Тепло твоих рук
Шрифт:
– Кайла, пожалуйста, не называй никого этим словом, – сказала Оливия.
– Ага, значит, теперь ты будешь указывать мне, что делать! – прокричала Кайла и побежала наверх в свою комнату.
Оливия остановилась посреди холла, пытаясь сообразить, что произошло с ее идеальным днем. «У тебя появилась дочка-подросток, вот и все, – сказала она себе, вспоминая все драмы своей тринадцатилетней жизни. – Нельзя иметь дочку без ее проблем», – напомнила она себе.
И как только Зак справлялся со всем в одиночестве! Растить дочь без жены, без родственников, должно быть, это было очень сложно. И в то же время у него удивительные отношения с Кайлой, что делало ему честь как отцу.
Оливии не понравились эти девочки. Так же как Джоанна, Марни и та женщина из магазина, что смотрела на нее с ненавистью.
Глава 12
Лежа в постели тем же вечером, Оливия взяла в руки фотографию дочери, которую поставила на тумбочку еще днем. После завтрака с Кайлой Оливия купила одноразовый фотоаппарат и сделала кучу фотографий Кайлы. Затем кто-то предложил снять их вместе, и теперь благодаря фотолаборатории в аптеке, выполнявшей срочные заказы, у Оливии была фотография, на которой они с дочерью были изображены вместе.
А ведь всего несколько дней назад она была одна. Теперь же у нее появилась дочь. Дочь, унаследовавшая часть ее упрямства, ее волосы, нос и даже смех.
Этим днем после той безобразной сцены Оливия стучала в дверь Кайлы не меньше пяти минут, прежде чем девочка открыла ей. Затем она бросилась на кровать и принялась рыдать, однако позволила Оливии обнять ее.
Позже, когда Зак вернулся с работы, Оливия рассказала ему последние новости. Он лишь покачал головой. Когда-то все эти девочки были такие милые, а теперь стали совершенно невыносимы. Он пытался убедить себя в том, что стоит Кайле заняться подготовкой к конкурсу, как она перестанет постоянно возвращаться к своим проделкам. По крайней мере он на это надеялся.
Зак был вымотан, так что Оливии пришлось уехать домой, хотя она всем сердцем желала остаться с ними.
Какое-то время Оливия лежала в постели и думала о Заке и Кайле. Незаметно она уснула. И ей снова приснилась девочка. Одна только девочка. И выглядела она точь-в-точь как Кайла.
Но девочка была злой. Очень злой. Она кричала, по крайней мере рот ее двигался, кулаки взлетали в воздух, хотя Оливия не могла расслышать ее слов.
Внезапно что-то царапнуло Оливию по шее. Она мгновенно распахнула глаза. Сон исчез. Вокруг царила абсолютная темнота. Оливия села в кровати, и что-то упало ей на колени. Прежде чем Оливия поняла, что это, она услышала какое-то движение, а затем увидела метнувшуюся к двери тень. Кто-то был в ее спальне. И теперь этот кто-то убегал.
Оливия схватила с тумбочки графин с водой и запустила его в, как ей показалось, голову непрошеного гостя. Она услышала приглушенный крик, женский крик, в этом Оливия была уверена, а затем ночная гостья скрылась. Оливия включила лампу, стоявшую на тумбочке, и увидела, что ее разбудило.
Удавка. А к ней была прикреплена записка: «В следующий раз я ее затяну».
Оливия швырнула удавку на пол. Сердце ее колотилось как бешеное. Оливия схватила сотовый телефон, бросилась в ванную и закрыла за собой дверь.
Колени ее дрожали, и она медленно опустилась на мраморный пол. Руки ее тряслись так сильно, что Оливия выронила телефон. Нашарив его дрожащими руками, она кое-как набрала номер Зака. Была полночь. Оливия надеялась, что Кайла спит достаточно крепко и телефонный звонок ее не разбудит.
Зак ответил после первого же гудка.
– Зак, – сказала Оливия и не смогла произнести больше ни слова.
– Оливия, что случилось? – спросил он, в его голосе звучала тревога. – Оливия?
– Кто-то… – Реальность всего происходящего оказалась слишком страшной, и Оливия не выдержала. Телефон упал на мраморный пол. Она слышала голос Зака, зовущий ее из трубки. Она подняла телефон. – Зак, кто-то был у меня в спальне, – сказала она сбивающимся голосом. – Кто-то пытался… у меня на шее была удавка. – Она вздохнула и рассказала ему про записку.
– Ты позвонила в полицию?
– Нет. Я заперлась в ванной, сейчас звоню тебе. О Господи, Зак, мне страшно.
– Оставайся на месте, хорошо? Ты же не знаешь, в доме они еще или нет. Я приеду через пару минут. Не клади трубку.
– Хорошо, – сказала Оливия дрожащим голосом. – Пожалуйста, поторопись.
– Я только оставлю Кайле записку на случай, если она проснется. – Через некоторое время он сказал: – Я уже вышел. Сажусь в машину.
Зак разговаривал с Оливией на протяжении всего пути до ее коттеджа, до того момента, пока она не открыла дверь ванной и побежала к нему навстречу.
Оливия бросилась в объятия Зака, и он обнял ее.
– Давай зайдем внутрь и закроем дверь, – сказал он. – Не то ты замерзнешь.
Она поняла, что на ней нет ничего, кроме тоненькой сорочки. Накануне она так устала, что просто разделась и не стала надевать пижаму.
– Мне холодно, – сказала она, ее действительно всю трясло. – И очень страшно.
Зак запер дверь, подхватил ее на руки и отнес на диван, где удобно устроил на подушках, затем взял шаль с кресла и хорошенько укутал.
– Я позвоню в полицию.
Оливия кивнула. Затем открыла рот, желая что-то сказать, но просто покачала головой.
– Все в порядке, Оливия, – заверил он ее. – Просто отдышись. Тебе не надо сейчас разговаривать.
Она глубоко вздохнула.
– Они должны поймать этого психа. Глупые шутки – это одно, но сегодня кто-то был в моей спальне. Эта женщина могла придушить меня во сне.
Зак сел рядом.
– Дай взглянуть на шею.
Оливия запрокинула голову назад, и он нежно провел пальцами по ее шее.
– Хорошо, что они не успели, – сказал он и вздохнул. Он держал ее за руку, пока разговаривал с полицейским участком. Наконец убрал телефон в задний карман брюк. – Они сейчас приедут.
– Кто может желать моей смерти? – спросила Оливия, дрожа от страха. – И почему? Я ведь ничего никому в Блубери не сделала. Я не понимаю, да, признаюсь, я была готова обвинить Джоанну или даже Марни в проникновении в дом и проколотых шинах, но покушение на убийство? Стал бы мой отец встречаться с кем-то настолько ненормальным, чтобы тот мог убить кого-то?