Чтение онлайн

Ричардсон взвалил одного раненого на спину, другому велел держаться за себя и со своей двойной ношей поплыл по покрытой нефтяной пленкой воде к спасательной шлюпке. Он услышал, как лежащий у него на спине раненый вдруг застонал, и почувствовал, что он соскальзывает в воду. Ричардсон повернул голову и увидел, что большая акула старается стянуть раненого у него со спины.

Ричардсон вытащил нож и стал полосовать акулу, пытаясь прогнать ее прочь. Но акула, не обращая внимания на Ричардсона и на второго раненого, все еще крепко держащего его за шею, продолжала до тех пор дергать и кусать избранную ею жертву, пока не заполучила ее. Второго раненого Ричардсону удалось благополучно доставить к спасательной лодке, где их ждали протянутые руки товарищей. Храбрый моряк получил медаль за свой героический поступок.

И многие, многие другие нападения шли по тому же образцу: из нескольких людей, находящихся в воде, лишь один избирался жертвой, акула не трогала ни других пловцов, ни тех, кто приходил на помощь пострадавшему.

Естественно, возникла теория, что те, кто спасают пострадавшего от акулы, неприкосновенны для нее. Но после тщательных исследований, проведенных КИА, теория эта была опровергнута. Доктор Шульц, один из членов КИА, пишет в своем докладе: «Собранные нами данные показывают, что из шестидесяти восьми человек, оказавших помощь жертвам нападения акулы, двенадцать, то есть 17,7 процента, сами подверглись нападению. Следовательно, всякий, кто приходит на помощь пострадавшему, рискует своей собственной жизнью».

Но неужели нельзя найти такой разгадки того, что вызывает нападение, которая устоит перед самой тщательной проверкой? Пока что с полной достоверностью установлены только два фактора, способствующие нападению.

О первом мы говорили. Кровь, даже в небольших количествах, очень сильно разбавленная, обязательно привлечет акул. Это же относится к рвоте, отбросам и падали.

Сигналом для нападения также нередко служит поведение раненого или неумелого пловца — его беспорядочные, панические движения. Возможно, что они напоминают акуле о рыбе, трепыхающейся на крючке, и говорят о том, что в воде находится раненое существо.

Можно предположить, что сами химические процессы, происходящие в организме, посылают такой сигнал. Когда наши органы чувств обнаруживают грозящую нам опасность — например, приближающуюся акулу, — то, что мы называем страхом, проявляется в ряде быстрых непроизвольных процессов в нашем организме. Поджелудочная железа начинает выделять инсулин, чтобы усилить деятельность сердца и повысить кровяное давление; тем самым усиливается приток крови к мышцам, которые придется, возможно, пустить в ход, чтобы отразить опасность, обнаруженную органами чувств. Кровеносные сосуды желудка, кишечника и других внутренних органов внезапно сжимаются, чтобы сократить приток к ним крови и отдать излишек мышцам. Печень усиливает свою деятельность, более активно превращая гликоген в сахар, чтобы обеспечить мышцы дополнительным запасом горючего. Зрачки глаз расширяются, чтобы увеличился угол зрения. Нас передергивает дрожь. Кожу покрывают мурашки. На теле выступает холодный пот. Во рту пересыхает. Все это служит внешними признаками того, что нормальные функции организма нарушены, так как все химические процессы происходят с повышенной интенсивностью. Возможно даже, что тело человека выделяет при этом неуловимую «эманацию» страха. И возможно, что именно эта эманация в ряде случаев и привлекает акул.

Список факторов, способствующих нападению, кажется бесконечным: нечистоты, выливаемые в море из сточных труб, отходы фабрик и скотобоен, сбрасываемые в воду... стаи рыб, за которыми по пятам следуют акулы... моретрясения и штормы, которые нарушают экологический баланс, в результате чего акулы вынуждены в поисках пищи переходить в новые места, иногда ближе к берегам... и к людям. Все необычное, вроде удара о воду упавшего самолета или звуковых волн, возникающих, когда тонет корабль, тоже, по-видимому, привлекает акул и может спровоцировать нападение.

Но то, что привлекает акул, вовсе не обязательно ведет к нападению, иногда это, как ни удивительно, приводит к обратным результатам. Известный специалист по акулам Е. В. Гаджер пишет, например: «В Ки-Уэсте я видел, как мальчишки ныряли за монетами, которые бросали им в воду, а в двухстах метрах от них плыла по течению дохлая лошадь, окруженная четырьмя или пятью акулами. Это были трехметровые тигровые акулы. Они выскакивали из воды, стараясь разодрать лошадь на куски и сожрать ее. Все было яснее ясного: акулы предпочли дохлую лошадь живым мальчикам».

Человек, плывущий в открытом море, далеко от суши, не знает, когда на него нападет акула и нападет ли вообще. Однажды ночью в 1953 году двое летчиков выбросились с парашютами над Атлантическим океаном. Это были сержант Ларри Грейбилл и летчик 2-го класса Джеймс Хендерсон. Они связались спина к спине и, поддерживаемые на воде спасательными жилетами, носились по волнам двадцать два часа, пока их наконец не спасли. И почти все эти двадцать два часа они отбивались от акул.

— Я вспомнил, что однажды я читал, будто их надо стукнуть по рылу, и они отстанут, — рассказывал Хендерсон. — Это сработало.

Грейбиллу не так повезло.

— Что-то пронеслось мимо меня, — вспомнил он, — я почувствовал, что моя рука в глотке акулы, и изо всех сил пнул ее ногой, чтобы вытащить руку.

Кисти рук у Грейбилла были разодраны и поцарапаны о кожу акул. Руки Хендерсона кровоточили от ожогов, нанесенных физалиями. Казалось бы, им суждено погибнуть в глотках акул, впавших в неистовство от запаха крови. Однако этого не произошло. Еще раз акулы доказали, что при столкновении с ними ничего нельзя заранее предугадать.

Считается, что опасность куда больше вдали от берега, и процентное соотношение нападений в масштабах всего Мирового океана полностью это подтверждает. Вместе с тем, люди подолгу дрейфовали в открытом море и не видели не только акул, но и вообще ни одной рыбы. Ученые, занимающиеся акулами, считают, что не существует ни одного достаточно веского объяснения того, что делает или чего не делает акула. Мы слишком плохо знаем акул. Иногда мы хватаемся за одну ниточку, иногда — за другую. В одном случае в воде есть кровь, и все же акула не нападает на плывущего человека. В другом — нет никаких явных причин, которые могли бы спровоцировать нападение, и все же оно происходит. Каждое нападение представляет собой парадокс.

Только после того, как КИА начала свою работу, случаи нападения акул в морях и океанах всего мира стали тщательно изучаться.

Просматривая старые медицинские журналы, судовые дневники, больничные записи и газетные подшивки из самых разных стран, КИА собрала сведения о 1251 случае нападения акулы на человека, первое из которых произошло в 1580 году. Из них 798 случаев были настолько хорошо документированы, что их можно было подвергнуть анализу. Были получены следующие данные.

Из 798 нападений 599 было ничем не спровоцировано. Из лиц, подвергшихся нападению, 408 умерло, 390 поправилось. Наибольшее число нападений (75,4 процента) в водах Австралии, Северной Америки и Африки произошло в летние месяцы. Но в экваториальных водах нападения не прекращались круглый год. Это означает, что так называемый «акулий сезон» есть не что иное, как купальный сезон.