стал противиться, хотя и не о таком зяте мечтал он для своей любимицы.
В этот раз князь приготовил для гостей совсем другую забаву: посреди главного зала, на каменном постаменте стояла каменная чаша, выполненная столь тонко и искусно, что казалось совершенно прозрачной. В чаше шипели, извиваясь, змеи. Время от времени они высовывали треугольные морды, показывая раздвоенный язык, и свешиваясь с края чаши. Слуги с помощью длинных железных пик тут же отправляли их обратно. Успевали не всегда: змеи падали на пол, норовя укусить зазевавшегося гостя. Дамы в ужасе повизгивали, мужчины отшвыривали гадин носком сапога. Один из приглашенных не рассчитал броска, и огромная кобра раздув в полете капюшон, коснулась белоснежной груди юной красавицы. Мгновение, и девушка с жалобным криком без чувств рухнула на руки своему спутнику.
— Индийская змея, — бесстрастно сообщила черная женщина, и Рацван вновь затрепетал, услышав смутно знакомый голос. — Мы называем ее великим нагом. Укус смертелен. Солнце не успеет зайти, как женщина умрет.
— А-а! Что это? — другой гость в панике тер глаза.
— Эту тоже из Индии привезли. Плюется, если яд попадет в ранку на лице или в глаза, человека не спасти.
— Зачем они здесь? — Аргента без страха, но с брезгливостью смотрела, как по ковру ползет крупная змея. Кончик ее ребристого хвоста мелко подрагивал и трещал. Иванна прижалась к отцу и закрыла от ужаса глаза. — Вряд ли гости порадуются, если во время праздничного пира по ним будут ползать эти твари.
— Так захотел Дракула. Его желание — наш закон.
— Виорика до смерти боится змей, — заметил Рацван. — Неужели она согласилась, чтобы в замке были змеи?
Аргента бросила мимолетный взгляд на незнакомку:
— Думаю, ее никто не спрашивал. Мы можем увидеть княгиню?
Изящная рука в черной перчатке обвела зал:
— Вам везде… Ищите, где хотите…
— Все готово, твое величество. Тебя ждут.
— Мои родственники?
— Обеспокоены. Три часа бегали по замку и пытались найти княгиню.
— Не нашли?
Морана пытливо взглянула на князя: шутит или всерьез говорит?
— Не нашли, твое величество. Разве можно найти то, чего нет?
— Находят же люди истину. Чем Виорика хуже?
— Твое величество… Аргента… она слишком умна и может все испортить. Позволь, и я ее убью?
— ЕЕ. НЕ. ТРОГАТЬ. НИКОМУ. ИНАЧЕ — АД.
Морана быстро опустила голову, чтобы князь не увидел промелькнувшей ненависти в глазах. В ненависти кипела и ревность, обжигая дух и плоть. Своими бы руками всадила нож баронессе, распоров надвое.