Чтение онлайн

– Насчет «неправильно» – не знаю, – сказал Андрей. – Но вообще, с «Трибуналом» они здорово придумали. Это конкретная подстава. Надо же, как нехорошо совпало… Все – хана вашей репутации.

– А вашей?

– А нам по фигу. Мы – миф. А вы у нас: звезды массмедиа. Все такие из себя правильные и идейные, мочите врагов народа. Теперь вы, ко всему прочему, будете убийцами простых ментов. Сколько их там было?

– Четверо, – уныло ответил Федя. – А еще они врачиху подстрелили – причем тяжело, запросто может не выжить.

– Ну вот: все знают, что Леха – ваш брат, вы его отбили – это факт, так что теперь вы – убийцы ментов и врачих. А если у них еще окажутся маленькие дети… Гхм…

Ясно. Можно не продолжать. И я даже думать не хочу, что теперь с нами сделает Седой за такие выкрутасы. Речь ведь идет не собственно о нашей репутации, на которую всем плевать, а о репутации «Русского Проекта»…

Минут через десять мы добрались до бульвара Кукловодов, свернули в единственный здесь проездной двор и встали у подъезда старого трехэтажного дома – возможно, еще дореволюционной постройки. Андрей набрал код, сказал в домофон: «Это я», и подъездная дверь тотчас же открылась.

Двое бойцов Андрея потащили в подъезд раненого, а мы устроили сорокасекундную дискуссию.

– Думаю, с раненым вы сами управитесь, – сказал Федя. – А мы, наверное, домой поедем.

– Дезинсекция, – напомнил Андрей.

– В смысле – «дезинсекция»? – не понял Федя.

– Дежукизация, – перевел я. – Ты Леху имеешь в виду?

– Точно. Леху взяли от «хозяина», так что проверить не помешает.

– Да ну, какая, на фиг, дежукизация, – досадливо пробурчал Федя. – Надо побыстрее выметаться из района, пока не перекрыли!

– Общегородская операция, – напомнил Андрей. – Перекрывать будут все подряд, так что это дело долгое и громоздкое. Тут работы на три минуты, и с чистой совестью – на волю. А то прикиньте: приедете, сядете за стол, а через полчаса к вам вломятся гости.

– Да с чего ты взял, что ему «жука» заправили? – возмутился Федя. – Леха, у тебя есть «маяк»?

– Нет-нет, ничего нет, – забормотал Леха. – Откуда маяк, какой маяк? Домой надо…

– Да я и не говорю, что это обязаловка, – не стал упорствовать Андрей. – Дело ваше, не хотите – езжайте. Но я бы проверился. Если есть хоть один шанс из ста – «спалить хату», нужно обязательно провериться, и чем быстрее, тем лучше.

– Ладно, уболтал, – сдался Федя. – Лен, посиди, мы быстро. Мотор не глуши.

Мы оставили Ленку в машине, а сами пошли в подъезд. Кстати, «BMW» Андрея тоже тихонько урчал движком, двери слева были открыты, а за рулем сидел боец.

Да, это правильно: расслабляться рано, надо быть в постоянной готовности к немедленной ретираде.

– Одну секунду… – Андрей вернулся к своей машине, вытащил туго набитый школьный ранец с Гарфилдом на клапане и присоединился к нам.

– Хм… Пойдем поучимся маленько? – тупо пошутил я.

– «НЗ», – пояснил Андрей. – Боезапас и медицина. А учиться нам уже поздно.

Мы поднялись на третий этаж. За приоткрытой дверью одной из четырех квартир дежурил молодой человек в инвалидной коляске. Впустив нас, он молча пожал Андрею руку и запер за нами дверь.

– Андрей, – представил Андрей хозяина. – Тезка мой.

Андрей-в-коляске развернулся и покатил в зал – мы последовали за ним.

В зале на полу, на расстеленной простыне, лежал раненый. Сделать с ним пока что ничего не успели. В тот момент, когда мы вошли, с ним возилась женщина средних лет, не утратившая привлекательности: она закончила разрезать ножницами шнуровку и с помощью одного бойца стала снимать ботинок. Второй боец – очевидно, опытный в таких делах – зажал раненому рот, и правильно сделал: пострадавший отчаянно мычал от боли.

Только сейчас я обратил внимание, что Андрей и его бойцы одеты в форму «чекистов»: черные куртки и брюки, черные шапочки с дырками и тяжелые черные бронежилеты – на «спинке» и «брюшке» белой краской написано: «ФСБ».

– Нет, так не пойдет, – сказала женщина, направляясь к «стенке» и вынимая коробку с новокаином и шприцы. – Надо ботинок резать. Ну-ка, быстренько: один в спальню, большие ножницы на столе со швейной машинкой. Второй в ванную, все полотенца – сюда. Быстро! Потерпи, малыш, сейчас все сделаем…

Тут она обернулась и увидела нас.

– Ты еще не сдох? – Это хозяйка поприветствовала Андрея.

– К сожалению, нет.

– Не-на-вижу…

– Да, я в курсе. Не серчай, мы ненадолго.

– Почему обезболивающее сразу не вкололи?! – Женщина тут же деловито перешла от эмоций к сути текущего момента. – Сердце здоровое?

– Промедол кончился, выехали экстренно, взяли только перевязку, – стал оправдываться Андрей. – Сердце, как у быка…

А Андрей-в-коляске между тем молча проехал к окну, приоткрыл занавеску и принялся наблюдать за улицей. И у меня вдруг сложилось стойкое ощущение, что нечто подобное здесь уже было, причем, вполне возможно, не один раз.

– Что у вас есть? – Женщина кивнула на ранец.

– Бинты, жгуты, физраствор, дистиллированная вода, антисептики. – Андрей с готовностью поставил ранец на пол и стал расстегивать замок.

– Не надо, у меня все это есть, – остановила его женщина.

– Тогда, если не возражаешь, мы на пять минут оккупируем спальню.

– Да, проходите. – Женщина даже не стала задавать вопросов, что мы там собираемся делать.

Мы прошли в спальню и предложили Лехе попробовать себя в ипостаси стриптизера.

Леха начал раздеваться, и тут обнаружилось, что на левом предплечье у него свежий гипс.

– Так… – Андрей постучал ногтем по гипсу и нахмурился. – Ладно, это позже – давай дальше…

Леха послушно разоблачился до трусов, Андрей с Федей проверили его обувь и одежду, методично прощупали каждый шов и после секундного колебания заставили снять трусы.

– Чисто, – констатировал Федя. – А я, в общем-то, и не сомневался.

– Почему гипс? – спросил Андрей. – Когда наложили?

– Два дня назад, – вполне вменяемо ответил Леха – похоже, он начал приходить в себя. – На прогулке руку сломал – один баклан подножку поставил…