Чтение онлайн

Зато существует на другой, подумал Тихомир.

– Где ты живёшь? – резко спросил водитель.

Так. Начинаются наезды. Что ж, придётся их немного проучить.

– Минск, Парижской Коммуны, 11/337, – Тихомир раскрыл паспорт, подтверждая свои слова.

Вот будет смешно, если они в поисках наживы вломятся в квартиру. Можно голову отдать на отсечение, что в ней уже давно дежурят работники милиции.

– А где купил дом? – ещё резчё спросил водитель.

– В Грандичах, Праздничная, 15.

– А если серьёзно? – очкарик направил на Тихомира пистолет.

Иногда и от Синистры есть толк, подумал он, по крайней мере, можно чувствовать себя уверенно.

– Если серьёзно, я здесь только для того, что бы продать серебро, а не для того, что б рассказывать о своём месте жительства, – спокойно ответил Тихомир.

Водитель, видно, очень удивился, что Тихомир повёл себя так нагло и решил его проучить. Одной рукой он ухватился за шинель, а второй попытался ударить кулаком ему в лицо. Синистра на момент сделала защиту. Кулак не долетел до лица сантиметра, после чего его так отпружинило так, что мужчину развернуло на водительском сиденье вокруг оси.

– Камень, – озвучил всё это Люмбрик и пустил в пистолет синюю молнию.

Очкарик усиленно пытался надавить на спусковой крючок, а Тихомир уже заносил над головой меч для удара. Места в машине было мало, меч рассёк крышу автомобиля, перевернулся в последний момент плашмя и оглушил всё ещё ничего не понимающего водителя. Через пол секунды он уже щекотал за шею очкарика.

– Деньги, – невозмутимо сказал Тихомир, и из шеи очкарика поползла тонкая струйка крови.

– Ты соображаешь, что делаешь? – он, вероятно до сих пор не мог поверить случившемуся, – Маркиз тебе этого не простит.

– Деньги, – повторил Тихомир.

Очкарик достал кошелёк, вынул из него карточки и визитки, и небрежно бросил его Тихомиру.

– И у него тоже, – кивнул он в сторону водителя.

Второй кошелёк упал на заднее сиденье автомобиля. Тихомир оглушил мечём очкарика, открыл дверь и вышел под дождь.

Внезапно дождь прекратился и снизу ударил ослепительный поток света. Тихомир стоял на выходе из пещеры, а прямо перед ним простиралось залитое светом пространство. Постепенно глаза привыкли, и Тихомир получил возможность рассмотреть источник этого излучения. Светились белые камни в нескольких километрах под ногами. Он активировал линзы и увеличил картинку. Камни размером от нескольких сантиметров до полуметра неравномерным слоем распределены по поверхности. Коричневой ленточкой пространство пересекает железная дорога. По всей видимой части дороги расхаживаются железнодорожники.

В поле зрения показался какой-то обломок, летевший, вероятно, откуда-то сверху. Он пролетел мимо дороги и, достигнув камней, излучающих свет, ослепительно вспыхнул. Тихомир посмотрел вверх и, от неожиданности, шагнул назад. Потолок представлял из себя сплошное переплетение гигантских коричневых стволов и зелёных листьев, повёрнутых к свету.

– Синистра, давай рассмотрим поближе.

– Ты думаешь, они не опасны? – спросила она, – я бы лишний раз не рисковала. Дорога видна. Можно спокойно лететь над ней и не влезать ни в какие неприятности.

– А откуда ты знаешь, сколько нам лететь? Я максимально активировал линзы и конца не увидел. Закончиться твоя энергия, допустим, и не скоро, а вдруг предстоит схватка, и что? От неё останутся крохи. Приземляться потом на эти белые камни? Почему-то я уверен, что от меня даже праха для урны не останется, не говоря уже о том, что никто не сможет этот прах собрать.

– Зачем тебе интересно, что б кто-то твой прах собирал? – ехидно усмехнулась программа.

– Раз при жизни по-человечески существовать не получилось, так хоть поле смерти захотелось.

– После смерти жить? Существовать? – не унималась программа.

– Да не цепляйся ты к словам. Может, мне было бы спокойнее, если б знал, что моя урночка с прахом у кого-нибудь на полочке красоваться будет.

– Не беспокойся, может обелиск в Минске поставят.

– Успокоила. Короче, если нам придётся передохнуть пару часиков в этом лесу, то нам нужно знать, что он из себя представляет. Неприятность лучше изучить сейчас, когда ты полна энергии, а я сил, чем в каком-нибудь полуразрубленном состоянием и с твоей сдохшей батарейкой.

– Да убедил, убедил. Полетели, – наконец согласилась программа.

Когда до леса осталось несколько сот метров, Тихомир почувствовал какие-то изменения. К горлу подкатила тошнота, а все части тела стали какими-то лёгкими, почти невесомыми.

– Синистра, – Тихомир остановился.

– Ну.

– Тебе не кажется, что гравитация пошаливает.

– К твоему сведению мы каким-то образом сейчас находимся в невесомости.

– Но как такое может быть? – удивился он.

– Не знаю, может этот лес генерирует такой эффект, может само место… ну, какие-нибудь залежи в породе.

– Короче, ясно. Догадок много, а подтверждений никаких.

Они подлетели к первому стволу. Он изгибался стометровой дугой и уходил в заросли. Ствол был покрыт маленькими веточками с зелёными листочками. Что-то ещё не так. Но что? Тихомир достал бурдюк с водой и задумался. Хорошо, что бурдюк сделан из кожи, и воду можно было выдавить. Будь у него фляга или бутылка, процесс приёма воды, несомненно, усложнился бы. Ну, конечно! Звуки. Их тысячи. Тихие такие и абсолютно незнакомые. Мягкие скрипы, жужжания и поскрипывания. А вокруг множество мелких существ размером от муравья до воробья.

– Наконец в этом дурдоме мы нарвались на нормальную экосистему, как на поверхности, – осматриваясь по сторонам, произнёс он.

– И ты называешь её нормальной? Всё перевёрнуто вверх ногами и на поверхности невесомость, – не согласилась с ним Синистра.

– Камень, – подал голос Люмбрик.

– Ну и где я тебе его возьму? – Тихомир посмотрел на зверя.

– Ищи, – возмутился тот.

Тихомир подлетел к стволу и выпустил зверя. Быть может, здесь есть что-либо входящее в его рацион. Люмбрик, оказавшись у ствола, брыкнулся ногой и стремительно полетел в сторону. Тихомир в это время о чём-то задумался и к тому времени, когда Синистра его окликнула, увидел уже удаляющиеся полные ужаса глаза зверя.