Чтение онлайн

Она так разозлилась, что вскочила с постели, намереваясь немедленно уехать, как вдруг вспомнила о Кайле. Она не может бросить дочь, едва узнав о ее существовании.

Она рванула в ванную и посмотрела на себя в зеркало: нет, она не изменилась со вчерашнего дня.

– У меня есть дочь, – сказала Оливия своему отражению. Она выглядела и ощущала себя так же, как всегда. Да и вообще, все было, как всегда. За исключением вопросов, которых у нее теперь было так много. И мыслей, подстерегавших на каждом шагу. Какая у нее дочь? Что собой представляет?

Все эти годы, тринадцать лет они жили порознь. Младенец превратился в ребенка, затем в дошкольника и наверняка начал задавать вопросы, как и все дети. «Где моя мама? Почему у меня нет мамы?»

Будучи ребенком, Оливия много часов провела в размышлениях о том, что ее отец не любит ее и не хочет ее знать. А все эти годы ее собственная дочь жила, считая, что мать ее бросила.

Этими мыслями Оливия довела себя до полного изнеможения.

Как посмел отец так с ней поступить, как он мог? Да как вообще такое возможно? Зачем он сказал, что ее ребенок умер? Зачем он заставил ее пройти через это?

Оливия закрыла глаза и некоторое время пыталась выбросить из головы все эти бесчисленные вопросы, атаковавшие ее. Наконец она решила в последний раз проверить окна и двери, а снова оказавшись в постели, начала думать о Заке. Что он делает сейчас? Поехала ли Марни за ним? Занимаются ли они сейчас любовью?

При одной мысли о том, что Зак может заниматься любовью с другой женщиной, Оливию чуть было не стошнило. «Нет, не думать об этом», – приказала она себе и закрыла глаза с твердым намерением заснуть.

Теперь, когда наступило утро, Оливия чувствовала себя готовой ко всему.

Почему-то из головы не шла Марни. Она, конечно, милая и внимательная, проявляла заботу, пригласив Оливию к себе, но стоит ли принимать на веру ее дружелюбие? Работа в «Глянце» многому научила Оливию, и она привыкла не делать поспешных выводов о людях. Пять лет она имела возможность наблюдать за тем, как ее коллеги лгут друг другу, не меняя выражения лица, так что она была ученая…

Оливия пошла в ванную, чтобы принять душ, а заодно и поразмышлять о том, узнала ли Марни об их отношениях с Заком. Оливии так не показалось. Хотя, судя по всему, знакомство у них довольно тесное.

Интересно, заменила ли она Кайле мать? С одной стороны, Оливия надеялась, что в жизни Кайлы был человек, на которого девочка смотрела как на мать, с другой – она понятия не имела, как подступить к дочери в качестве «мамы» после того, как она отсутствовала тринадцать лет. Ведь Кайла росла с мыслью, что мать ее бросила.

Душ помог. Оливия потянулась за полотенцем и вскрикнула, увидев, что за окном кто-то прошел. Она обернулась полотенцем, подбежала к окну и посмотрела на улицу – никого, только ели и голые деревья. Окно ванной выходило к лесу, а деревья росли так близко к дому, что можно было обойтись без штор.

Оливия подумала, что ей просто померещилось, возможно, она ветку приняла за человека. Или все-таки кто-то бродил под окнами? Коттедж долгое время пустовал, может, здесь проводили время подростки. Залезали сюда, устраивали вечеринки, может, им не понравилось, что их место занял кто-то другой? Ах, если бы это были подростки. Хуже, если ей угрожал какой-нибудь маньяк.

Высушив волосы и наложив макияж (всего лишь немного туши и блеск для губ), Оливия быстро оделась и принялась пить кофе.

Ровно в восемь в дверь позвонили.

Глубоко вздохнув, Оливия пошла открывать дверь. Джоанна стояла на крыльце и с ненавистью смотрела на нее.

– В следующий раз, когда будете обвинять кого-то в полиции, соберите какие-нибудь доказательства, – рявкнула Джоанна. – И почему у вас на пороге дохлые крысы? Постарайтесь следить за порядком. Трудно, что ли, убрать эту гадость?

– О чем вы… – начала Оливия, но тут же взглянула на порог. У ног Джоанны лежала дохлая крыса.

О Боже! Это что, крыса просто пришла к ней на крыльцо и умерла здесь? Сомнительно. Так кого она видела в окно, того, кто подбросил на крыльцо дохлую крысу?

– Джоанна, уверяю вас… Это не я. Если мне захочется вам что-то сказать, я не буду использовать мертвых грызунов в качестве посредников.

– Не важно, – ответила Джоанна. – Давайте чеки.

Оливия отступила в сторону, пропуская Джоанну в дом.

– Зайдите на минутку. Мне хотелось бы с вами кое-что обсудить.

Джоанна протянула планшет:

– Мне от вас нужны только чеки и подпись.

Оливия попыталась прочитать ее мысли, трудно было сказать, опасна эта женщина, просто зла на весь мир или и то и другое вместе.

– У меня были очень сложные отношения с отцом, – начала Оливия. – Мы редко виделись, и это был его выбор. То же самое с моими сестрами.

– Так почему же он оставил этот дом вам? – спросила Джоанна. – Почему он не оставил его мне? – Ее глаза наполнились слезами.

«А, вот оно что. Бедняжка претендовала на дом», – подумала Оливия. По крайней мере она теперь знала, как достучаться до Джоанны.

– Пожалуйста, войдите, Джоанна, – сказала Оливия. – Давайте поговорим.

– Просто отдайте мне чеки и подпишите бланк, – был ответ. – Нам не о чем разговаривать.

Оливия вздохнула, отдала чеки за кофе и открытки – она уже совсем забыла, что купила их, – и подписала бланк. Затем Джоанна развернулась и ушла.

«Это ты разгромила прихожую?» – мысленно обратилась Оливия к Джоанне, Она не знала, что думать. Было ясно, что Джоанне она не нравится.

Если отец любил эту женщину, если они собирались пожениться, то почему он не оставил ей коттедж? Почему он унизил ее, сделав смотрительницей? Заставил присматривать за домом и за дочерью, которая должна была унаследовать дом. Почему Уильям попросил Джоанну следить за ней?