Чтение онлайн

– Благодарю вас, – повторил Колин.

После недолгого молчания, Доркас, понизив голос, сказала:

– Как я слышала от моей матери, вы не знаете про нашу договоренность.

Колин с отвращением взглянул на женщину, он был уже не в состоянии выносить ее дерзость и намеки.

– Между нами существует единственная договоренность, миссис Рестон, – ледяным тоном произнес он. – Я каждый год плачу вашему мужу и вам значительную сумму, чтобы вы содержали в порядке мое имущество. В результате я обнаружил здесь полное небрежение, грязь и совершенно катастрофическое состояние моего дома. Таким образом, эта договоренность отменяется. В настоящий момент я хочу лишь честных отношений между хозяином и слугами. А вы даже не жили в доме, хотя были наняты следить за ним.

– Вы должны были знать про договоренность, – повторила она. – И вам лучше продолжать ее, если вы знаете, что полезно для вас. Нас с мужем не просили делать что-нибудь, пока вы не приехали. Когда трещина пошла вверх под угол маленького дома и задела одну сторону, мы подумали, нам лучше жить в деревне, в старом доме моей матери. Мы все делали, что нам говорили. Мы не нарушили свою часть договоренности.

– То есть вы пытаетесь утверждать, что моя семья в течение многих поколений сознательно платила вам ни за что? Кто же в здравом уме будет это делать?

Доркас Рестон покачала головой и, явно расстроенная, прошептала:

– Это бумаги, мистер Редклифф. У нас есть бумаги.

– Бумаги в той хижине? – удивилась Ферн. – Но все это мусор.

Женщина выглядела обиженной.

– Нет, именно документы, – сказала она, словно это отвергало любые возражения.

– И что в этих документах? – Колин пытался добиться от нее чего-то более вразумительного.

– Все, – мрачно ответила Доркас, поджала губы и вышла.

Ферн с недоумением посмотрела ей вслед и перевела взгляд на мужа. Тот лишь пожал плечами, стягивая с кровати покрывала.

– Теперь чисто, как она и говорила. – Он кивнул на простыни.

– Спасибо за проверку. – Ферн подошла к нему. – Вряд ли у меня хватило бы духу самой откинуть покрывало. Я до сих пор холодею при воспоминании о последнем сюрпризе.

Женщина, которую Доркас назвала Абби, быстро взглянула на них и продолжила свою работу. Они многозначительно переглянулись. Служанка что-то знала об этом, и если расспросить ее, то могут найтись кое-какие ответы.

Колин поднял брови, кивнув на дверь.

– Я оставлю тебя освежиться и сменить одежду, хорошо?

– Было бы очень любезно с твоей стороны. Абби, вы поможете мне?

– Конечно, мэм, – ответила служанка, пока Колин выходил из комнаты и закрывал за собой дверь.

Ферн слегка волновалась, поскольку не привыкла даже к самому безобидному притворству. Она быстро расстегнула перед лифа.

– Должно быть, это вы уносили сверху те простыни, – как бы между прочим сказала Ферн. – Вы не знаете причину этой неприятности?

– В общем-то, мэм, я не совсем уверена, – осторожно произнесла Абби. – Но вроде была одна история…

– Какая история? – Любопытство пересилило деликатность Ферн.

– Похоже, мэм, это случилось еще до того, как второй Джон Редклифф построил новый дом, – ответила Абби, занявшись юбками хозяйки. – Старый зал тогда заперли, потом никто уже не пользовался верхними этажами. Люди до сих пор говорят, как он страшно ненавидел это место. Он сбежал шестнадцатилетним мальчишкой, поступил на морскую службу и не возвращался сюда, пока не умерла его мать.

– Но это же было два с половиной века назад?

– Около того, мэм.

– И вы знаете все это? – удивилась Ферн.

К манере, с какой жители Рексмера говорили о столь давних событиях, трудно было привыкнуть. Ловкие руки Абби остановились на последней нижней юбке.

– Рексмер ведь старая деревня со старой памятью. У нас есть истории еще со времени Завоевателя. Кой-какие времена остаются в памяти – это когда бывает что-то необыкновенное и все меняется. Когда первый Джон Редклифф приехал и женился на Шарлотте Горсинг, было как раз такое время и все, что случилось после. Когда четвертый Джон Редклифф стал виконтом и навсегда уехал из поместья, это было уже другое.

– Понимаю, – ответила Ферн. – Тогда что же произошло, откуда могли появиться наверху эти пятна?

– Знаете, мэм, – уже более свободно продолжала Абби, – когда второй Джон Редклифф оставил поместье, в зале появилась девушка, все шито-крыто. Никто даже не мог сказать, откуда она взялась, но Шарлотта Редклифф, мать второго Редклиффа, и Летиция Горсинг, его незамужняя тетка, имели кухарку, та кухарка разболтала в деревне. – Абби фыркнула, видимо, понимая всю тщетность сохранить тайну в столь замкнутом сообществе. – Девушка носила ребенка, ну ее и отослали в Рексмер, чтобы она родила.

– И кто эта девушка? – спросила Ферн, хотя чувствовала, что очень скоро эта история станет весьма неприятной.

– Ни Шарлотта Редклифф, ни Летиция Горсинг ни разу не сказали ее имя. Но ведь никто, кроме семьи, не пошлет девушку сюда, чтобы родить побочного ребенка? А Горсинг-Редклиффы имели только одну родственницу.

– Сестру Элизабет, – сказала Ферн, вспомнив имя, услышанное от викария.

– К тому времени она уже была Элизабет Фицхью, – уточнила служанка, не удивившись, что хозяйке кое-что известно. – Все тут думают, это должна быть ее дочь.

– Она умерла?

– Нет. После нескольких месяцев она уехала… без ребенка, – серьезно ответила Абби, сняв с Ферн последнюю нижнюю юбку и отложив ее в сторону. – Но ведь и тут не осталось никого. Только свежая могила. Судя по тому, что викарий только печально смотрел, когда люди его спрашивали насчет этого, мы думаем, ребенок, должно быть, умер сразу после рождения.

– Убили? – испугалась Ферн.

Абби пожала плечами.

– Одни говорят – да, другие – нет. Только я думаю, бедная напуганная девушка никого не убивала. Нет, я считаю, такой молодой девушке было очень трудно родить. – Абби принялась за корсет. – А если родовая комната была там наверху, еще чудо, что девушка не умерла тоже.