Чтение онлайн

– Это наш общий враг! – закричал он, хватаясь за меч и указывая жестом в сторону траншеи. – Ваш и наш враг!

Поняв, что Роберт его предал, Уильям собрался было броситься в атаку, но стрелы летели плотной завесой, прорваться через которую не было ни малейшей возможности. У него на глазах, утыканный стрелами как еж, пал смертью храбрых его двоюродный брат, сэр Тэм Отважный, который вместе с прочими рыцарями стал невольным пособником убийц.

Подобная участь вскоре постигла и герцога Острбурга. А от меча рыцаря, носящего герб дома Сигрозна, слетела с плеч голова сэра Авиейна МакФергойста.

Раздалось ржание, и Уильям увидел, что одна стрела угодила в шею его коня, а вторая – в живот. Тот вздыбился и, рухнув наземь, перевернулся на спину. Оказавшись под тяжестью скорчившегося от боли и бьющегося в предсмертных конвульсиях животного, Уильям почувствовал, как захрустели его кости. В следующий миг копыто – возможно, его собственного коня – ударило королю в голову, и после этого он уже ничего не помнил.

Очнувшись, он обнаружил, что сидит, опершись на камень, лицом к морю на краю скалистого обрыва. Голова нещадно болела. Уильям попытался встать, но, к своему ужасу, осознал, что ноги отказываются ему повиноваться.

– С возвращением в наш мир, брат.

Уильям с трудом повернул голову, и это движение отозвалось сильной болью в шее. Рядом с ним стоял Роберт. Но глядел не на Уильяма, а в безграничную синеву моря. Солнце сквасило густой утренний туман в редкие кучевые облака, и игривые волны теперь плясали в переливчатых солнечных бликах.

– Что случилось? – спросил Уильям.

Он был еще жив. В ту же секунду королю пришла мысль притвориться, будто бы он ничего не понял. Возможно, убедив в этом Роберта, он выиграет время.

– Засада… – начал было он.

– Все уже мертвы, кроме меня.

– И меня, – поправил его Уильям.

– Нет, Уилм, – причмокнув языком, сказал Роберт. – Ты тоже уже мертвец. Так сказать, почти призрак, наш посланник к предкам.

Уильям взглянул на лицо брата. Оно было необычайно спокойно, почти безмятежно.

– Неужели ты собираешься убить меня, брат? – спросил его Уильям.

– Я же сказал тебе, ты и так уже мертв, – почесав шею, ответил тот. – Падая с лошади, ты сломал спину. Так что наберись мужества, Уилм. Ты уже не жилец на этом свете.

К глазам короля подступили слезы, но он сумел их сдержать. Вся окружающая атмосфера показалась ему как будто ненастоящей, чересчур желтой – такая бывает только во сне.

Вместе со слезами Уильям поборол в себе и внезапно подкравшийся страх.

– Почему, Роберт? К чему все эти муки и страдания? Зачем тебе моя смерть?

– Ты не волнуйся, Уилм. В твоем путешествии в загробный мир у тебя будет много попутчиков. Например, сегодня должна умереть Мюриель. А также твои дочери. А что касается Лезбет, то она уже давно поджидает тебя там.

– Неужели они все умрут? Неужели никому из них не избежать этой участи? – Уильям пошевелил руками и, к своему удивлению, обнаружил, что они еще действуют, хотя и сильно дрожат. – Знаешь, кто ты, Роберт? Поганое животное. Ты не достоин носить фамилию Отважных. Ты мне больше не брат.

Казалось, за весь их разговор в голос Роберта впервые закралась нотка гнева.

– Мне кажется, это случилось уже давно. Разве ты когда-нибудь относился ко мне иначе? Вспомни, Уилм, как ты обручил Лезбет. Если бы ты считал меня своим братом, ты бы прежде посоветовался со мной. Этого я никогда не прощу тебе, Уилм.

– Значит, ее смерть на твоей совести. Выходит, это ты убил ее и отрезал ей палец, чтобы я подумал… Но зачем? Зачем тебе мои дети? Зачем моя жена? Зачем вообще столько убийств, если все дело только в том, что я единственный раз пренебрег твоим мнением? – Он держал ладонь на рукоятке эйхейн дойфа, маленького кинжала, который хранился у каждого рыцаря в специальных ножнах.

Кинжал, который был его последней надеждой.

– Дело не только в пренебрежении моим мнением. Но еще в том, чтобы объединить троны Ханзы и Кротении, а со временем и Лира, – отрешенным голосом произнес Роберт. – Однако ваше пренебрежение ко мне зашло слишком далеко. Слишком долго я терпел его от всей нашей семьи. Слишком часто вы меня предавали.

– Ты сумасшедший. Такой политик Кротении не нужен. Она вскоре от тебя избавится. А также Ханза…

– Она уже почти в моих руках, – улыбнулся Роберт. – Видишь ли, Уилм, у меня есть один секрет. Но я тебе его не открою. Существует множество способов разговаривать с мертвыми. Даже несмотря на то, что наш дух способен путешествовать значительно дальше домов наших предков, я не настолько глуп, чтобы этим пользоваться. Тем не менее я благодарен тебе за помощь, брат.

– Помощь?

– Долг запрещал тебе посылать наши корабли против островов Печали. Но ты сделал это. Ты ведь знал, что правители Лира обнаружат, кому они принадлежат? Если бы тебе удалось прожить еще несколько дней, уверяю тебя, ты услышал бы об этом собственными ушами. Ты должен меня благодарить за то, что я пощадил тебя и избавил от праведной напыщенности это старого придурка из Лира, сэра Файла.

– Не понимаю, о чем ты говоришь.

– Можешь ты хоть раз в жизни напрячь мозги, Уилм? Правители морских держав уже обнаружили, что мы оказывали помощь Салтмарку против их союзников. Я позаботился об этом, подбросив им несколько доказательств.

– Но я согласился, лишь думая, что Лезбет…

– Молчи и слушай. Как раз об этом никто никогда не узнает. Все, кто был причастен к истории о похищении Лезбет, мертвы. Шумиха вокруг твоей политики уже началась. А теперь еще, пытаясь заключить мир, отправились к праотцам сам император Кротении и Острбург. Причем, обрати внимание, каждый из вас погиб от лирской стрелы, что тоже весьма подозрительно и навевает определенные размышления, – его губы растянулись в змеиной усмешке.

– Будет война, – простонал Уильям. – Клянусь всеми святыми, будет война с Лиром.

– Да, в особенности после того, как будет обнаружено, что Мюриель мертва. Ее семья этого так просто не оставит.

– Но зачем тебе Мюриель? Зачем мои девочки?

– Ты сам их убил, когда сделал своими законными наследницами. Мюриель придется умереть. Безусловно, она красива, и я был бы не прочь сделать ее своей женой, но у нее чересчур сильный характер.

– Чарльз? – наконец разгадал его замысел Уильям.