Чтение онлайн

Миновал час, и он успел забыть обо всем: об отце настоятеле, о Десмонде Спендлаве, обо всех угрозах и предостережениях, которые ему пришлось выслушать, и о боли, терзавшей спину. Медленно, неуверенно он начал проникать в таинственное значение древнего манускрипта.

Книга и в самом деле была написана на диалекте, который не встречался Стивену прежде. Многие слова оказались созвучны с вадхианскими, однако сочетания, в которых они употреблялись, а также грамматические формы несомненно относились к более древнему языку. По мнению Стивена, диалект этот скорее был сродни старому каварумскому.

Когда колокол прозвонил к вечерней службе, Стивен по-прежнему был погружен в работу. Листы бумаги, лежавшие на столе, покрывали неровные строчки перевода, во многих местах зачеркнутые. По мере того как Стивен все глубже проникал в мысли древнего автора, он отказывался от первоначальных догадок и заменял их другими, более обоснованными. Лишь изредка он поднимал голову, потягивался, потирал затекшую шею и вновь склонялся над рукописью.

Стивену казалось: он складывает воедино разрозненные части головоломки, определяя, что может значить то или иное слово, к чему относится запутанное выражение. Наконец перед внутренним взором начала вырисовываться цельная картина. Схватив чистый лист, Стивен принялся торопливо писать. Вот что у него получилось:

Мурашки пробежали по коже Стивена. Да, все эти угрозы и страшные посулы на редкость загадочны и непонятны. Никогда прежде ему не приходилось сталкиваться с древней рукописью, чье содержание было бы столь же туманным и в то же время пугающим.

Разумеется, лишь весьма незначительная часть документов, относящихся к периоду Колдовских войн, сохранилась до нынешних дней. В большинстве своем книги, написанные в ту пору, являлись вместилищами ереси и зла и были уничтожены по приказу церкви.

Судя по всему, эта рукопись тоже относится к числу нечестивых. Тогда каким образом ей удалось избежать подобной участи? Возможно, она уцелела лишь потому, что никому и никогда не удавалось ее прочитать? Но подобное предположение выглядит нелепым. Когда благодаря учреждению Гегемонии на севере воцарился мир, там работали величайшие ученые древности. К тому же язык, на котором написано это таинственное послание, достаточно близок к диалектам, в ту пору имевшим самое широкое распространение. И любой мало-мальски сведущий ученый с легкостью выполнил бы задачу, на которую ныне Стивен положил столько усилий, – перевел бы текст, используя метод сравнения с родственными, хорошо знакомыми языками.

Возможно также, на протяжении столетий манускрипт находился в надежном укрытии или даже, как предположил Стивен, был зарыт в землю. Вполне вероятно, что какой-нибудь скромный хлебопашец отыскал коробку с рукописью на своем поле и принес ее в монастырь Святого Донвея. Братья-монахи, не сумев разобрать древний язык, сочли манускрипт священным церковным текстом и, как великую ценность, поместили ее в библиотеку.

Какова бы ни была предшествующая судьба рукописи, Стивен не сомневался – эти богохульные писания не имеют права на существование. И как только станет известно, какой страшный смысл скрывают древние письмена, церковь немедленно прикажет уничтожить зловещее послание, дошедшее из глубины веков.

Необходимо немедленно сообщить отцу настоятелю о том, какая откровенная ересь нашла приют в монастырском книгохранилище, решил Стивен. Нельзя углубляться в эти проклятые писания дальше, иначе он может оказаться в их власти.

– Брат? – раздался над его ухом чей-то тихий голос.

От неожиданности Стивен едва не подпрыгнул. Рядом с ним, смиренно потупив голову, стоял незнакомый монах.

– Да?

– Фратекс Пелл просил тебя отнести вечернюю трапезу часовым, которые находятся на сторожевых башнях.

– Да, да, я помню. Сейчас иду.

– Как поступить с манускриптом? Поставить его на полку? – И монах указал на свинцовые листы, лежавшие на столе.

– Нет-нет. Отец фратекс поручил мне сделать перевод этой рукописи. Если это возможно, я хотел бы оставить ее здесь, чтобы завтра с утра, не мешкая, вновь приняться за работу.

– Разумеется, мы можем оставить ее здесь, – кивнул головой монах.

– Меня зовут Стивен Даридж, – решил представиться Стивен.

– Брат Санген, к твоим услугам. Я выполняю обязанности библиотекаря. Слежу, чтобы на полках всегда был порядок. Если я не ошибаюсь, брат Стивен, это одна из вадхианских рукописей, что поступили в наш монастырь недавно?

– А что, у вас несколько подобных книг?

– О да. За последние несколько лет наша библиотека значительно пополнилась.

– Вот как? И все рукописи на древнем вадхианском поступили из монастыря Святого Донвея?

– Вовсе нет, брат Стивен. Почему ты так решил? Древние книги прибывают к нам со всех концов империи. – Неожиданно брат Санген слегка нахмурился, словно ему пришла на ум какая-то тревожная мысль. – Я полагаю, брат Стивен, тебе пора идти. Отец Пелл весьма терпелив и снисходителен, но требует, чтобы все его поручения выполнялись беспрекословно.

– Да, да, я уже иду. – Стивен собрал листы со своими заметками и черновиками перевода. – Я хочу взять это с собой, – пояснил он. – Возможно, перед сном у меня будет время просмотреть свои записи. Это не возбраняется монастырскими правилами?

– Разумеется, нет. Удачи тебе, брат Стивен. Приятной трапезы и спокойного сна, – напутствовал его брат Санген и добавил, понизив голос: – Когда пойдешь к сторожевым башням, будь осторожен. И лучше отправляйся по южной тропе, той, что идет через лес. Она длиннее, но… безопаснее. Если хочешь, я могу объяснить, как ее найти.