Чтение онлайн

— А что бы вы сказали, господин детектив, если бы к вам пришел Ричард и заявил, что, мол, его подружка обладает парапсихологическими способностями и в настоящее время рисует сцену убийства? Неужели вы поверили бы ему больше, чем мне?

Аквино положил руки на стол и подался вперед. Его глаза буквально метали молнии.

— В мои обязанности не входит верить всему, что я слышу!

— Да, но вы обязаны различать истину, когда она у вас под носом! — Суини тоже наклонилась, вплотную приблизившись к лицу Аквино.

Полицейский приподнял брови и на удивление мирным тоном проговорил:

— Вообще-то я склонен верить вам.

Его слова мгновенно разрядили обстановку. Суини откинулась в кресле, чувствуя себя победительницей, и гнев исчез бесследно.

— Правда?

— Вы показали, на что способны, — продолжал Аквино. — Сначала я не верил, но все ваши утверждения оказались правдой. На светофорах зажигаются зеленые огни, освобождаются парковочные места… и вы могли бы сколотить целое состояние, играя в «Шанс». Ваши фокусы выходят за пределы обычного. Если вы сумели сделать все это… — он пожал плечами, — …то, значит, и картину могли нарисовать.

Суини не знала, что сказать. На мгновение ей показалось, что она вот-вот разрыдается, но слезы тут же отступили. Девушка слишком устала, чтобы плакать.

— Скажите мне одну вещь. Почему вы не пригласили адвоката?

— Я бы так и поступила, если бы вы арестовали меня. Я ведь не арестована?

— Нет, но если бы не «Шанс»… кто знает?

— И тем не менее я хотела бы позвонить.

— Значит, все-таки решили вызвать адвоката?

— Нет, — ответила Суини. — Я хочу поговорить с Ричардом.

— Пожалуй, я сам наберу номер, — сказал Аквино.

Пока они дожидались Ричарда, в комнату вернулся Райтнер с копией отчета о расследовании гибели Илайджи Стокса. Описания одежды, черепно-мозговой травмы, позы и местонахождения тела полностью соответствовали рисунку Суини. По обвинению в убийстве был задержан девятнадцатилетний хулиган, под кроватью которого нашли рубашку, забрызганную каплями крови той же группы, что и у жертвы.

Точность, с какой Суини изобразила место преступления, внушала суеверный страх. У нее не было способа узнать подробности, кроме того, о котором она рассказала.

Прибыв в полицию, Ричард воздержался от сердитых замечаний и громогласных требований; он был слишком умен, чтобы поднимать шумиху. Ричард не привез с собой адвоката, хотя Суини не сомневалась, что он мог бы заполучить самого влиятельного юриста, стоило ему лишь шевельнуть пальцем. Ричард был в костюме и галстуке; в этот час суток подобная одежда свидетельствовала о том, что он посетил родителей Кандры и отдал последние распоряжения, либо принимал друзей, явившихся с соболезнованиями.

Ричард обменялся с детективами рукопожатием, ни на мгновение не спуская взгляда с Суини. Заметив, как она кутается в пальто, он не скрыл тревоги. Девушка стояла там же, где ее застал его приход, и Ричард шагнул к ней, незаметно расстегивая пиджак. Он обнял Суини, и она прильнула к нему, наслаждаясь теплом. Ее холодные руки обвились вокруг его пояса и прижались ладонями к его спине. Она зарылась лицом в плечо Ричарда, чувствуя неимоверное облегчение от того, что он рядом и согреет ее, от того, что она теперь не одна, хотя едва не лишилась сил.

— Надо было позвонить мне, — негромко сказал ей Ричард.

— А вам надо было еще вчера рассказать о картине, — вмешался Аквино.

— Я бы рассказал, если бы точно знал, что это избавит Суини от допроса.

— Вы подтверждаете, что видели картину в ходе ее создания, за несколько дней до убийства госпожи У орт?

— Да. Я наблюдал за работой над картиной с самого начала, когда Суини нарисовала только две туфли. — Ричард посмотрел на полицейских. — Я не был на месте преступления, но вам известно, в чем была Кандра в тот вечер, значит, вы можете сказать, правильно ли Суини изобразила ее одежду. Длинное черное платье, черные туфли-лодочки с маленькими золотистыми шариками в середине каблуков. Верно?

— Верно.

Суини подумала, что Ричард невольно подтвердил ее показания. Он не был в ее квартире после смерти Кандры, а значит, не видел картину после убийства. То, о чем он сейчас рассказал, было нарисовано до преступления, а полицейские знали, что Ричард не видел заранее одежду Кандры.

— Ладно, все в порядке. — Аквино протер покрасневшие глаза. — Если только вы не сговорились совершить убийство, хотя одному Господу ведомо, зачем бы вам это понадобилось. Поскольку нам не удалось найти мотив, госпожа Суини вне подозрений.

— Как насчет картины? — спросил Ричард. — Вы не хотите, чтобы она закончила ее? — При этих словах Ричард крепче обнял Суини, и она поняла: он очень обеспокоен тем, что ей пришлось выдержать, но не видит иного выхода.

— — Конечно, хотим, — сказал Раитнер, увидев, как Аквино кивнул. — Картина не может считаться фактическим доказательством, но послужит косвенной уликой, если нам удастся выяснить личность убийцы.

— А если мы не узнаем его в лицо? — спросила Суини.

— Имея детальный словесный портрет, мы сравним его с видеозаписью охранной системы, на которой зарегистрирован день и время суток. Зная точное время, мы непременно вычислим убийцу по записи в журнале привратника.

Ричард на мгновение задумался.

— Возможно, я бы узнал кого-то, если бы мне показали пленку, — сказал он.

— Нам не удалось, — отозвался Аквино. — Правда, мы добыли фотографии большинства людей из списка…

— Из какого списка? — удивилась Суини.

— …но привратник никого не узнал, и на пленке ни одного из них не оказалось, — продолжал Аквино, пропустив вопрос мимо ушей. — Мы продолжаем следить за всеми, кто был зарегистрирован в журнале посетителей, но до сих пор никто из них не вызывает подозрений.

— В настоящее время картина — наша единственная надежда, — добавил Раитнер. Ричард кивнул.

— Сегодняшнюю ночь я проведу с Суини. Не хочу оставлять ее одну. Кай наверняка разнес слух о картине по всему городу, и человек, убивший Кандру, вполне мог о ней узнать. Кроме того, я позвоню вам сразу, как только она закончит лицо преступника.

Должно быть, что-то в его голосе насторожило полицейских.

— Господин Уорт, — заговорил Аквино, — боюсь, вы намерены совершить героический поступок, но заверяю вас, что это ни к чему. Если над госпожой Суини нависнет угроза, ваша главная задача — обеспечить ее безопасность, а арест преступника предоставьте нам.