Чтение онлайн

Но Надежда однажды утром, собираясь на работу, тихо, чтобы не разбудить еще спавших мужа и Нюрку, спросила у дочери:

– Что-то ты все с Колькой бродишь?

Люба улыбнулась, жуя бутерброд.

– Чего ты улыбаешься? Смотри… - покачала головой Надя, - Плохая слава пойдет, не отмоешься…

– Мам, ты чего? – тоже полушепотом ответила Любка, - Почему сразу плохая-то?

– А что же у вас с ним? Любовь? – Надежда намазывала дольку батона маслом, поглядывая на дочь.

– А если и да? – Любка отложила недоеденный бутерброд и хотела выйти из-за стола.

– Ты сиди… - остановила ее мать, - Послушай меня…

Любка покорно села.

– Любка, ты это надумала-то, не потому ли, что Роська с Нюркой женится? Или правда любовь у вас?

– Не потому, мам… Я, может быть только с Колькой и поняла, что к Роське у меня что-то детское было такое…

– Что же ты страдала так? – спросила Надежда, тоже забыв про свой бутерброд.

– Мама, знаешь, как я Роську любила? – неожиданно для самой себя разоткровенничалась Люба, - На грозу похоже – все мелькает, гремит, страшно и красиво, и все в шоке вокруг, и здесь – она показала на грудь, - разрывается все, и голова кругом идет… Только потом, гроза проходит, тучки разбегаются, и – все… Как и не было этой грозы-урагана, куда подевалось? И следов никаких не осталось… А вот с Колькой все не так… У нас как в плесе на Осуге – что-то такое тихое, красивое, глубокое, свое, родное…. И никуда не денется, сколько ни пройдет… Вон, Осуга сколько веков течет, и столько же еще течь будет… Понимаешь, мама?

Надежда вздохнула и снова принялась за свой завтрак.

– Значит, все серьезно у вас?

– Да…

– И он тебя любит?

– Любит, мам… - заулыбалась Люба.

– А Наталья-то знает про вас? - вдруг спросила Надежда.

Люба пожала плечами. У нее как камень с души свалился, от того, что мама так спокойно отнеслась к их с Колькой отношениям.

Она продолжала жить своей радостью, наслаждаясь душевным равновесием, любовью, счастьем… Они с Колей никуда не торопились, жили одним днем, радовались единому мигу. Не строили планов, не таились от людей, но оставались незаметными для других. Но недолго это продолжалось. В августе, когда Люба в магазине снимала занавески, намереваясь их постирать в ближайший выходной, она увидела в окно, подъехавшую незнакомую машину, из которой вышла пассажирка, достала сумку на колесиках и большого игрушечного медведя.

Любка спрыгнула с подоконника, метнулась за прилавок и остановилась, напряженно глядя на дверь – больше деваться ей было некуда.

Через минуту она услышала, как отъехала машина, а в магазин зашла Ася.

– Привет! – весело поздоровалась она, - Хорошо, что ты работаешь, я видишь, сразу к тебе!

– Привет! – тихо ответила Любка и спрятала задрожавшие руки под фартук. – Какими судьбами?

– Дак к Роське на свадьбу! Пойдем покурим! – Ася повернулась к выходу.

– Пошли… - с неохотой покинула свое убежище Люба.

На улице Ася уселась на лавку рядом с медведем, достала из маленькой сумочки сигареты, предложила Любке.

– Не курю, - отказалась она, глядя на неимоверно длинные, украшенные причудливыми рисунками ногти Аси.

– А я вот стала, - проговорила Ася, щелкнув золотистой зажигалкой.

Ася изменилась до неузнаваемости. Сделала короткую модную косую стрижку, покрасив волосы в черный цвет, стала ярко краситься, делать огромные стрелки у глаз, длиннющие ресницы, пользовалась темно-фиолетовой помадой. Кожа у нее была бронзового цвета, на ногах шпильки такой длины, какой Любка даже и не видела.

– Ты как с обложки журнала… - проговорила Любка, но умолчала, что Ася закрасила всю свою красоту.

– Ты садись! – кивнула Ася на свободное место на скамейке.

– Да я постою лучше, мне привычней так…

– Ну, как хочешь… - Ася глубоко затянулась и долго задумчиво выпускала тонкой струйкой дым, - Какие новости-то?

Любка пожала плечами.

– Как Костик-то? Вырос, наверное?

– Ну, ты сходи, посмотри…

– Да… Вот, видишь, Любк, даже приехать к сыну было все некогда…Колька-то не нашел себе никого?

– А ты, что… насовсем вернулась-то? – вместо ответа спросила Любка.

– Да не знаю, - пожала плечами Ася.

– Не больно-то хорошо тебе в Твери, да? – догадалась Люба.

– Да не знаю я! По Костику соскучилась, а так – нормально все… Кто рыбы, кто акулы…

– Какие рыбы? – не поняла Люба.

– Да знаешь, мне один человек сказал, что все люди – как аквариум, кто стекло, которое никто не видит, кто – рыбы за стеклом, которых все замечают…

– И что же? Ты – рыба?

Ася пожала плечами, глядя под ноги.

– Ты иди, Костик у тетки Ани сегодня как раз… - тихо проговорила Люба.

– А Колян на работе?

– Сегодня вечером приедет.

– Ну вот, заберу Костика, да в Мытницы пойдем… Как ты думаешь, ждет меня Колька-то? – Ася поднялась с лавки, взяла подмышку медведя.

– Ты это у Кольки и спроси… - пожала плечами Люба.

– Ну ладно, пока тогда, - Ася выкатила сумку на дорогу.

– Ты, главное, акулой не стань, - проговорила ей вслед Любка и ушла в магазин.

Ася повернулась, долго смотрела на пустую скамейку, потом увидела, что запылилась обувь, нагнулась, чтобы оттереть ее, но только испачкала пальцы.

– Е-мое! – психанула она и зашагала в сторону дома матери.

***

– Что, сына повидать времени не было совсем у тебя? – спрашивал Колька у Аси, сидя напротив нее за столом.