Чтение онлайн

– Погоди ты, командир, про Окуня-то. Рано хоронишь. Может, найдем еще…

Но искать пропавшего бойца не пришлось. Стоило им выйти из здания вокзала, как из-за угла послышались неуверенные шаги. Тяжело дыша, Окунь приблизился к группе. Без противогаза. Бледное лицо сталкера заливал пот, его шатало. Кондор ринулся было на подчиненного, но Окунь неожиданно наставил на командира автомат.

– Отойди! Отойди, говорю!

– Да ты чего, Окунь, умом тронулся? – Кондор растерянно отступил назад. – Ты где шатался вообще? Почему без «хобота»?

Боец как-то виновато посмотрел на товарищей, опустил автомат.

– Я это… в порт ходил… Думал, смотаюсь по-быстрому, проверю, может, паром до Кронштадта еще цел. Ну и нарою чего-нибудь интересного заодно. На складах. Таран все равно не дал бы от маршрута отклониться. Туда нормально дошел. Корабли там… Красиво… Пошуровал маленько. Еще удивлялся долго, что место такое чистое и спокойное. А потом словно кольнуло где-то в затылке: «Жди, Окунь, беды». В башке зашумело. На дозиметр глянул – а тот не работает. Пока крышку сдирал, всем богам перемолился. Смотрю – батарейка отошла. Обратно собрал. Включил. А он, падла, как заверещит… Я ноги в руки – и сюда… В общем, кранты мне, командир… Или нет?

Окунь с надеждой смотрел на товарищей. Потом вдруг согнулся пополам, выблевывая на асфальт остатки ужина. Бойца зашатало. Ната вскрикнула.

– Кранты… – подытожил Окунь, утираясь рукавом.

– Серега… – голос Кондора дрожал. – Как же так, Серега? Глупо-то как…

– Ты сколько там пробыл? – встрял Шаман.

– Часа полтора.

Кондор выругался. Шаман подошел к бойцу, проигнорировав его протесты, и с ходу всадил в плечо шприц.

– Черта с два эта штука мне поможет. Не та доза, брат.

– Это обезболивающее, – убитым голосом ответил Шаман.

Отряд двигался по Краснофлотскому шоссе. Не так быстро, как прежде. Окунь замыкал колонну, стараясь не отставать. Когда боец изъявил желание идти вместе с группой, пока хватит сил, Таран лишь пожал плечами. Кондор пытался помогать Окуню, но тот лишь зло ругался и раз за разом отгонял командира. Словно боялся, что невидимая смерть и на других перекинется. Ко всему прочему, лес вокруг снова зашумел, заголосил на все лады. Хищники стекались, как будто учуяв подранка.

Глеб все чаще оглядывался назад. Окуня мотало из стороны в сторону. Он хрипел и надсадно кашлял, но продолжал идти, еле переставляя ноги. Ситуация складывалась удручающая. Вопли зверья вокруг становились все наглее и нетерпеливее. Дым не выдержал первым. Развернулся, обошел Окуня и принялся поливать заросли длинными очередями. «Утес» в его руках размеренно дергался, выкашивая целые пласты зелени.

– На! На! Жри! Кому еще не терпится на тот свет?! Жрите, твари!

Это стало последней каплей. Нервы бойцов не выдержали. К пулемету мутанта присоединилось стрекотание «калашей». Поднялся жуткий гвалт. Стрельба отдавалась в голове Окуня скорбным салютом. Салютом его необдуманной глупой выходке… Салютом алчности человеческой…

В кусты полетела граната. Рвануло. В воздух поднялись комья земли и обрубки корней. После этого пальба стихла. В повисшем безмолвии еле слышно шелестели мельчайшие частицы грунта, осыпаясь на ковер из палой прошлогодней листвы.

– Вызверились? – Таран стоял в стороне, сложив руки на груди. – Полегчало?

Подойдя к Окуню вплотную, сунул бойцу в руку холодную рукоять «Носорога»:

– Тебе-то, сталкер, уже точно легче не будет. Так что, будь мужиком, прими решение сам. Не взваливай на чужие плечи.

– Отвали от моего бойца! – Кондор ухватил было Тарана за плечо, но тот, круто повернувшись, схлестнулся с командиром отряда взглядами.

Глеб приготовился к очередной схватке непримиримых соперников. Лицо Кондора исказилось. Таран же, в свою очередь, выглядел спокойным, и лишь глаза его светились каким-то особым, обжигающе холодным огнем.

– Не надо! – подал голос Окунь. – Проводник прав. Не хочу, чтоб из-за меня все полегли… И это… Командир, не в службу, а в дружбу… О моих похлопочи, как домой вернетесь. Передай, что…

Взгляд его заметался, боец замер, мучительно подбирая слова. Потом как-то обреченно махнул рукой, отошел. Кондор хотел что-то ответить, но не нашелся. В голове роились какие-то фразы, прощальные слова, но все они казались глупыми и фальшивыми.

Бойцы молчали. Даже брат Ишкарий не смог утешить несчастного сталкера. Да и что тут говорить. И так все ясно. Не жилец больше. Все. Отбегался.

Окунь отвернулся и сел на обшарпанный асфальт дороги. Остальные неуверенно зашагали прочь. Кондор двинулся с места последним. Медленно. Мучительно. Не выдержав, оглянулся пару раз. Разум гнал его прочь, но в душе накрепко застрял тяжелый камень. Мерзко было на душе.

Они уходили все дальше и дальше, пока в просвете между деревьями не показался поворот на дамбу. Ветер без устали гнал по земле песчаную взвесь. Закручиваясь в спирали, песчинки опадали на асфальт, образуя причудливую вязь узоров. Очередной порыв осеннего ветра стирал мимолетное творение природы, а маленькие смерчи продолжали свое стремительное движение, чтобы опасть снова где-то там, ближе к берегу залива.

Девять неприметных фигурок пробрались вдоль развалин эстакады и замерли у полосы прибоя. На фоне бескрайней водной глади они казались ничтожными, абсолютно неуместными деталями величественной картины. Сталкеры смотрели на игру волн, погрузившись в тяжелое молчание. Расставаться всегда тяжело. А расставаться вот так… Путники вздрогнули – до их слуха донесся звук выстрела.

Ровная линия дороги тянулась вдаль, решительным росчерком рассекая акваторию Невской губы. Отряд шагал по дамбе, с опаской поглядывая на воду. Пронизывающий ветер трепал одежду. Пенистые волны непрерывно штурмовали рукотворную преграду, вгрызаясь в насыпь. То и дело над краем мола расцветали фейерверки пенистых брызг. Стихия бушевала, как будто пытаясь изгнать непрошеных гостей.

Путники подошли к причудливой конструкции, напоминавшей мост. По левую сторону вдоль конструкции тянулся частокол прямоугольных башен, сплошь покрытых ржавчиной.