Чтение онлайн

– Но как это возможно? Трансмутация химических элементов?

– А как ты объяснишь, что Люмбрик всё это время трескал камни и не набирал вес?

– Очевидно, он каким-то образом преобразовывал их в какой-то вид энергии, а когда мне грозила опасность, использовал её для атаки. Доказательством этой версии служит то, что не весь горыныч превратился в камень, а лишь его передняя часть.

– Учти, или Люмбрик экономил энергию, или у неё этой энергии совсем не осталось.

Тихомир опустил Люмбрика на землю и, почему-то, как собаке, скомандовал:

– Ищи.

Люмбрик порыскал минут десять и выкатил целую кучу небольших камушков, которые Тихомир запихнул в сумку. После того, как зверь опять устроился на руке, Тихомир поднёс её к полуоткрытой сумке. Люмбрик сразу ухватил ближайший камушек и принялся его усердно грызть. Надо приучить его, что б он сам брал камни, а то в тумане его голос раздавался слишком уж громко.

– А ты говорила, что он опасен, – укорил Синистру Тихомир.

– А с чего ты взял, что он пытался спасти твою шкуру? Скорее всего свою.

– А какая мне разница? При этом моя всё равно осталась цела.

Пришёл момент, когда они дошли до валуна с уступом, от которого, собственно говоря, весь путь и начинали.

– Как пойдём дальше? – спросила Синистра, – Если наугад, то можем приблизится к путям, где нам окажут тёплый приём работники железной дороги.

– В принципе, дорога на большом участке прямая, а сапоги могут не только запоминать маршрут, но и указывать направление. Я примерно помню, под каким углом идёт дорога. Укажем сапогам направление параллельно дороге и для подстраховки добавим пару градусов.

Так и сделали. Шли долго. Почти двое суток. Туман рассеиваться и не собирался. На горынычей не напоролись ни разу, но то, что они хозяйничают в окрестностях, судя по периодически доносящимся рыкам, было несомненно. Несколько раз они попадали в нити, висящие с потолка, но меч без труда их перерубал. Интересный случай произошёл, когда камешки в сумке, куда Люмбрик уже ползал самостоятельно, закончились. Вместо привычного «камень», Люмбрик произнёс слово «ищи». Тогда ещё Тихомир улыбнулся, что, мол, словарный запас зверя пополнился третьим словом. Во время путешествия Тихомир как-то привык к страху и перестал бояться всего этого тумана и того, что в нём жило. Страх, конечно вещь важная. Никакой организм без страха долго бы не прожил. Он заставляет оглядываться по сторонам, впиваться взглядом в каждый уголок пространства, передвигаться медленно и осторожно. Но нервные клетки, отвечающие за это состояние, вероятно, тоже устают, и когда их перенапряжение достигает максимума, организм решает их сберечь на будущее. И страх отступает. Иногда напрасно. Тихомир быстрым шагом обходил один из валунов, когда сверху, из тумана, на него налетело какое-то существо, сбило его с ног, и, через несколько мгновений, он оказался в воздухе. Ничего, подумал Тихомир, доставая меч, сейчас мы этому орлику крылышки подрежем. Он махнул мечём сверху – ничего не происходило. Потом по бокам и снизу. Тоже никакого эффекта.

– Люмбрик, – позвал он зверя, надеясь, что он поможет ему в этой беде.

Тот недоумённо таращил глаза.

Тихомир расправил крылья и попытался двигаться. Ничего не вышло. Он двигался, но совсем не в ту сторону куда хотел.

– Синистра, что происходит, – может программа что-нибудь знает.

– Без понятия. Может, нас держат в каком-то силовом поле? – предположила она.

– Да нет, я отчётливо чувствую, как мы проплываем через туман.

– Но что-то нас держит.

В это время туман начал рассеиваться. Далеко впереди Тихомир увидел каких-то существ, широко размахивающих крыльями, а по соседству с ним, в воздухе извивалось несколько горынычей. Они летели с такой же скоростью, как и Тихомир. Куда же их несут (везут?). Тихомир прислушался к своим ощущениям. Создавалось впечатление, что его кто-то тянет за кольчугу. Он запрокинул руки за спину и на уровне поясницы почувствовал какой-то чужеродный предмет. Что-то типа полувязкой лепёшки. Попытался её сковырнуть, но это оказалось сделать весьма непросто.

– Синистра, может ты подсобишь? – взмолился он, – почему-то мне кажется, что эта штука нас держит.

Меч не без труда подковырнул лепёшку и Тихомир расправил крылья. Ну, наконец, освободились. В это время лепёшка с тихим свистом полетела к летающим существам, а догнав, звучно шмякнулась одному в задницу. Существо обернулось и издало громкий вопль. Сразу пять её сородичей кинулись на Тихомира.

Так, подумал Тихомир, скорее всего, в тумане эти летающие твари прилепили к нему эту лепёшку. Метнули, наверное, потому что краем глаза он видел эту тварь. Сейчас они попытаются сделать то же.

– Синистра, защиту.

Уже на подлёте существ послышался громкий плевок, и серая лепёшка шмякнулась о защиту, медленно сползла и полетела обратно, видно, притягиваемая существом. То не успело увернуться и получило лепёшкой по зубастой морде. Четверо оставшихся не поверили неудаче первой и повторили её попытку. С таким же результатом.

Тихомир, воспользовавшись их замешательством, кинулся в атаку. Пролетев между первыми двумя, он крутанулся винтом с, протянутым в руках, мечём. Одна из тварей оказалась разрубленной наполовину, а вторая с отсечённой головой. Остальные трое пришли в себя, и повели себя довольно грамотно: разлетелись в разные стороны на одинаковое расстояние и одновременно кинулись на Тихомира. Тот взмыл вверх, отходя от удара, но одна из них схватила его за голень. Благодаря штанам, вреда это не причинило, но тварь начала яростно трясти головой. В глазах у Тихомира зарябило и, пока он мечём смог достать до неё, прошло довольно много времени. Он обернулся – их осталось двое. Тихомир понял, что ему дан выбор: либо он убьёт левую и правая ему раскрошит руку, либо убьёт правую и левая ему раскусит голову. Он выбрал левую. В тот момент, когда он её разрубал, вспыхнула молния, и последнее существо каменной статуей полетело вниз.

– Камень, – подал голос Люмбрик.

Тихомир осмотрелся. Внизу туман. Непонятных тварей больше не видно. Туман везде, только с одной стороны видна каменная стенка. Он активировал линзы и начал её рассматривать. Наконец, взгляд его наткнулся на маленькую расщелину. Необходимо было отдохнуть после всего этого дурдома, и Тихомир направился туда. Расщелина оказалась маленькой пещеркой. Метра через четыре, после её начала, она заканчивалась тупиком. Тихомир устало опустился на пол и достал бурдюк с водой.

– Синистра, – позвал он.

– Ну.

– Дай мне поспать.

– Зачем? Мы потеряем много времени.

– Если я не посплю, я просто свихнусь от того количества информации, которое свалилось на мою голову в последние дни.

– Ладно, сейчас отпущу те нервные клетки, которые отвечают за сон.

Внезапно веки Тихомира стали тяжёлыми. Он ещё подивился – оказывается можно так сильно хотеть спать, и стены пещеры исчезли. Он видел сон, когда-то, вероятно, бывший реальностью. Алина сидела у него в квартире около компьютера, а он делал на кухне кофе. Вот она подошла и начала наблюдать за тем, как он это делает. Потом появилось какое-то тепло. Тепло беседы, чувств, эмоций. Наверное, только двое ненормальных молодых людей, встретившись, предпочитают не лежать в кровати, а обсуждать, как можно время из линейной зависимости перевести в трёхмерное пространство. Потом пришло время кровати. Снова тепло, снова чувства и эмоции. Но совершенно другие. Он встал с постели, что бы покурить. Не уходи, кури здесь. Зачем я буду тебя обкуривать. Он подходит к окну, садиться и закуривает, а она надевает его рубашку и, сложив руки на его коленях, кладёт на них голову. Снова тепло, снова чувства и эмоции. И снова совершенно другие. За окном начинает темнеть. Только что было солнце, и вот его уже нет. Он смотрит за окно. Тысячи ворон заслонили солнце. Злорадно каркая, они начинают носиться по улицам и клевать друг друга. Он спешит закрыть окно. Это там, на улице, другой мир. Со злобными чёрными воронами, которые закрыли солнце, с не менее злыми людьми, которые… Это люди превратились в этих ворон. Их становиться всё больше и больше, пока они не заполоняют весь воздух. Он закрыл окно. Сотни ворон бьются об стекло. А здесь тепло и уютно. Стоит остывший кофе в кружках. Не застеленная кровать с тёплым одеялом. Но страшно, что в этот тёплый мир кто-то рвётся. Они прячутся в кровать и накрываются одеялом, чтобы не слышать гогот ворон. Но те разбивают стёкла и начинают носиться по комнате. Обитаемый тёплый мир сузился до маленькой кровати и двух спрятавшихся под одеялом людей. Они жмутся друг к другу, но им тепло. А вороны носятся по комнате. Они разрушают всё то, что казалось когда-то… Вороны разворачивают кружки, из которых когда-то они с Алиной пили кофе, опрокидывают стулья, на которых они с Алиной когда-то сидели и, наконец, начинают стягивать с них одеяло. Мир рушится. Вороны кидаются на Тихомира и начинают его клевать. Он кричит. А Алина, раздражённо отмахиваясь от назойливых птиц, надевает куртку и уходит. Здесь стало слишком неуютно.

– Да не ори так, – зашептала Синистра в голове, – неизвестно как они отреагируют на звуки.

Тихомир открыл глаза. Тысячи ворон пролетали в нескольких метрах от него.

– Что случилось за окном, в смысле, снаружи, – спросил он у Синистры.

– Не знаю, – набычилась та, – спать меньше надо.

Тихомир ещё раз посмотрел на выход из пещеры. Тысячи неизвестных существ с огромной скоростью пролетали мимо пещеры.

– И давно эти… перелётные птицы летают?

– Четвёртый час.